Странники Реалмов.

Глава 4: «Засада при старом погосте.»

В небе в битве за территорию сцепились два орла. Они били друг друга крыльями, в надежде сбросить на землю один другого и терзали когтями, оставляя раны, безуспешно метили в глаз клювом. Их клекот заглушал лязг металла, крики тщетно пытающихся собраться с последними силами караванщиков, встающих в круг по приказу недрогнувшего командира, когда из леса выбежала еще одна группа людей. С улюлюканием и криками они ударили в спины нападающих, но оставшихся в живых охранников ждало разочарование – никто и не думал им помогать.

Удивление и боль молнией пронеслись по лицу бандита и мысленный гром раздался пугающе – его правая рука, столь неотвратимо важная в деле любого мародера повисла безжизненной плетью, скорее всего навсегда. Рефлекторный шаг назад в попытке уйти от захвата, и комок горечи, подступающий к корню языка, прервался словом: «Терпи, терпи.» - грубым, но уже своим голосом шепнул Торринд. Всего на мгновение потеряв бдительность разбойник не смог уклониться от подсечки. Сломанная рука оказалась за спиной доставляя мучительную боль при каждом движении. Он пытался выгнуть спину под наседающим врагом - две души сцепились в битве на земле. Черно-бронзовая кожа бандита стала приобретать красный оттенок. Душитель впился клещом в шею разбойника, стискивая все ревностнее напряженные жилы. Несколько капель пота упали в широко раскрытый рот, пытающийся схватить еще немного воздуха. Сколько себя помнил Торринд в тот миг, он всегда выкручивался и адаптировался и через многое прошел в обществе бандитов. И именно это отчаянное желание выжить послало его левую руку бежать вперед, как посланца, по зеленому ковру травы в поисках выпавшего клинка. Еще одно движение и рука оказалась в выбоине от копыта лошади. Опускаясь в грязь и воду стоящую в копытце поединщик чувствовал, что слабеет. Силы оставляли разбойника. - «Неужели все?». Перед глазами плеснулась рябь, когда в голове мелькнула картинка и зазвучал требовательный голос уже давно погибшего атамана: «Выше недоумок! Меч выше этой лужи.». Еще один рывок и холодная металлическая сталь скользнула в руку. Собрав все оставшиеся силы в последующий удар, настолько, что даже холодное лезвие и ему самому своими зазубринами впилось в пальцы, он сделал секущее движение наотмашь. Противник заревел как раненый зверь, холод и соль оказались на губах. А бандит все никак не мог стоя на четвереньках, опираясь на здоровую руку отдышаться.

Наконец он, хрипя, и громко кашляя встал. Голова кружилась, все было смазано. Пошатываясь, выставил вперед свой меч, держа его наготове перед собой. Рука все еще не слушалась и пульсировала от боли, мешая сосредоточится.  Пара брошенных взглядов вперед. - «Никого нет.» Разворот в сторону, еще один взгляд исподлобья. - «Никого.» Все еще не понимая, куда делся противник, бандит стал тщательно осматриваться вокруг. Пот заливал глаза. Крупные капли застревали в ресницах. Грудь тяжело вздымалась, а из горла выносились посвистывания и хрипы, но кашель уже можно было сдержать. Вокруг лежали трупы караванщиков и людей из двух банд, не поделивших добычу. «Да где же он!? Он должно быть притворяется одним из убитых и только ждет случая ударить в спину.» - одна мысль сменялась другой: «Как сквозь землю провалился. Сквозь землю…» - бандит сделал шаг в ту сторону, куда двигался бандит. И да, эта догадка оказалась верной, заставив волосы на голове содрогнуться от увиденной картины. Вскочив и оступившись о труп одного из погонщиков, Душитель полетел вниз в некое подобие каменной ниши в земле, располагавшейся на возвышении и совершенно невидимой из-за трупов вокруг. «И он действительно упал вниз.» - подумал Торринд, разглядывая врага, лежащего внизу на плите, и источающего пар в хладе подземелья.

«Откуда появилась эта ниша?» - обернулся мародер. «Ага вот, колесо повозки налетело на плиту и оглоблей ее сбросило вниз.» - разбойник хотел сплюнуть, но казалось, что сама пустыня Та рассыпалась по его глотке. Проведя по шероховатому камню рукой Торринд, закончил мысль: «Должно быть это один из старых склепов.» Обернувшись, он сопроводил равнодушным взглядом убитых защитников и привычно скользнул по поясу в поисках мешка с монетами, но наткнулся на флягу. Бандит рухнул на колени, дрожащей, непослушной рукой отстегнул ее от пояса и стал заливать себе в горло содержимое. Внутри оказалось некрепленое вино, оно стекало по клепанной коже брони, смуглым щекам, унося с них сажу. Эта приятная неожиданность резко привела его в чувство, что даже краски вокруг стали светлее, и мир вокруг наполнился звуками, и он услышал результаты битвы от скрипа колеса, разгоняемого ветром, до стонов раненого. Всё это обрадовало бандита. «Жизнь продолжается!» - сказал себе разбойник и улыбнулся даже шире, чем перед тем, как идти на дело. «Пускай эти псы из гримгокской банды удрали с частью добычи, они взяли ее не всю, а здесь даже больше, чем он может унести. Но сначала нужно понять кто это там…» - Подобрав воткнутый в землю меч, Торринд босяцкой походкой пошел в направлении стонов.

- Кого я вижу! Неужели это сам Старина Хахель Угрюм, собственной персоной? – сказал, посмеиваясь бандит, и даже сначала не узнал свой новый хриплый голос.

- Торринд, мне сейчас совсем не до смеха, как же саднит спина. Ты бы знал! – ответил Хахель, морщась. Теперь его густые брови, выглядели скорее не угрюмо, а комично. Разбежавшись в стороны по лбу из-за растерянности их хозяина, они никак не хотели снова сойтись на переносице.

- Это что, выходит ты был с шайкой Диора? – спросил, съеживаясь от боли Хахель.

- А ты, как я погляжу в стражники подался? – наклонив голову на бок присел напротив Торринд.

- Да нет же, я под прикрытием! Выслеживал караван две недели, нанялся. А тут - вы! И все бы ничего, но эти придурки из Гримгокса первым делом обвинили меня и стрелу между лопаток пустили, ну и молодежь теперь пошла, чуть слабину дал и все – сожрут и не поперхнутся, сволочи. Вот встану на свои две – поквитаюсь с ними – чуть не рыча, проговорил Хахель Угрюм.