Стопроцентные чары. Пас 4. Дриблинг безликих

Глава 3. Забавы в бликах рассвета

Далекий грохот начисто стер стеклянно-зеркальный мир, вырвав Аркашу из туманного сновидения. Дернувшись, девушка уткнулась носом в обнаженное плечо, благоухающее насыщенным ароматом персика. В порыве мнительности пощупала пальцами дальше и, наткнувшись на лямку майки, успокоено выдохнула.

Одетый. Жаль только, спросонья не сразу удалось сообразить, что подобный натиск вряд ли может остаться незамеченным.

Поразительно, что у нее вообще получилось заснуть рядом с Момо после всего, что он творил в лесу на тренировке в парах и в подсобке спортзала Сириуса. К тому же она оставила в комнате Маккина без присмотра.

Аркаша отдернула руку и спрятала ее за спиной. Несмотря на очевидную прямоту ее недавнего наступления, комментариев от Момо так и не последовало. Он даже голову в сторону девушки не повернул, да и от подушки тоже не удосужился ее оторвать. Только задрал до упора и прилип взглядом к входной двери.

И источник демонского интереса обнаружился мгновенно. Как, впрочем, и причина шума, бесцеремонно нарушившего Аркашин сон.

‒ Милый, я в домике! – Роксан Линси, дикий кот и по абсурдному совместительству сосед Момо по комнате, виртуозно икнул и снова попытался опереться плечом о стену. Та любовных поползновений не оценила и шустро отпрыгнула в сторону.

Ну, понятное дело, стена никуда не двигалась, а с направлениями своих шевелений запутался сам котейка, однако ни то, ни другое не уменьшило мощность грохота, с которой Роксан повалился на пол.

Момо тяжело вздохнул и уселся на край кровати. Аркаша технично прибилась вплотную к стеночке.

‒ Разве кот не должен приземляться на все лапищи, а, глупоух?

‒ Р-р-рошик, лапы ра-а-азъезжаются, ‒ посетовал котейка и принялся подниматься. Вначале к потолку потянулась кошачья пятая точка, затем за возглавившим миссию местом последовали и остальные конечности.

‒ Ты в зюзю? – строго спросил Момо, хотя, судя по танцевальным па, уточнения были излишни.

‒ Я не-е специально. – Роксан, выражая искренность, прижал ладонь к груди. При этом не рассчитал силу и долбанул себя так, что едва опять не растянулся на полу. – Кто-то подсунул… подкинул… жижку… фу-у… Не ешь, Ро-о-ошик. По темечку бьет… Валуном.

«Стоило все же предупредить ребят насчет прабабусиной настойки, ‒ немного сожалея о своем бездействии, подумала Аркаша. – И по поводу общажного гномика Шаркюля, втюхивающего эту дрянь всем подряд».

‒ А ты скуча-а-а-ал, Рошик, да-а? – Оттопырив вторую пару кошачьих ушей, юноша в быстром темпе двинулся вперед. И в своих бешеных рывках был чуть менее успешен, чем, скажем, тот же гоночный автомобиль на скользкой дороге. – Дай отожму обнима-а-ашки!

Аркаша сжалась в комочек, когда Роксан совершил скачок. Судя по намеченной траектории, котейка намеревался задавить соседушку своими телесными тоннами радости или, в случае промаха, хотя бы поваляться на чужой постельке. Гостья бы при этом оказалась в состоянии крайней сплющенности.

И промах произошел.

Внутренний маятник котейки качнул его в сторону, и развеселое тело полетело прямо на Аркашу. Крик застрял в горле, а руки непроизвольно прикрыли лицо, хотя сознание и твердило, что это вряд ли поможет.

Кровать основательно тряхнуло. Момо рванул с места и добровольно очутился на пути ошалелого дикого кота. К девичьим ладоням прижалась обжигающая спина – от удара Момо откинулся назад, чтобы удержать вес навалившегося на него Роксана, но рассчитал все так, чтобы не придавить собой девушку. Мышцы над Аркашиными руками напряглись, юноша медленно выпрямился, удерживая вцепившегося в него ушастого блондинчика, а через секунду рванул того за рубашку на спине и, не церемонясь, скинул хохочущего соседа на пол.

Аркаша натянула покрывало до самого носа и облегчено выдохнула.

‒ Неугомонный кусок кошачьей шерсти. – Момо опустился на корточки и беззлобно щелкнул Роксана по лбу. – Заканчивай бузить и вали дрыхнуть.

‒ Направление… Ро-о-ошик. – Котейка с энтузиазмом огляделся. – Рошик. Дай знак. Куда…ползти?

‒ Туда, куда я хотел бы тебя отправить, ты просто не доползешь. Шерстистый дух испустишь. – Момо перехватил соседа за воротник, затем за плечо и пристроил хихикающего котяшку у своего бока, как вяло шевелящееся, но очень счастливое полешко. Примерно в такой структурной собранности парни и доковыляли до спального места Роксана. Вернее, плелся Момо, котяра же активно поддерживал его икающими комментариями, слезно просил дернуть разок за малиновый локон у ушка и деятельно скользил разъезжающимися ногами по полу.

Достигнув назначенной точки, Момо, мощно крутанувшись, зашвырнул Роксана на его лежак. Тот, вновь не показав публике ни намека на чудеса ловкости, повалился плашмя на покрывало и натурально замурчал, чередуя восторженную «песенку» с хихиканьем и лукавым подмигиванием.

‒ Дрыхни, ‒ распорядился Момо и накинул на вышедшего из строя котейку покрывало.

Искусственная смена дня на ночь подействовала. Мурчащая горка благополучно засопела.

Парень с полминуты подежурил возле нагулявшегося приятеля, а затем, ероша собственные яркие локоны, направился к своей кровати.

‒ Проснулась? – Момо остановился на середине комнаты, намерено или неосознанно создавая безопасное пространство для Аркаши.