Столичная академия. Прятки с генералом демонов

ГЛАВА 4

Велиар Эльсштайт

— Гроза чудовищ Пучины! Великий и непревзойденный генерал Эльсштайт! Истинная которого оказалась… Куртизанкой! — умирая со смеху на своем кресле, выдавил Айгул.

Что ж… Звучало и правда забавно. И Велиар поддержал бы хорошую шутку, если бы главным действующим лицом не оказался он сам. Поэтому смеяться демону хотелось в последнюю очередь. Придушить кого-нибудь, раскрошить весь город, пропади оно все в Пучине - да. А вот смеяться - не очень-то.

Он подхватил со стола недопитую со вчерашнего вечера бутылку вирбона [1] и сделал огромный глоток. Хотя ему нужно была не одна бутылка, а целая цистерна самого крепкого алкоголя, чтобы примириться с обрушившейся на него реальностью.

Велиар посмотрел на свою руку, которую оплетал витиеватый узор с древними символами Высших, выругался и поставил вирбон назад, едва сдерживая порыв швырнуть бутылку прямиком в стену.

Айгул поднял голову со спинки кресла, оценивающим взглядом окинул состояние друга и попытался состроить на лице хоть сколько-нибудь серьезное выражение.

— Прости. Да. Это очень… Печально… — но на последних словах он как-то подозрительно вздрогнул и снова загоготал. — Нет, прости, это все-таки смешно.

Велиар цыкнул, потер виски и поднялся.

— Агнус, — позвал он одного из своих подчиненных.

Мужчина не повышал голос. Никогда. Зачем? Ведь ни один дурак не осмелился бы ему перечить. Ни один дурак, кроме той девушки - его, что б ее, истинной, как оказалось.

И как-будто Высшие еще недостаточно посмеялись, послав к нему суженую, оказавшуюся куртизанкой, Велиар к тому же совершенно не помнил ее лица. В памяти остались только сверкающие, как изумруды, глаза, напуганные и в то же время горящие волей и любопытством. А еще ощущение на кончиках пальцев от прикосновения к ее разгоряченной коже сквозь тонкую ткань батистовой ночной рубашки.

Дверь в кабинет, где сидели мужчины, тихо отворилась, и в комнату, чеканя шаг, вошел лейтенант Агнус, а следом за ним показался Шамиль, этот несносный кошак. Агнус отдал честь, ударяя себя кулаком в центр груди, а вот Шамиль даже не удостоил его взгляда, а просто прошел мимо и уместился на своей лежанке в дальнем углу комнаты.

— Ты исполнил приказ? — обратился Велиар к подчиненному.

Тот кивнул.

— Так точно, генерал. Моэра Беральшь скоро прибудет.

— Доложи, как она явится.

— Есть! — офицер снова ударил себя кулаком в грудь, кивнул и скрылся за дверью.

Велиар же прошел взад и вперед по комнате и остановился к окна. Как девушка вообще появилась? Он точно помнил, что развлекался с двумя девушками, но потом… Голова затрещала, и из груди мужчины вырвался настоящий рык.

Он ничего не помнил, Пучина все побери!

Сколько Велиар выпил вчера? Пять бутылок? Десять? Он хотел, наконец, расслабиться, чего не делал последние лет шесть, которые провел на войне. Его регенерация была слишком сильна, да и запас магии был огромен, поэтому ему бы не хватило одной или пары бутылок.

Нет. Прошлой ночью Велиар желал вырубить голову, чтобы в нее не пришла ни единая гребаная мысль. Он хотел напиться в хлам, повеселиться с девками и впервые за шесть лет нормально заснуть.

И почему именно в эту ночь ему на голову свалилась истинная, пропади оно все пропадом?!

Демон зажмурил глаза и прижался лбом к прохладному стеклу, пытаясь вспомнить хоть какие-то детали. Изумрудные глаза. Пухлые влажные губы. Белая ночная рубашка. Невинность, источаемая ее телом. Желание испортить и развратить ее.

Велиар мрачно усмехнулся.

Вот чего-чего, а невинностью его истинная вряд ли все еще обладала. Нет. Куртизанки готовы были сыграть любую роль лишь бы получить золото от своих покровителей. И то ощущение чистоты от девушки говорило лишь о том, что она безупречно научилась водить мужчин за нос.

При мысли о том, через сколько рук прошла его суженая, Велиар почувствовал, как в груди разгорается гнев, а кожу начинает стягивать.

— Э-эй! — позвал его вмиг встревожившийся Айгул. — Успокойся! Ну, куртизанка, ну, и сгори оно все в Пучине! Как только ты признаешь ее своей, уверен, что знававшие ее демоны наперегонки понесутся за зельем забвения, лишь бы стереть из памяти моменты с ней.

Успокоил, так успокоил… Ничего не скажешь.

Из груди Велиара вырвалось утробное рычание, когда в его мыслях вспыхнула картина, где его истинная ублажает каких-то других мужчин. Он протяжно выдохнул через нос, ощущая, как воздух горячит ноздри. Демон был в шаге от трансформации.

— Изменение внешности! — выкрикнул Айгул, оказываясь прямо перед ним, хватая его за плечи и разворачивая к себе.

Взгляд голубых глаз друга нашел его, а чужая магия прошлась по телу Велиара, помогая справиться с трансформацией.

— Изменим твоей истинной внешность и попросим императора дать ей титул! И никто даже не догадается, что маленькая демоница вышла из дома удовольствий.

— Ты думаешь, Пучина все побери, меня волнует гребаное чужое мнение? — вкрадчиво спросил Велиар.

В глазах Айга промелькнуло что-то отдаленно похожее на сочувствие.

Демоны были ужасными собственниками. Просто лишь мысль о том, что кто-то мог касаться того, что принадлежало ему, Велиару, вызывала у него желание кого-то убить.

— Ну… Сам выпей зелье забвение! Запри ее на острове колдуний в провинции Соревалла, да что угодно! — не думая, предложил друг.

— Сначала я найду ее, — мрачно сказал Велиар, отпихиваясь от друга и вновь устремляя взгляд за окно. Там виднелся большой цветущий сад и край проспекта, по которому разъезжали самоходные кареты и гуляли демоны.

Айгул тяжело вздохнул, и демон услышал, как друг вновь усаживается в кресло.

— А вот к слову… Ты не думаешь, что это странно… Почему она все еще не пришла, оббивать твой порог? Разве это не мечта любой куртизанки проснуться в один день истинной какого-нибудь эйра?