Страна юности

Новый друг

- Сосредоточься на образе меча, - твердил Лосось, плескаясь недалеко от берега. Лео, закрыв глаза, расслабленно сидел на большом камне. Занятия в лесу проходили примерно раз в неделю на протяжении уже нескольких месяцев. С их помощью мальчик учился управлять мечом, обмениваться с ним мыслями и подчинять своей воле. Лосось оказался, в целом, хорошим учителем. Правда, он часто излишне горячился и срывался по мелочам, но Лео приписывал такое поведение отсутствию у рыбины опыта и долгому пребыванию в одиночестве.
Перед внутренним взором мальчика снова возник клинок Нуаду: четкий, сверкающий, идеальной длины. Лео отлично знал каждую линию на нем, каждый выступ, и мог без труда представить его в своей голове. Мельчайшие детали врезалась глубоко в его память. Образ получился очень удачный. Много времени ушло на то, чтобы установить прочную связь между ним и реальным оружием, но меч не только не сопротивлялся, а даже наоборот - всеми силами старался помочь. Медитации, которые практиковал Лосось, приучили мальчика контролировать собственное состояние, упорядочивать мысли, бороться со страхами, тем самым влияя и на меч. Теперь Лео уже нельзя было застать врасплох, да и клинок стал слушаться его значительно лучше. 
Немного смущало мальчика и его учителя то, что меч общался как бы в одну сторону - сигнализируя или предупреждая о чем-то, а вот заставить его сделать что-то по воле хозяина всё еще было недоступно. Однако те немалые успехи, которые показал мальчик в столь короткое время, вселяли надежду в друзей, что связь станет еще более прочной, сильной и по-настоящему полной. Это позволит обуздать свирепый нрав божественного клинка и сделает Лео одним из лучших воинов.
К сожалению, Лососю не было ничего известно об интеллекте меча - как он мог появиться, что он собой представляет, каковы его границы. Всех возможностей клинка они также не знали, но надеялись, что упорные тренировки помогут их раскрыть. Бруно, узнав об этом, посоветовал запастись терпением.
Когда Лосось и Лео не медитировали, то разговарили на обычные темы, как друзья. Лосось многое поведал о лесе и его обитателях. О том, что Норвуд существует с незапамятных времен, как и озеро в его центре. Что Лосось попал в него, будучи еще мальком, а когда вырос, то почти сразу очутился в лесном совете. По прошествии положенного срока Лосось не вернулся к прежней рыбьей жизни, а, неведомо почему, возглавил компанию хранителей. Он мало расказывал о себе до того, как впервые встретил Бруно, Лю и Эла, повествуя, в основном, о том, что приключилось в лесу в последние полсотни лет.
Лосось однажды признался, что не представляет, откуда взялись его способности. Вероятно, это просто одно из свойств, которое он приобрел, став членом совета. Годы совместной жизни сблизили всех их, и дружба переросла в нечто большее - настоящее братство. Другие звери редко посещали эти места, изредка забредая сюда, чтобы напиться, почуяв воду жарким летним днем, а вот Бруно не стеснялся купаться в озере. Он и Лю порой носились по берегу, обдавая друг друга брызгами и хохоча. 
В отличие от Лосося, прикованного к своему месту в озере, медведь, волчица и филин бывали, где им угодно, и прекрасно знали округу. В те немногие дни, когда Лео и Лика приходили просто отдохнуть в компании друзей, они водили ребят по различным заповедным уголкам. Дети ахали от удивления и охали от ужаса, глядя на диковинки, которые обнаруживали, бродя в горах или спускаясь в бездонные ущелья, погружаясь в ледяные пещеры или забираясь на верхушки самых высоких деревьев. Неоднократно Лео заводил разговор о способностях членов совета к внешнему преображению, чтобы получше узнать товарищей. Но те не могли толком ничего объяснить, ссылаясь на незнание или то, что не помнят своей жизни до Совета. И дети перестали спрашивать, привыкнув к тому, что Бруно и другие могли вдруг стать огромными и страшными, правда, случалось это очень редко - только если что-то серьезно угрожало им или обитателям леса.
Когда же друзья были заняты своими делами, Лео долго и упорно занимался. С каждым уроком мальчик все лучше и лучше понимал меч Нуаду, и тот отвечал ему взаимностью. Со временем их связь должна окрепнуть настолько, что сделает их величайшей в истории парой, двойкой, чьи ратные подвиги станут легендарными.  

***

На следующий день город гудел от голосов, обсуждающих вчерашнее происшествие. Говорили везде - на площади, улицах, мостах, в коридорах, ухнях и даже банях. Всех потрясло жестокое убийство Максимилиана Дея: он был обнаружен с растерзанным горлом в своей гостиной. Дом опечатали, началось расследование, но уже стало ясно, что нет ни одного следа, ни одной ниточки, которая могла бы привести к убийце. Толстый префект лишь беспомощно разводил руками.
Старый капитан жил обособленно, уединенно и мало общался с людьми. Не исключено, считали в префектуре, что он завел себе какое-то дикое животное, которое в итоге и убило его. Но те, кто, хоть и редко, бывал у него в гостях, в один голос утверждали обратное, да и не было клеток, вообще ничего, что намекало бы на присутствие другого живого существа в доме.
Дея хоронили на городском кладбище. Присутствовали сам мэр, почти весь Совет, соседи Дея и все те, кто слышал о нем или хоть немного знал. Из столицы прибыл посланник. Он произнес длинную, витиеватую речь, в которой говорилось о всех тех заслугах, что капитан оказал Норбургу, стране в целом и королю в частности. Лео с Ликой тоже были здесь. Они пришли очень рано. Грусть была настолько сильной, что ребята перекинулись за все время лишь парой слов. Дети любили капитана и глубоко сожалели о его внезапной кончине. 
Люди обступили свежую могилу и клали цветы на плиту, но если бы они посмотрели в небо, то увидели бы в нем небольшую точку в отдалении - это был Эл. Он прибыл отдать дань памяти и уважения, и долго еще парил вдалеке. Могучие дубы прошумели прощальную песнь храброму капитану. Спустя время люди стали расходиться, оставляя после себя цепочки следов на мягкой земле и примятую траву.
Как ни странно, но больше всех в семье обсуждал смерть Дея отец Лео. Ему недавала покоя, тревожила странная необъяснимая гибель старика - пусть не друга, но давнего знакомого. По словам констебля, занятого расследованием убийства, выходило, что из дома ничего не попало, хотя там были вещи большой ценности: предметы из золота, нитки жемчуга, картины, искусные заморские изделия. Пропала только тетрадь с личными записями, предположительно, бухгалтерская книга. Но кого может заинтересовать подобная вещь? Тревога отца передалась и Лео.
Занятия в школе фехтования возобновились через пару дней. Рана учителя была серьезнее, чем показалось на первый взгляд. Он также скорбел о старом капитане, будучи знакомым с ним ранее. Сэр Балор был уверен, что власти разберутся, кто виноват, и отыщут убийцу. А пока нужно вернуться к тренеровкам. 
Школа Мора процветала, число учеников росло, рядом начал строиться еще один зал для упражнений. Лео был полностью погружен в занятия, неустанно тренеруясь и оттачивая мастерство, но что-то было не так. Наконец, мальчик понял, что дело в мече Нуаду. Не способный пока отличить простое безобидное занятие с учителем и опасную схватку, меч целиком перехватывал управление рукой и телом юноши, заставляя того двигаться так, как хотелось ему, а не его хозяину.
Настал день, когда Лео столкнулся с этой проблемой всерьез. Прошло уже несколько месяцев занятий, и сэр Балор Мор, не признающий обучение на деревевянном оружии, предложил устроить пробный поединок. Схватка была серьезной, учитель мастерски владел мечом, но и Лео не уступал ему. Стараясь действовать самостоятельно, он расчетливо наносил удары и отбивал их, однако меч Нуаду, по-видимому, имел свое мнение, так как в определенный момент вдруг вырвался из рук и напал на учителя. Тот с великим трудом отразил атаку, однако меч-таки нанес ему легкую рану в руку. Лео вскрикнул, кинулся вперед и перехватил рукоять, крепко стискивая ее и опуская кисть внизь. Сэр Балор Мор, замерев, стоял напротив. Из тонкого пореза сочилась кровь. Затем он отложил свой меч и сел на скамью у стены.
- Присядь рядом, прошу тебя, - обратился он к мальчику. Умелой рукой учитель перебинтовал запястье. - У меня было подозрение, но... Это ведь не простой меч? Не думаю, что глаза или руки обманули меня.
- Вы правы, сэр, - тихо подтвердил Лео.
- Значит, это все-таки правда, - задумчиво сказал Балор Мор. - Не ожидал, что когда-нибудь стану свидетелем чего-то подобного. Я никому ничего не скажу, можешь быть спокоен. Даю свое слово! Ты обещал, что отобедаешь в моей компании, и мне кажется, что наступил момент, чтобы сдержать обещание.
Лео был обрадован тем, что его учитель оказался не только умен, но и мудр, не настаивая на дополнительном объяснении. Оставалось уточнить время встречи.
- Скоро обед, - мастер глянул на часы. - Встретимся в "Морском Дьяволе" в два часа дня. У меня есть к тебе серьезный разговор. Не об этой штуке, что висит у тебя на поясе, а о тебе.
Лео удивленно посмотрел на учителя, но промолчал. Оставшееся время он занимался сам. Затем побежал домой, чтобы сообщить, что сегодня обедает с учителем.