Стопроцентные чары. Пас 5. Абсолютный аллей-уп

Глава 4. Разрешение на слабость

Воцарившуюся тишину нарушила лишь серия судорожных вздохов потрясенного Роксана. Аркаше неимоверно хотелось разделить его настроение, присоединившись с протестующим визгом. Однако восстановленной энергии хватило лишь на коротенький почти беззвучный писк.

На пробной игре не желают видеть Аркадию Теньковскую? И на Турнире тоже?

Эту девчонку вообще где-нибудь ждут?!

‒ Вы же… лекарь. ‒ Рассудок Аркаши по-настоящему всполошился. В ее воображении один малюсенький игрок споткнулся о ногу другого, и остальные повалились на него, мигом создав беспорядочную суету в разуме. ‒ Исцелите. До пробной еще есть несколько дней.

‒ Со здоровьем не шутят. Кости, может, и в порядке, но восстановление и правда не такой уж быстрый процесс. Согласись, бэлла, ты не пальчиком об угол ударилась, а выпала из окна. К тому же многоуважаемый капитан не станет выпускать тебя на площадку без предварительного участия в тренировках. А их тебе все же предстоит пропустить.

‒ Кэ-э-э-э-эп! ‒ заныл Роксан. ‒ Ну, как же так? Играть без Зефиринки? Она ведь столько пережила, чтобы попасть в команду.

«Точно. ‒ Аркашу зазнобило. ‒ Все насмарку. Моим великим целям и стремлениям конец».

‒ Со здоровьем не шутят. ‒ Повторив слово в слово то, что сказал Ти-Аль, Грегори между тем не выглядел, как лидер, полностью проникшийся этим морально правильным утверждением.

Всего на миг, но в вихре мелькнувших на его лице эмоций проявилась обида. Быть может, на этот крошечный временной отрезок ему хотелось отбросить прочь все сомнения, касающиеся состояния игрока Теньковской, наплевать на предостережения и во что бы то ни стало загнать ее на площадку. Он ведь столько трудился ‒ не только ради нее, но для всех членов команды.

Помогал, защищал, заботился.

Ну, почему, почему, почему она покалечилась? Почему не сумела сохранить здоровье? Почему посмела его подвести?

Разве он просил нечто запредельное? Неужели так сложно сделать для него эту малость: достойно отыграть полноценной командой один чертов чарбольный матч? Проявить ответственность и показать наконец, что Сириус ‒ не сборище шутов.

«Стоп. Хватит. ‒ Грегори осадил поток отравляющих мыслей и усилием воли вернулся к своему обычному благоразумию. ‒ Аркадия не виновата. Некто желает ей навредить. Его-то и нужно изловить и наказать. И на нем срываться. А не на девочке. Она могла серьезно пострадать, а не отделаться ушибами. К чертям тупую гордость».

‒ Держите ее здесь, сколько потребуется, ‒ ровным голосом попросил он Ти-Аля.

‒ Но как же?!.. ‒ Аркаша в панике дернулась в сторону Луми, неосознанно ища у него поддержки. ‒ Я тоже должна быть там. Участвовать!

Снежный мальчик сжал ее плечо, явно призывая прислушаться к старшим товарищам. С тех пор, как они ввалились в медпункт, он мало говорил, словно боясь сказать лишнего. Лишь находился рядом с Аркашей молчаливым стражем, чутко реагируя на каждое ее шевеление, и игнорировал стенания окружающих.

«Он не желает сохранить нашу игровую пару? ‒ Ей вдруг захотелось попробовать стать взбалмошной девчонкой. Зарыдать. Побить Луми кулачками. Покапризничать. Попробовать добраться до пола, свернуться на нем калачиком и устроить пассивный бунт, отказываясь с кем-либо общаться. ‒ Потому что заметил, что я не доверяю ему? Потому что создаю проблемы? Потому что на самом-то деле не способна приносить пользу?»

‒ Теньковская.

Аркаша вздрогнула и робко покосилась в сторону Грегори. Ей уже удалось вцепиться в рукав Луми. Снежный мальчик не сопротивлялся ее безотчетным порывам и не стал защищаться, даже когда девичьи пальцы вместе с тканью сильно зажали и его кожу.

Очнувшись, девушка отстранилась и осторожно вернула поврежденную руку Ти-Алю. До этого она вырвал ее из хватки фантома, чтобы удобнее было эмоционально наседать на Луми.

«Как же стыдно».

Роксан с виноватым видом наблюдал за ней. Артемий, глядя на нее, хмурился и успешно воздерживался от обычных саркастичных комментариев.

Всем ребятам было жуть как неуютно.

‒ Ты пролетела четыре этажа, ‒ вкрадчиво напомнил Грегори.

‒ Угу. ‒ Аркаша понурилась.

‒ Мы все тут, как можем, сглаживаем атмосферу, но вообще-то произошедшее ‒ лютая дикость. Понимаешь? Не шутка. Не розыгрыш.

‒ Д-да…

‒ И я бы хотел, чтобы ты тоже четко расставила приоритеты. Я напуган и ужасно переживаю. И в большей степени за тебя. Но не желаю, чтобы мои эмоции захватили меня еще сильнее, и внутреннее состояние отразилось бы и на моем внешнем облике. Предпочитаю действовать на энергии кристально чистого рассудка. Чтобы и те, кто на меня полагаются, не паниковали. ‒ Юноша, в конце концов, поймал ее мечущийся взгляд и удержал зрительный контакт. ‒ Поэтому помоги мне остаться в здравом уме, чтобы я, в свою очередь, мог оказать помощь тебе и другим. Минимизируй последствия моего волнения за тебя. В общем, прекращай беспокоиться о том, что ты там кого-то подведешь и тебе срочно надо ползти на разбитых коленках творить великие дела. У тебя на лице это написано. Тревога и смятение. А пока осознай простую истину. Все, кому ты важна, будут на сто процентов счастливы, если четкий дриблинг начнет творить здоровая и полная сил Аркадия Теньковская. Так что твоя задача одна ‒ восстановиться. Сколько бы времени это ни заняло.