Сторожа. Затаившаяся магия

Глава 2

Лика медленно открыла глаза. Веки были тяжёлыми, будто под ними хранился весь вчерашний позор. Комната была залита мягким светом — сквозь занавески пробивались полосы утреннего солнца; казалось, кто-то там, наверху, всё ещё надеялся, что день начнётся с чего-то хорошего.

Смешные, наивные лучи. Не видят, с кем имеют дело.

Она потянулась нехотя. Тело было ватным, каждая мышца шептала: не надо. Побудь ещё ничем.

Торопиться некуда. Мир всё равно пошёл дальше — без неё. Пусть идёт.

Из-за окна донёсся характерный гул — заурчала газонокосилка. Лика зажмурилась, будто от удара.

Серьёзно? В этот прекрасный день, когда она официально стала свободной от обучения?

Спать было уже невозможно. Лика тяжело вздохнула, нащупала рукой смартфон на краю кровати и потянула к себе. Надеялась ли она на что-то? На сообщение? На чудо? На весточку от Ани?

Пусто.

Ни уведомлений, ни лайков, ни даже навязчивой рекламы.

Словно её не существует.

Привет, я — цифровой призрак.

Скучающим движением Лика открыла ленту. Началось бессмысленное, болезненное пролистывание. Фото за фото — радостные лица, документы, стены университетов, хэштеги #универ #вышка #мечтаисполняется.

Все они светились. Успели. Смогли. Вскочили в поезд, пока он ещё не тронулся. А она осталась на перроне с простроченным билетом.

Палец замер.

Фото Ани — солнечное, с планшетом, с кофе, с довольным лицом. Подпись: «Будущий дизайнер. Ещё один шаг на пути к мечте». Ещё один шаг… А она даже с места не сдвинулась. Шагнула — и провалилась.

Внутри кольнуло. Потом защипало. Глаза налились слезами, горло сжалось. Но Лика не позволила им выкатиться. Она резко нажала кнопку. Экран погас — и вместе с ним будто потухла вся реальность. Отброшенный в сторону смартфон глухо ударился о подушку и замер.

Она зарылась с головой под пододеяльник, словно в кокон. Спрятаться. Исчезнуть.
Мир — не для меня. Пусть идёт дальше. Без меня.

Но снаружи назойливо продолжался этот безжалостный день.
Смех детей. Кто-то катался на велосипеде. Птицы чирикали, будто ничего не произошло. Солнце светило особенно дерзко. Прямо в лицо, пробиваясь через ткань. Газонокосилка внизу стрекотала, как судейский свисток, напоминая: «Вставай. Игра не окончена».

— А-а… — простонала Лика, выныривая на секунду из-под пододеяльника. — Даже поразлагаться морально не дают…

Голос прозвучал глухо, почти комично, но она не улыбнулась. Просто уставилась в потолок, который начинал расплываться от жары.

Ветер пошевелил занавеску. Тонкая ткань плавно колыхнулась, будто кто-то невидимый до неё дотронулся. Поток воздуха, проникая через щель в окне, играл с комнатой, пытаясь взбодрить этот неподвижный покой.

Лика не двигалась.

Может, если пролежать достаточно долго, тело сольётся с кроватью, и никто не заметит.

Она закрыла глаза, но знала — долго так не получится.

Девушка выползла из комнаты, будто в другой мир — медленно, осторожно, неуверенно, как призрак, которому запретили шуметь. В квартире царило безмолвие. В полуденном свете кружились пылинки, казалось, всё вокруг выдохнуло и забыло вдохнуть. Лишь ленивое тиканье часов из соседней комнаты уверенно отсчитывало время за полдень, в то время как она сама будто осталась за его пределами.

Проходя мимо зеркала в прихожей, она мельком поймала собственное отражение и замерла.

Растрёпанные волосы. Помятая футболка. Глаза, в которых читались лишь растерянность и усталость. Уголки губ даже не дрогнули, не попытались сложиться в ухмылку. Зеркало всё видело — и не предлагало ни утешения, ни выхода.

Да и плевать.

Она отвернулась и побрела на кухню, ведомая одной лишь инерцией.

Открыла холодильник. Свет лампочки резанул по глазам. Всё внутри казалось слишком ярким, слишком упорядоченным. Только она — нет. Взяла первую попавшуюся бутылку, отвинтила крышку и сделала глоток прямо из горлышка.

Кисло. Но прохладно.

Резкий вкус апельсинового сока разбудил язык, но не чувства. Прохлада растеклась по груди — не радость, не облегчение, просто жидкость.

За окном стих звук газонокосилки. Тишина ворвалась в комнату, и Лика с облегчением выдохнула.

Наконец-то. Хоть немного покоя.

Мгновенно исчезло последнее раздражение, мешавшее раствориться в собственном ничегонеделании.

Она вернулась в комнату и рухнула на кровать, утонув в мягком матрасе. Взгляд блуждал по потолку, по пятнам света на обоях, по теням, будто рисовавшим собственное кино. Спать больше не хотелось. Внутри было слишком пусто для сна и слишком тревожно, чтобы встать.

Но взгляд зацепился за письменный стол. Монитор. Чёрный экран.

А это… может, и неплохая идея.

Лика медленно поднялась, подошла к столу. Прикоснулась к его краю, будто проверяя реальность. Альбомы, бумаги… И среди них — её рисунок. Оставленный ещё тогда, когда казалось, что искусство — это не просто мечта, а билет в мир, где она может быть собой.