Сторона Луны

Зверь

Рондо Нежность

Ты навстречу ко мне поспеши,
Чтобы душу свою мне отдать.
И на струнах любимой души
Я мелодию стану играть.

- Что сыграешь? - меня ты спроси.
- Рондо "Нежность", от До и до Си...

Я по нотам играть не могу,
Но по струнам рукой пробегу.
И польётся мелодия вдруг
Из-под тёплых и ласковых рук.

Ляжет Зверь на колени ко мне,
Улыбнётся и скажет во сне:
- Так, как Ты - не сыграет никто
Рондо "Нежность", от Си и до До...

Цепи любви

Цепь на шее моей. Да и тело в цепях.

Разорвать я пыталась её второпях.

Только шея в крови, только руки в крови.

Цепь на шее моей – это бремя любви.

Упаду я к ногам, поцелую твой след.

И услышу насмешку и твердое «нет».

Словно сталь, в тишине прозвучит голос твой.

Он другой, он холодный, жестокий, чужой.

Поцелуй на прощанье оставишь ты мне,

И касание пальцев, как будто во сне,

Тихий шёпот и нежность, тепло своих рук,

Радость встреч и мучение частых разлук.

Ты уйдёшь далеко, превратившись в туман.

Ты как призрак, мираж, ты как тень, как обман.

Рву я цепи свои, но нельзя мне их снять.

Не смогу я оковы любви разорвать.

Рабыня

Он хозяин её, а она

Лишь рабыня его. И должна

Рядом быть, если он позовёт

И не плакать, как только уйдёт,

Раскрывать свою душу ему,

Отдаваться ему одному.
 

Горячо он желает принять

Дар её. С наслажденьем опять

Над рабыней имеет он власть.

То подарит ей ласку и страсть,

То заставит от боли страдать,

То жестоко решит наказать.

И не знает никто, почему

Так рабыня покорна ему.

Добровольно, по воле своей

Не снимает рабыня цепей.

Он укроет её под крылом,

А она, наслаждаясь теплом,

Примет ласку и боль от него,

И целует его одного.

***

Опасно доверять

Любимому порою.

И душу раскрывать:

Играет он с душою.

Мне кажется, что он

В ответ раскроет душу,

Ведь страсти унисон

Доверие не рушит.

Вплетётся в унисон

Интриги паутина.

Я отвернусь, а он

Вонзит кинжал мне в спину.

Паук

Сплёл паук кружева в паутине
Очень липких невидимых нитей.
И сидел он в её середине,
Ожидая развитья событий.

Если вдруг посещало желанье -
Он на нитке пониже спускался.
И качался на ней в ожиданьи,
А потом он назад возвращался.

А однажды за край паутины
Зацепилась весёлая мушка.
И паук наблюдал в середине
За возможной своею игрушкой.

Он за нить потянуть попытался,
 Только мушка чуть-чуть отстранилась.
Он её потерять испугался,
Ну а мушка опять зацепилась.

За добычей своей наблюдая,
В паутине любил он качаться,
То лениво тянул, привлекая,
То хотел равнодушным казаться.

Одному ему быть и поныне.
Неумело тянул он за нити.
Он запутался сам в паутине,
Ожидая развитья событий...
 

 Ищу

Я мечтаю о страстности рук.

Я замерзла и мне одиноко.

Ритмом Морзе по клавишам стук

В тишине раздаётся жестоко.

В интернете ищу я тепло,

В виртуальном придуманном мире

Страстность рук отыскать тяжело.

Я одна в поисковом эфире.

Шрамы

Наклонись к моему изголовью
И почувствуй, как сердце страдает.
Ведь ошибки смываются кровью
Очень часто, и все это знают.

Посмотри на разрезы по коже.
Твой кинжал их небрежно оставил.
Затянуться тем ранам поможет
Лишь любовь без конца и без края.

Но останутся тонкие шрамы
Мне - на память, тебе - в наказанье.
Под одеждой их спрячу упрямо,
Как от жизни жестокой посланье.

Птичка

Когда ты силки и капканы

Для птички своей расставляешь,
Когда в ней находишь изъяны

И жёстко её исправляешь,

Когда наблюдаешь за нею

И ревностью часто изводишь,
Когда ты любовью не греешь,
От ласки и неги уходишь,

Тогда и она перестанет

Тебе доверять свои тайны.

Она от контроля устанет,
Захочет тепла нереально.

Она разорвёт твои путы,
Что крылья вязали жестоко.

Вздохнёт, встрепенётся и будто

В простор воспарит. Одиноко.

Бабочка

Бабочка жила в стеклянном шаре.

И никто не мог её поймать.

За стеклом от лёгкого удара

Начинала бабочка летать.

Крылышки дрожали, и порхала -

Встроен электронный механизм.

От вибраций сразу оживала.

Чудеса… Природы реализм.

Как-то раз скатился шарик с полки.

Звон прошёл по хрупкому стеклу.

Брызнули прозрачные осколки,

Заблестели пылью на полу.

На осколках бабочка лежала

И взлететь в пространство не могла.

Только за стеклом она летала,
А на воле сразу умерла.