Стипендия

ГЛАВА 1. ПОПАДАНКА.

Автобусная остановка у ворот Академии встречает запахом хвои и свежего асфальта. Сентябрьское утро холодное, пальцы немеют. Сжимаю ручку чемодана — он потёртый, серый, с заедающей молнией. Мать замотала его жёлтым скотчем, чтобы не развалился в дороге. Весь автобус смотрел, когда выходила.

Стеклянные корпуса взлетают из соснового леса, как инопланетные корабли. Стекло, бетон, металл — всё сверкает на утреннем солнце. Пропасть между моим миром и этим разверзается под ногами. В ушах голос матери: «Терпи, дочка». Сжимаю челюсть, делаю шаг. Второй. Третий.

— Стоять.

Из будки выходит широкий мужчина в тёмно-синей форме, на рукаве нашивка: «Айс Палас». Смотрит на меня, на чемодан, на штопаную куртку, джинсы с потёртостями.

— Ты кто?

— Валерия Соболева. Стипендиатка.

Хмыкает. Достаёт планшет, водит пальцем по экрану. Медленно. Слишком медленно. Кровь приливает к щекам.

— Нет тебя в списке.

Внутри всё сжимается в ледяной ком. Лезу в карман, достаю распечатанное письмо — мятое, сложенное вчетверо, с пятном от кофе на уголке. Протягиваю.

— Президентская квота. Приказ.

Берёт, разворачивает, читает. Губы кривятся. Кивает, отступает, открывая проход.

— Стипендиатка, значит. Иди, там тебе покажут.

Слово плюёт на асфальт.

Прохожу турникет. Металлический лязг, потом тишина холла — такая плотная, что шаги по полированному полу отдаются эхом от стеклянных стен. В холле светло, просторно, пахнет чистящим средством и цветами. Слева стойка из белого камня с вазой орхидей, справа мягкие диваны, журнальные столики. Всё блестит.

Иду к стойке, но замираю — из бокового коридора вываливается компания. Четверо. В форме Академии: белоснежные куртки с логотипом, чёрные лосины, идеальные пучки. Идут, смеются, не смотрят под ноги.

Впереди блондинка. Высокая, платиновые волосы собраны в гладкий пучок, на шее тонкая золотая цепочка. Взгляд скользит по моей куртке, по чемодану, по обуви. Останавливается.

— О, — голос громкий, с нотками удивления. — А нам и правда мусор возят.

Свита хихикает. Мышцы спины напрягаются. Сжимаю ручку чемодана, скотч трещит. Молчу. Смотрю в пол, на свои ношеные кроссовки, на их идеальные белые шнурки.

— Стипендиатка? — наклоняет голову, рассматривает, как экспонат. — И чего ты тут забыла? Коньки, поди, в секонд-хенде брала?

Кто-то из парней обходит меня по кругу, свистит.

— Глянь, форма штопаная. Реальность, да?

Пальцы сжимаются в кулаки. Ногти впиваются в ладони. Молчать. Терпи.

Блондинка подходит ближе. От неё пахнет духами — сладкими, тяжёлыми. Наклоняется к уху.

— Тебя здесь сожрут, стипендиатка.

Отходит, машет рукой своим. Они исчезают в коридоре. Смех стихает.

Руки дрожат. Делаю глубокий вдох, иду к стойке.

— Соболева. Стипендиатка.

Женщина поднимает глаза, кивает. Протягивает ключ с брелком.

— Корпус малый, третий этаж, комната тринадцать.

Тринадцать.

Выхожу в стеклянный переход. За стёклами сосны, иголки кажутся чёрными на фоне серого неба. Ветер качает ветки, и кажется, что лес дышит.

Корпус — серый бетон, без окон на первом этаже. Дверь тяжёлая, металлическая, краска облупилась у ручки. Внутри воняет сыростью и хлоркой. Стены бледно-зелёные, местами краска вздулась. Пол бетонный, холод просачивается сквозь подошву.

Лестница узкая, ступени стёрты. Поднимаюсь на третий этаж. Коридор длинный, двери через каждые два метра, крашенные тёмно-серым. Лампы мерцают, выхватывая трещины на стенах. Комната тринадцать. Дверь приоткрыта. Толкаю — отходит с протяжным скрипом.

Четыре кровати, двухъярусные, металлические, краска облупилась. Матрасы тонкие, в пятнах. Шкаф один на всех, дверца висит на одной петле. Стол из ДСП, покрытие вздулось, на нём чьи-то учебники. Окно маленькое, выходит на глухую стену соседнего корпуса, сквозь мутное стекло пробивается серый свет.

На нижней койке у окна сидит девушка. Читает. Очки в толстой чёрной оправе, волосы собраны в жидкий хвост, серая кофта с катышками. Поднимает глаза на скрип двери, смотрит секунду и снова утыкается в книгу.

Ставлю чемодан на свободную нижнюю койку.

— Привет. Лера.

Тишина. Гудит вентиляция.

— Диана, — голос тихий, почти шёпот. — Ты стипендиатка?

— Да.

Кивает, словно подтверждая себе, и снова утыкается в книгу.

Ложусь. Пружины впиваются в спину. В голове: охранник, блондинка, «мусор возят». Желудок сжимается.

Закрываю глаза. Мать на перроне, кутается в старую шаль, улыбается, но глаза мокрые. Терпи, дочка. Мы справимся. Брат машет рукой, такой маленький, в куртке на три размера больше.

Надо найти столовую. Коридоры петляют. Иду по запаху — едой пахнет, но синтетическим, стерильным. Стеклянная галерея выводит в большое помещение.