Страна Асов: Кровавый ворон

18.

Астарта.

Горло обжигает какой-то жидкостью, оседающей на стенках и языке. Сглатываю слюну и откашливаюсь тут же. Чувствую, что меня тошнит, и от этого вскакиваю. Благо, Ника подставляет мне ведро, в которое меня всё-таки вырывает. Учитывая, что я столько часов не ела, преимущественно водой и какой-то болотно-коричневой жидкостью. Не успеваю, задаться вопросом о том, что же это, как меня рвёт снова. Живот бурлит, а желудок возмущается такой несправедливостью. Череда рвотных позывов достигает своего апогея. Так много меня ещё не рвало. Когда всё утихает, я позволяю себе увалиться на спину и пролежать несколько минут.

— Ты как? — слышу обеспокоенный голос Ники.

— Уже в порядке, — еле шевелю губами. Голос осипший, неприятный. Девушка подаёт мне какую-то небольшую посудину. — Что это? — спрашиваю, но уже чувствую запах. Какой-то мясной бульон. Хотя нет, ковырнув ложкой, понимаю, что здесь есть и овощи, и мясо.

— Куриный суп, — подтверждает она мои догадки. — Вот хлеб, — суёт в мои ещё слабые руки целый ломоть. — Нужно съесть сейчас, иначе снова вырвет.

— Спасибо, — благодарю еле слышно и приступаю к трапезе. Сил нет ни на что, а еда точно прибавит их.

Пока ем, оглядываю помещение. В небольшой комнате стоят две кровати, на одной из которых сижу я. Два шкафа, два кресла и два небольших столика возле них. Всё парное. Только большое окно — одно, но света приносит столько, что в нём можно купаться. На полу постелен довольно мягкий ковёр (я таких раньше даже не встречала), а стены покрашены в неяркий нежный цвет. Береника, заметив моё внимание, сразу поясняет:

— Это наша комната, — улыбается, — так что располагайся, как пожелаешь.

— А турнир? — спрашиваю и отдаю посуду девушке. Ника отставляет её на столик и присаживается на край моей кровати.

— Мы прошли испытание. Новых ещё не было, всех пытаются грамотно расселить, — рассказывает она с небольшими паузами. Будто хочет поделиться всем в хронологическом порядке. — Мальчики тоже прошли, живут через пять комнат от нас, но по левой стороне. А нам сегодня должны будут занести сундуки с новой одеждой.

— Как это, новой? — хмурюсь, не понимая. Раньше никто не выдавал на турнире одежду. Всё привозилось с собой.

— Вот так. Судьи распорядились, чтобы у каждого были новые комплекты одежды. Всем снимали мерки.

— А мои? Кто снял мои… мерки?

— М-м-м, — тянет загадочно, — я, — её голос дрожит, но она старается придать ему уверенности. — И я же передала их портным.

— Ясно, спасибо. А что с теми вещами, с которыми мы все прибыли?

— А-а, если твой сопровождающий дотащил их до нужного места, то я думаю, их привезут сегодня.

Я с облегчением выдыхаю и откидываю ткань, которой была накрыта, в сторону. На мочевой пузырь давит, а спросить, где тут можно облегчиться, я стесняюсь. Ника понимает всё без слов и указывает на неприметную дверку в углу. Я сразу, пошатываясь, ныряю туда. Небольшая коморка оказывается душевой комнатой. Я слышала о таких, однако всегда думала, что они есть только у очень способных магов или у богатых людей.

Здесь находятся какие-то запредельные новшества и технологии. Имеется нужник и даже… небольшой водопад, вода из которого льётся, не прекращаясь. Не быстро, но и не медленно. Тут же оказывается и тумба с умывальником и глядельцем[1]. Посмотрев на себя в отражение, пугаюсь. Это когда же я стала настолько некрасивой?

Замечаю на тумбе гребень и принимаюсь расчёсывать спутанные пряди. Некоторые из них приходится драть, но другого выхода я просто не вижу. Скинув с себя сорочку, прохожу к воде и начинаю мыться.

В итоге выйти из этой комнаты мне удаётся не так уж скоро, как хотелось бы.

— Аста, там в тумбе лежат полотенца! — кричит Береника.

Благодарю её уже потом, когда выхожу, завернувшись в полотенце. Расчесать мокрые волосы получается легче, поэтому я безумно довольна проделанной над собой работой. Пока купалась никаких ран на себе не заметила. Видимо, всё само заросло. Память мне не отшибло, об испытании и зелёных шарах, врезавшихся в меня, я прекрасно помнила. Вот только… Я даже не спросила, сколько дней после этого прошло.

Стараясь не упустить возможность, сразу интересуюсь у Ники.

— Чуть больше одного дня. Пока ты мылась, принесли одежду, — девушка указывает на два огромных сундука.

— Ого! — удивляюсь, заметив их. — Ничего себе! — восклицаю и иду к ним.

— Да, я тоже удивилась, — сдержанно отвечает подруга.

— Ты не рада? — ахаю восторженно, открыв первый сундук, до верха заполненный вещами. — Тут столько всего!

— Нет, рада. Просто ждала тебя, — пожимает она плечами.

После того, как определяемся, кто какую вещь себе оставляет, выкладываем одежду на кровати и принимаемся складывать её в шкаф. За этим занятием и непринуждённой болтовнёй проводим остаток дня. Выбрав наряд, понравившийся особенно сильно, остаюсь в нём.

Это привычные мне тёмные штаны, не сильно обтягивающие бёдра, и недлинная зелёная рубаха с кожаным, изящным поясом, которым я выгодно подчёркиваю талию. На груди имеется шнуровка, что выставляет мою округлую грудь в привлекательном свете. Совсем не вульгарно, нет. Женственно.