Странники. Пламя и Магия

6.6

— Хочешь сказать, не знал? — не удержалась ведьма, скептически скривившись, когда дверь за Сумраком закрылась.

— Садись. Поешь. Дорога долгая предстоит: неизвестно, когда привал устроить сможем, — вместо ответа настоятельно посоветовал напарник.

Ведьма промолчала. Но за стол села.

— Каменоломни — вотчина лорда Кары, — обьяснил Ингвар, накладывая себе щедрую порцию мясного рагу. — Он с Орденом торгует. Инквизиция, случается, ссылает каторжников.

— Дрова по зиме самим нужны? Или на палачей золота жалко? — хмыкнула Марисоль. — Так может, доторговался лорд?

Ингвар ответил не сразу. Задумался.

— Возможно, — признал с видимой неохотой. И продолжил размышлять вслух: — Новых бумаг нет. Согласно грамотам, каменоломни перешли по наследству старшему сыну прежнего лорда. И по сей день остаются в его владении.

Соль кивнула, окидывая изобилие на столе грустным взглядом:

— Бумага всё стерпит.

Откровенность за откровенность? Вельможа не скрывал своей осведомлённости. Вот только… Зачем путешествующему аристократу читать чужие бумаги? Не герцог, не принц. Какое ему дело?

Наверное, ей не стоило откровенничать. За одни разговоры можно было головы лишиться. Да и какое ей до судьбы этого мира дело? Но…

Ингвар спокойно делился знаниями и сомнениями, как будто действительно хотел разобраться. И ведьма отважилась рискнуть, озвучить свои опасения:

— Сдаётся мне, местный Наставник в Вере не об одной лишь душе печется. Или решил авторитет Башни укрепить, прямо скажем, с фундамента, — всё же взяла кусок ароматного рыбного пирога, откусила. — Или лорд Кара грехи скромненько замаливает… — выпечка таяла во рту. Увы, настроения не улучшала. — Только, боюсь, он куда более тяжкий грех на душу берёт.

— Ты о чем? — удивился лорд, не донеся до рта ложку.

Соль пожала плечами:

— О смертях, — на душе было мерзко. — Или тоже не знал?

Перед глазами стоял худющий мальчишка в огромном потрепанном кожухе, пьяные, подслеповато щурящиеся мужики с натруженными руками; и одутловатое лицо разжиревшего проверяющего, толстые пальцы, унизанные перстнями… Ведьме казалось, что её пальцы снова склеивает липкий сок того персика.

— Труд камнеломов опасен.

— Ага, — не стала отрицать очевидное. — Но почему при старом Каре мужики не мёрли как мухи? И вдовам помочь молодой хозяин не торопится. А герцог на вассала найти управу не может, — она махнула рукой. Поморщилась: — Чего ты на меня таращишься? Я прислуга. Это нас обычно не замечают, а не наоборот. Не знал?

Он вдруг улыбнулся:

— Знал, — открыто и совсем не к месту. — Удивлён, — и спросил в лоб, не сводя этих своих удивительных серо-стальных глаз: — Зачем ты мне всё это говоришь?

Ведьма с трудом удержала лицо. У неё перед глазами вся несправедливость этого мерзкого мира, а он улыбается!

Совершенно не к месту. И так обаятельно, что и о хищном носе, и о собственных подозрениях на его счет забываешь.

Тряхнула головой. Вздохнула, глуша раздражение.

Неопределённо дернула плечом:

— Навредить мне ты не сможешь: клятва не позволит. Зато ты похож на человека, который может всё изменить. Или не всё. Но хотя бы попытаться.

Он приподнял брови. Усмехнулся:

— Уверена?

Соль посмотрела на пустой кубок. Качнула головой:

— Люди тебя ценят. Ты не сдал этот притон инакомыслия. Более того — спас жизнь хозяину.

— Людям нужно выпускать пар. Сумраку лучше быть другом. И поверь, он не питает иллюзий на мой счёт. Верность — его выбор.

Ведьма хмыкнула. В отличие от неё? Держи друзей близко, а врагов — ещё ближе?

Бросила коротко:

— Думай, — и отвернулась к камину.

Чувствовала она себя ужасно глупо. Зачем она всё это говорила? А если он инквизитор? Мог ли он не знать о творящемся беспределе? А если знал, к чему это притворство?

И сама хороша! Нашла с кем задушевные беседы вести. Взрослая ведьма.

Дёрнула плечом. Такие разговоры вообще лучше затевать, когда можешь в любой момент встать и уйти. Именно так ей и хотелось поступить. Выговорилась — а он пусть себе… думает. Да куда тут пойдёшь?

Вздохнула, перебирая пальцами по изящной ножке кубка. Бездумно глядя в пространство перед собой.

Лорд молчал долго. Медленно, задумчиво пережевывал ужин.

Неужели и впрямь думал?

— Откуда знаешь про наёмников? — наконец спросил негромко.

Отчаянно хотелось пожать плечами и повторить за Вардо: «Это-то и ежу понятно».

Призналась:

— Я с ними едва разминулась. Только на профессионалов не похожи — так, сброд какой-то.

— Профессионалов? — переспросил собеседник, озадаченно.

— Мастеров, — торопливо исправилась ведьма. Уж сколько в этом мире варится, давно пора привыкнуть. А нет-нет, да ляпнет. Ещё и кому?! Стремясь переключить внимание, торопливо добавила: — Очень уж ты им в души запал: всю дорогу обсуждали.

— Узнаешь?

Покачала головой:

— Я их… слышала. Разглядеть толком не удалось. Далеко слишком.

Снова помолчали.

Потом ведьма напомнила:

— Ты так и не объяснил, как мы из города выберемся, минуя стражу.

— Подземный ход, — коротко ответил лорд. Как бы между делом. Между мыслями.

Соль настаивать на продолжении не стала. Ход, так ход.

*

Дорогие друзья!

Мне очень-очень важно ваше мнение, ваше впечатление от этой сцены! Дело в том, что изначально по задумке не было ни Сумрака, ни его постоялого двора, ни вот этих разговоров. И я сейчас в растерянности. Как вам? Насколько гармонично, на ваш взгляд, выглядит подобный разговор? Не кажется ли неуместной подобная откровенность между ними?

Очень нужно мнение со стороны. Буду признательна, если поделитесь!

Приятного чтения!

Ваша Софья.