Странники. Пламя и Магия

2.6

А Марисоль вновь окунулась в Межмирье. Там по-прежнему было тихо и пусто. Даже пустынно.

Звезды мягко мерцали в вышине. Густыми сверкающими мазками сгустились на горных пиках. Светящимися вихрями клубились внизу, отмечая тропинку.

Соль медленно брела по дорожке из звезд, ткавшейся прямо под ногами и так же легко таявшей искорками позади одинокой путницы. Всё кругом окутывали звездные сумерки. И безмолвие.

Сколько прошло времени в той, новой, чуждой реальности? Соль не знала. Если бы кто-то спросил ее в тот момент, куда она держит путь, ведьма не смогла бы ответить. Она просто доверилась внутреннему чутью.

Наконец, остановилась. Присела на корточки и, прикрыв глаза, вытянула руки.

Тотчас слуха путешественницы коснулся тихий, неожиданно мелодичный треск костра. Их звездного костерка.

— Берт! — вполголоса позвала она, не открывая глаз.

Ответа не последовало.

Ждала ли она? Почему он не приходит? Что должно было произойти, что он не может хоть весточку о себе подать? Соль запрещала себе об этом думать.

Сжимая амулет, открыла глаза. Огляделась зачем-то.

Ни души.

Сквозь пальцы пробивался ослепителньо-белый свет. Ведьма медленно, с опаской разжала пальцы.

И зажмурилась: кулон сиял! Тревожно, отчаянно. Ослепительно.

— Берт… — прошептала она потрясенно.

Ответа по-прежнему не было. Глухая тишина окутывала несуществующий мир Перекрестка. Даже едва слышимый треск звездного костерка, казалось, пропал.

Сердце сдавила тревога.

И вдруг — вспышка! — и драгоценность рассыпалась пеплом. Мелкие белые крупинки развеялись прежде, чем Марисоль хотя бы рукой пошевелить успела.

— Бертран! — отчаянно выкрикнула она, пытаясь проморгаться.

Относительную чёткость зрению вернуть удалось далеко не сразу.

А кругом по-прежнему стояла тишина.

Безмолвие.

— Бертран… Берт! Берт! — не чувствуя струящихся по щекам слез, звал она. Отчаянно. Надрывно. — Где же ты, Странник?!

Соль проснулась от собственного крика. Ресницы слиплись от слез. Глаза болели и наверняка покраснели. К счастью или нет, зеркал или хотя бы чего-то способного их заменить поблизости не было. Впрочем, вполне хватало и ощущений.

Она раздражённо вытерла рукавом слезящиеся глаза. Села.

Помедлив, дрожащей рукой потянулась к шее, молясь, чтобы сон не сказался на реальности. И замерла, забыв дышать.

Потом дёрнулась, суетливо рванула завязки ворота рубахи.

Вскочила. Заметалась по комнате. Выскочила в соседнюю. Нашла выдраенное до блеска подобие овального металлического подноса. Ничего нового в нём не увидела.

Огляделась. Взгляд привлекло нечто высокое в дальнем углу, накрытое широким расшитым рушником.

Недолго думая, ведьма подскочила к находке. Дёрнула ткань. Покрывало поддалось неожиданно легко.

А путешественница так и застыла, глядя на своё отражение в полный рост.