Стой, я не договорила!

Глава 9. Дыхание цивилизации

Мне внезапно захотелось выматериться. В моей душе словно проснулась Ника. Заорать и кинуть чем-нибудь, во что-нибудь, но…

Здесь были дети. Не только, впрочем, дети, но – ученики. И я молча зашагала вверх по лестнице. Разберёмся. В конце концов, Женя, а что ты ещё ожидала от человека, бросившего невесту перед, так сказать, алтарём? Любезности? Порядочности?

– А жрать-то как хочется! – протянула с ноточками издёвки Берити. – Мне кажется, я бы за раз проглотила пару человечков…

– Принципиально пару? – уточнила я, продолжая восхождение. – Мужа и жену? Жениха с невестой? Любовников? И почему такая выборка, хотелось бы мне знать.

– Да плевать. Просто два-три…

– Два-три это не пара, – я обернулась и посмотрела на неё, с трудом удерживаясь, чтобы не поправить несуществующие очки. – Два это два, три это три. Пара это то, что парное. Ноги, руки…

– Зануда, – прошипела рыжая.

Я пожала плечами. При чём тут «зануда»? Просто стыдно не владеть русским языком русскому человеку. И тут же сообразила: вряд ли Берити можно назвать русским человеком. А тогда почему я, собственно, понимаю их речь? Они вообще на каком разговаривают?

– Мальчики, помогите донести чемоданы, – скомандовала девица и тоже потопала вверх.

Чемоданы? Они разве не остались…

Нет. Два объёмных баула тяжелили руки Солира и белобрысого, чьего имени я пока не знала. Ребята послушно двинулись за командиршей, и вдруг лестница… оскалилась.

Стеклянные ступени изогнулись, словно губы, а между ними засверкали длинные тонкие клыки.

– Н-нам туда, п-похоже, нельзя, – испуганно пискнул белобрысый и спрятался за спину мускулистого Солира.

– Э! Мне что, самой их тащить?! Но так не… они тяжёлые! – крикнула Берити вверх.

Я хмыкнула и не без внутреннего постыдного злорадства вошла в круглый зал. Слева в стене, выкрашенной в бледно-лиловый цвет, виднелась дверная щель-арка. Я подошла и толкнула. Дверь неожиданно опустилась, уехав под пол.

Внутри оказалась довольно уютная комната, через круглое окошко была видна стеклянная лоджия, на подоконнике цвело какое-то растение. На полу лежал мягкий светлый коврик.

– Это что, мне придётся жить с человеком? – ужаснулась Берити, как раз втащившая чемодан в круглый холл. – Но это… это отвратительно!

Однако других дверей не было. Рыжая заглянула через моё плечо и радостно завопила:

– А здесь только одна кровать! Спать тебе на полу, княжнашка!

И, оттолкнув меня плечом, первой ворвалась в дверной проём, забросила чемодан на единственную, очень милую кроватку слева от окна. Я растерялась. Если комната рассчитана на двоих студенток, то где…

Дверь с лязгом закрылась вверх, будто пасть захлопнулась. И тут же по стене словно провели невидимым когтем, очерчивая трещину новой двери. Я осторожно толкнула её, и она послушно уехала вниз.

Ничего себе!

Комнаты, появляющиеся под запрос – это гениально. Но меня, как бывалую обитательницу общежитий, сильнее впечатлило то, что на одну студентку полагалась целая одна комната. То есть, у меня не будет соседок, никто не будет раскидывать свои шмотки по комнате, где живу я, не оставит тарелку с недоеденным салатиком на моём столе, а расчёску с волосами в моём душе?

Кстати, насчёт душа…

Я решительно вошла внутрь и услышала позади лязг. Вздрогнула с непривычки. Это была эллипсоидной формы комната, без единого прямого угла. Норка, а не помещение. Уютная кроватка, тоже овальная, находилась слева от круглого окошка, овальная дверца вела в стеклянную лоджию, овальный пушистый коврик покрывал пол. Всё в серо-голубых тонах, только подушечка на постели – зелёная, мягкого оттенка, вроде фисташки. И занавески такие же. А на потолке светодиодный плафон, освещающий комнату мягким светом. По центру комнаты стояло нелепое растение, похожее на пальму, но с колючками на длинных листьях-хлыстах.

Красота!

На стене, такими же трещинками, как и дверь, виднелись абрисы дверец. Вероятно, шкафы были встроенные. Вот только хранить мне в них нечего.

Вздохнув, я посмотрела на скромный мешок в моей руке. Что там у меня? Бинт, какая-то мазь, коробочка с нитками и иголками, аккуратный тонкий, складной ножичек, маникюрные ножницы и… булавки, вроде бы ещё. Даже запасные трусы остались в сундуках. Впрочем, не уверена, что в этом мире уже додумались до трусов. Вероятно, местные женщины напяливают панталоны, и хорошо ещё, если не сшитые друг с другом чулки…

Я взгрустнула.

– Женька, не дрейфь, – приказала сама себе. – Мне всего лишь нужно выполнить запланированное: достать козла до печёнок. И тогда он с радостью вернёт меня обратно.

Магия магией, а мир без капроновых колготок, трусов и прокладок мне не нужен.

Решительно нажала ладонью на первую попавшуюся дверцу, и та с тихим щелчком распахнулась. Так и есть – встроенный в стену шкаф, а на полочках… аккуратными стопочками…

Я моргнула. И ещё раз.

Белые футболки. Белые хлопчатобумажные трусы. Белые носки. Чёрный трикотажный спортивный костюм. Серая, голубая и зелёная пижамы…

– То есть, цивилизация здесь всё же есть? – изумилась я. – Но тогда почему её не было в княжеском замке?

Я принялась открывать одну дверцу за другой и довольно скоро обнаружила, что сундуки мне и правда не нужны. Уж тем более, со средневековым барахлом. Здесь было всё – от носков до пальто и курток. А поверх стопочки свитеров лежала аккуратная записка: «Заприщаеца грясное и рванное выбрасовать в акно. Грясное, рванное и нинужное нада сувать на пустую полку. Ниразу нинадёваное за 8 дней будет ликвидираванно. С.».

Видимо, это и была та самая Совия.

За одной из дверец обнаружился совмещённый санузел: душевая кабина и туалет. Отлично! Я, значительно приободрившись от присутствия цивилизации, решила переодеться. Вот только молния у свадебного платья находилась сзади. Я попробовала расстегнуть, но не тут-то было: собачка сдвинулась до лопаток и застряла. Попрыгала, посгибалась всячески, но – увы. Тогда я попыталась снять платье так, застёгнутым наполовину, через верх…