Странная учительница

5. Странный урок биологии

Однокашники продолжали балагурить. Госпожа Дарксон вскоре вошла. Её зовут Матильда — так её называла Шебри. Красивое имя. Оно созвучно с моим, рифмуется. Я подумала о том, что это знак.

Она вошла, держа журнал в руках, и остановила взгляд на мне. Чем же я привлекла её внимание? Но оказалось, что она посмотрела на меня первую случайно, начиная осматривать нас всех поочерёдно. Дарксон прошла к учительскому столу, положила журнал. В её движениях — спокойствие, степенность, плавность, изящество, лёгкость. Она меня сразу заинтриговала.

От неё исходила особая сила, энергетика. И я чувствовала её. Это называют харизмой, природным обаянием. Она не обычная женщина. Поставить в ряд с ней нервных, зачуханных нерадивыми учениками педагогов нашей школы — она выделяется очень ярко. Я тут же стала одержима фантастическими мыслями, что может, она не училка, а внедрённый к нам в школу частный детектив, или даже секретный агент ГБРиБ? Когда она начала говорить, мистическим образом воцарилась мёртвая тишина, хотя до этого момента никто в классе почти не замечал, что она пришла. Даже болтун Ган притих.

— Ребята, здравствуйте, — мягкий, тихий, но совсем не робкий голос, — вставать необязательно. Я заменяю у вас анатомию на время отсутствия госпожи Робби. Очень надеюсь, что вскоре она поправится, и мы с вами не отстанем от учебной программы и этим её порадуем. Меня зовут госпожа Дарксон. Давайте для начала я отмечу присутствующих, и после этого мы займёмся повторением. Говорите мне свои фамилии, ряд у окна, пожалуйста.

Она открыла журнал, но смотрела она не в журнал, а в аудиторию. Не прятала глаза. Ничто не выдавало её волнение. А она молодая. Про молодых педагогов известно, что они либо прячут свою неуверенность за высокомерием и стервозностью, либо слишком робки, и класс их не слушается и высмеивает.

Ребята представились. Очередь дошла до Когана:

— Коган, — представился школьный гангстер и добавил с обольстительной улыбкой: — Мы уже знакомы.

Класс заинтересовался. Госпожа Дарксон улыбнулась:

— Совершенно верно, я преподавала у группы Б семь лет назад. Поздравляю тебя с переводом в группу А. Но мы поговорим об этом в свободное от урока время, если хочешь, — призвала она твёрдым голосом к дисциплине. И попросила: — Дальше.

— Итчи, — назвала я свою фамилию.

После опроса о присутствующих она взяла учебник. Я сразу почувствовала, что она великолепно держит класс и бразды правления — вообще всё держит под контролем. Как опытный рулевой — штурвал. Класс сидел словно завороженный. Наверное, ребята обрабатывали в мозгу первое впечатление о ней, которое разительно отличалось от привычных первых впечатлений о новых учителях. Салли начала активно улыбаться госпоже Дарксон — похоже, преподаватель ей понравилась.

— Итак, если я не ошибаюсь, вы проходили тему «Строение и функции эритроцитов», не так ли? — напомнила учительница.

Вот это да! Она отлично подготовилась к уроку с нами, знает, что мы проходим, даже какой параграф. С ней не забалуешь!

— Да, прошлое полугодие мы закончили этой темой, — подтвердила Салли, довольная, что представилась возможность проявить активность.

— Вот и отлично. Пусть кое-кто из вас пойдёт к доске и напомнит нам об этих кровяных тельцах, — предложила госпожа Дарксон, интригующе оглядывая класс.

Кто-то испугался, как обычно — боязнь выйти к доске свойственна многим. Кто-то, как Салли, начал бодро тянуть руку. Я в том числе. Я хотела попасть к доске, чтобы наладить контакт с госпожой Дарксон. Ведь потом можно остаться после урока, зацепиться за обсуждение, как я отвечала, найти темы для разговора. И узнать тайну обаятельности удивительной учительницы! Ещё руку тянула Фэрри. Джейн рассказывала, что Фэрри мечтает стать врачом и самостоятельно изучает анатомию. Ей как новенькой тоже хотелось проявить себя. Фэрри совсем не боялась выступить перед незнакомой аудиторией. Ведь рядом Коган и я — её группа поддержи.

Коган тоже поднял руку, опять улыбаясь во весь рот, но Дарксон сказала:

— Похвально, что столько людей подняли руки. Отдельное спасибо Тимоти за его внимание и смелость. Печально, что руки подняли не все. Что же явилось причиной? Избегание ценного опыта? Или незнание материала? Материал был пройден вами на последнем уроке. И я уверена, что даже те, кто считает, что ничего не знают, получат возможность вместе с нами вспомнить основное. Я хотела бы послушать Тони Гана, — она посмотрела внимательно на нашего ленивого приятеля.

Гану ничего не оставалось делать. Он решил покрасоваться в своём стиле. Тони встал, вышел к доске походкой вразвалочку и явно задумал разыграть фокус с целью проверить новенькую учительницу на выносливость.

— Интересно, чем я вам приглянулся? — не очень покорным тоном спросил он.

— Тем, что очень хорошо знаешь ответ на мой вопрос, — улыбнулась госпожа Дарксон совсем без смущения.

— Это ещё вам надо доказать, — буркнул Ган.

— Если докажешь что-либо сам себе, считай, ты уже победил свою неуверенность и приумножил волю, — произнесла размеренно Дарксон. — Скажи нам, Тони, сколько содержится эритроцитов в теле взрослого человека?

— В среднем четыре с половиной миллиона, — на удивление всем ответил Ган. — Ну, как, я умный? — продолжал он свой тест на выносливость.

Коган усмехнулся, послышались смешки в поддержку Гана с других концов класса.

— Где хранятся эритроциты? — спросила Дарксон, как ни в чём не бывало.

— В селезёнке, разумеется. Это даже ежу понятно! Образуются в губчатом веществе красного мозга костей.

— Может, расскажешь ребятам параграф без моих наводящих вопросов? — спросила госпожа Дарксон с азартом в голосе.

— Я ничего больше не знаю, ставьте мне двойку, — Ган невинно улыбнулся.

Все засмеялись.

— Эй, вообще-то, подождите, задайте мне ещё один вопрос, и если я не отвечу, ставьте мне три, — потребовал Ган.

— Я тебе задам три вопроса. И если ты ответишь, в чём я не сомневаюсь, ты получишь свою честно заработанную пятёрку, — госпожа Дарксон ласково улыбалась — просто прелесть!