Стёртая

Глава 1.

Я проснулась и не знала, кто я.

Телефон на тумбочке показывал 25 октября. Среда. Где-то за окном шумели сосны. Я смотрела на свои руки — чужие, тонкие, с обкусанными ногтями — и не могла вспомнить, как их зовут. Своё имя. Свою мать. Свой дом.

В голове — белый шум.

Я села на кровати. Комната была маленькой, казённой. Белые стены. Серое одеяло. На стуле — аккуратно сложенная форма с нашивкой: «Сосновый бор». На подоконнике — ни одной вещи, ни одной закладки, ни следа жизни. Словно меня здесь не было до этой секунды.

В груди зашевелился страх. Не тот, от которого хочется кричать. Тот, от которого немеют пальцы и воздух становится густым, как вода.

Я встала. Подошла к окну. За стеклом стоял лес. Тёмный, высокий, мокрый. Сосны тянулись к небу, как чьи-то скрюченные пальцы. Где-то далеко крикнула птица — и замолчала.

Я провела рукой по стеклу. И замерла.

На внутренней стороне, кривыми торопливыми буквами, было написано пальцем:

**«БЕГИ»**

Я отдёрнула руку. Сердце ударило в рёбра. Кто написал? Когда? Я оглянулась — комната пуста. Дверь закрыта. Замок цел.

Я прикоснулась к буквам. След остался на подушечке пальца — значит, надпись свежая. Может, час назад. Может, десять минут. Может, я сама написала это ночью, во сне.

Но я ничего не помню.

В кармане куртки, висевшей на крючке у двери, что-то хрустнуло. Я сунула руку и нащупала сложенный вчетверо листок. Бумага была тёплой, словно её только что держали в ладонях.

Я развернула.

Почерк был мой. Я узнала эти острые буквы, этот наклон вправо. Но я не помнила, когда это писала.

*«Не верь им. Твоя память — оружие. Они забрали её, но ты можешь вернуть. Вспомни, как тебя зовут на самом деле. Вспомни, кто ты. И беги».*

Внизу, мелко, приписка: *«Они уже близко. Не смотри в коридор. Не смотри…»*

Я подняла голову.

В коридоре кто-то стоял.

Щель между дверью и косяком была узкой, но я видела: там, в полумраке, замерла фигура. Маленькая. Худая. В светлом платье, которое светилось в темноте, как старая простыня.

Я не дышала. Фигура не двигалась. Просто стояла и смотрела на меня сквозь щель.

А потом раздался голос. Тонкий, звонкий, как колокольчик:

— Ты новенькая?

Голос шёл не из коридора. Он шёл из моей головы.

Я отступила на шаг. Спина упёрлась в холодный подоконник. Листок выпал из рук и лёг на пол белым пятном.

Фигура в коридоре шагнула вперёд. И дверь начала медленно открываться.

Я хотела закричать — но не знала своего имени, чтобы позвать на помощь.