Странники. Пламя и Магия

6.5

Дорогие друзья!

Сейчас пишу сцены, которые изначально в истории не планировала. Поэтому с продолжением запаздываю.

Спасибо вам за терпение. Приятного чтения!

*

Ночные путешественники окунулись в тепло комнаты. В углу, преображая холодную темень в уютный таинственный полумрак, потрескивал камин. Возле него на чьей-то огромной выделанной шкуре стоял небольшой стол в окружении обитых бархатом кресел.

Апартаменты для высокопоставленных гостей? Обжитым помещение не выглядело.

Осмотреться толком ведьма не успела. Человек вошёл следом, затворил дверь. Сдержанно поклонился. Вполне, впрочем, почтительно.

— Ваше сиятельство, слава… — голос у него оказался шершавый, хриплый, будто простуженный, окончание фразы, тихое, ещё и тканью приглушённое, Соль и вовсе не расслышала.

Зато капюшон выразительно качнулся в её сторону.

Молодой граф понял.

— Говори свободно, — затушил фонарь, поставил его на стол.

Марисоль прошла к камину, протянула к огню озябшие руки.

Их провожатый кивнул понятливо, быстрым привычным движением поджёг лучинку, поднёс её поочерёдно к каждой свече массивного канделябра, возвышавшегося на столе.

— Уж не чаяли вас живым узреть, — новый знакомец говорил быстро, чётко, как человек, привыкший даже в столь малом экономить время. — Среброгрив к каменоломням вышел, взбудораженный, без седока. Лён его насилу изловил. Всю округу обшарили, а вас и след простыл, — вздохнул, зажёг последнюю свечу и с досадой продолжил, бросив лучинку в камин: — Время потеряли, пока орденские по лесу рыскали. Знали, что вы не у них. Но благо то иль худо — поди разбери. По городу слухи о разбойниках поползли…

— Наемники, — не сдержавшись, фыркнула ведьма.

Человек умолк ненадолго, обернувшись к гостье. Глаза сверкнули из тени капюшона.

Лорд тем временем сгрузил на пол рюкзак. Сел, вытянув ноги к камину. И только после заговорил.

— Наемники, — подтвердил, любуясь плящущими языками пламени. — Чудом выжил. Эта юная дева спасла, — поделился минимумом информации, предусмотрительно не называя имени.

Хозяин (насколько поняла ведьма) дома, помедлив, стянул маску на шею, откинул капюшон, явив взорам поздних гостей рябое, в оспинах лицо. Правую бровь и скулу пересекал белесый старый шрам, оставалось загадкой, каким чудом мужчина, получив его, не потерял глаз.

Медово-карие глаза цепко оглядели девушку.

— Сумрак, — коротко склонил их обладатель голову в знак приветствия.

— Соль, — отозвалась ведьма и снова отвернулась к зазывно потрескивающим поленьям в камине.

Жест она оценила. Правда, отчаянно хотелось добавить едкое «ведьма» и посмотреть на реакцию хозяина. Останется ли от его радушия хоть что-то?

Человек меж тем вернулся к прерванному разговору:

— Мы так и предположили. Вы уж простите мою прямоту, ваше сиятельство, но шибко вы беспечны: правду-матку режете, а охрану не берете. Мы хоть и не столица, а… — не договорив, выразительно махнул рукой. — Я так понимаю, ваше спасение — тайна? Иначе бы вы ко мне не пришли.

Вельможа кивнул.

— Тайна, Сумрак. Замечательно, коли слух пойдет, что до столицы я не добрался и неведомо где сгинул. Но осторожно.

— Не извольте беспокоиться. Нужным людям шепну — сделают в лучшем виде.

— Благодарю, — лорд задумчиво перебрал пальцами по столешнице. — Среброгрив пусть у тебя останется. Да, приглядись, у кого мой меч мелькнет.

— Считайте, сделано, — ухмыльнулся мужчина, ладонь красноречиво легла на рукоять кинжала.

Ингвар покачал головой:

— Проследи, но не вмешивайся.

Сумрак досадливо крякнул, но от комментариев воздержался. Уточнил:

— Ещё чем подсобить?

— Мы пешим ходом. Проводишь?

Мужчина на миг задумался. Почесал подбородок, сощурив один глаз, явно что-то подсчитывая.

— Через час?

— Время терпит, — одобрил Ингвар.

Сумрак от такой щедрости несколько смутился, пояснил:

— Вы уж простите, ваше сиятельство, дорога не быстрая: надо с делами неотложными разобраться, распоряжения раздать.

Сиятельство движением ладони оборвал оправдания.

— Ступай, Сумрак, мы подождем. Ужин только подай.

— Сию минуту, — разулыбался хозяин и, снова натянув на лицо маску, исчез из комнаты.

— Сумрак обязан мне жизнью. — нарушил тишину лорд, когда шаги удалились и почти затихли за толстыми стенами.

Ведьма промолчала, невольно отметив, что Ингвар разом ответил на несколько вопросов. Что ж, по-видимому, этот мужчина был из тех немногих, кто всю жизнь помнит добро, однажды причиненное. Лорд не был похож на доверчивого человека. Скорее сам кого хошь использует, разумеется, испросив разрешение используемого, ага.

Спросила, не оглядываясь:

— Он контрабандист?

— Содержит постоялый двор, — уклончиво ответствовал ее спутник.

Только сейчас Марисоль осознала, что то, что она принимала за обычный городской гомон, доносилось из глубины здания. Взрывы хохота, звон торопливо споласкиваемой посуды, ругань и торопливые шаги, отголоски песен… Причем очень даже вольнолюбивых песен, поняла ведьма, прислушавшись. Слова, правда, с трудом удалось разобрать.

Не сдержала усмешки:

— Его за такой репертуар не сожгут?

— Здесь можно мешок золота в общем зале оставить, а через месяц вернуться — на том же месте лежать будет. Как и всё, что здесь происходит, — негромко объяснил лорд. — За этими стенами остаётся.

— За это народ ценит?

— Народ ценит, стража не вмешивается.

— Инквизиция не интересуется, — с иронией добавила ведьма, — пока. Надолго ли?

— Инквизицию интересует Вера. Пока эти песни не идут по улицам, людей никто не тронет.

— Ой, ли? — усмехнулась ведьма. Обернулась, сложив руки на груди. — Что ж тогда Орден каменоломни к рукам прибрал? Это их так земные блага не интересуют?

— Уверенна? Откуда знаешь? — тут же зацепился за информацию лорд.

— Слушать и смотреть умею, — хмыкнула Соль. Подставлять мужиков перед тем, кто вполне мог оказаться орденским, она не хотела.