Stigma

3

В ясные ночи светили звёзды, и их далёкий неверный свет успокаивал Эдварда совершенно особым образом: он даже не понимал, почему так происходит. Часто он смотрел на звёзды всю ночь напролёт, пока темнота не растворялась в утреннем свете.  

(Кейт ДиКамилло «Удивительное путешествие кролика Эдварда»)

Джей заложил небольшой листик, служивший странной закладкой, на прочитанной странице и отложил книгу на спинку небольшого дивана в центре квартиры-студии, разделявшего кухню и спальню. Они прочли всего одну главу, а Ивэйн уже тихонько посапывала у него на плече, щекоча шею своим дыханием.  Одной рукой она доверчиво сжала рукав его джемпера, а вторую, как маленький ребенок,  просунула между поджатых коленок.

Джей аккуратно высвободил джемпер из ее цепких пальцев и, приподнявшись, уложил девушку на диван.

- Так запросто уснула, - Джей  подсунул подушку ей под голову,  убирая со лба пепельно-розовый локон.

- Глупышка.

Он оттянул ворот джемпера, оголяя кожу ключиц.  Шрамы, оставленные ему в детстве, проступили глубже и ярче, пропитываясь темноватым оттенком.  С самого первого воспоминания, отложившегося в его еще незрелом детском сознании, он знал, что этот день настанет. Знал, что, однажды, он превратится в последнее воспоминание для человека, чью жизнь заберет собственными руками. Знал и принимал,  как должное. Разве его не учили, что так он спасет остальных? Разве не говорили ему, что эта жертва обречена с самого начала, как раковый больной, в которого болезнь безвозвратно запустила щупальца-метастазы? Не человек, а лишь живая плоть, созданная ради блага других. Так почему сейчас, посапывая на подушке, она кажется достойной того, что он пришел забрать?

Джей поднялся, подходя к окну и распахивая его настежь. Там, вдали, едва уловимо горели звезды, проигравшие борьбу с ночными огнями города.  

«- А если я откажусь?  - пятилетним мальчишкой спросил он у отца, задрав вверх свой носик с небольшой родинкой на кончике. Его глаза, горящие наивной идеей, встретились с тяжелым взглядом отца.

- Никто не может отказаться от этого, Джей, - уверенно заявил он, - не тешь себя пустыми надеждами.   Это наше благое дело и наше проклятие.

Мужчина потрепал мальчишку по светлой макушке и  усадил к себе на колени:

- Так было всегда и будет после меня и тебя. Не думай об этом, живи. Когда придет время, ты почувствуешь, где должен будешь оказаться. Но не позволяй жалости и сожалению прокрасться в твое сердце. Никогда, слышишь?

- Да, папа, - мальчишка покрутил пальчиками пуговицу на пиджаке отца, заинтересованный больше темным пластиком, чем привычными назиданиями.

- Помни, - повторил отец и прижал сына к себе, погладив по голове.»

Джей обернулся, всматриваясь в лицо умиротворенно спящей Иви и чувствуя легкое покалывание в груди.  Оставив окно открытым, он подошел к дивану и, стянув с его спинки плед, накрыл им Ивэйн.

Похоже,  наставления отца дали первую трещину.

***

Слово «ушастый» Эдварду совсем не понравилось. Отвратительная, обидная кличка!

(Кейт ДиКамилло «Удивительное путешествие кролика Эдварда»)

- Душегуб! – почти ласково сорвалось с ее губ, пока она завязывала шнурки на кедах.

Светлая макушка с недовольным лицом высунулась из-за входной  двери. Джей торчал в коридоре уже минут пятнадцать, ожидая пока она, наконец, соберется на работу. Провожать ее и встречать с работы, за последние пару дней, стало традиционным ритуалом, добровольно исполняемым обоими.

- Я же просил!

- А что? Правда, ведь!

Джей насупился, рвано выдыхая воздух:

- Ты права, - он сделал шаг к Иви, тяжелым взглядом скользя по лицу. Еще шаг, глаза в глаза, осевшим дыханием на губах друг друга.

– Я здесь ради тебя, - ледяной тон резанул уши Ивэйн, вгрызаясь колкими словами в мысли.

Джей резко отпрянул от двери, разрывая зрительную связь с Иви и, развернувшись,  помахал ей рукой:

- Думаю, ты и сама отлично доберешься.

Он быстро спустился по ступенькам, скрываясь на нижнем этаже и оставляя девушку в полном недоумении:

« Он что, обиделся? Мой убийца?!»

- Эй! Это кто тут должен обижаться? – в сердцах крикнула она, захлопывая дверь, но вовремя спохватилась. Ей ведь на работу!

 Первая половина дня прошла как обычно. Небольшое количество посетителей, довольно стандартные заказы, монотонно разносимые от кухни до столиков, несколько купюр чаевых. Иви засунула купюры в общую кассу, чтобы вечером разделить с остальными работниками и потянулась к телефону. Ни звонков, ни сообщений. Странно, учитывая, что до этого Джей сам вбил ей свой номер и звонил пару  раз за смену.  Она залезла в интернет, пролистав сообщения о затянувшемся ремонте в общаге и мысленно прикинув, во сколько ей обойдется удовольствие жить в своей квартирке-студии еще пару недель.