Странники. Рождение.

8

Рита торопливо вошла в кафе со служебного хода. В раздевалке переоделась, скинула каблуки, поменяла на мягкие теннисные туфли. Попробуй простоять двенадцать часов  на шпильке. Конечно, она проигрывала в росте без них - небольшой "пунктик" по этому поводу имелся - зато ноги к вечеру будут живыми. Под стойкой у нее был небольшой помост, позволяющий  выглядеть со стороны клиента выше. А бармен в зал практически не выходит, бариста тем более. Постояла две минуты перед огромным зеркалом, на пол стены раздевалки. Поправила причёску.   Подвела губки. Надула. ,сжала. Аккуратно сняла пылинку с ресниц .встала в профиль ,выгнула спинку , посмотрела на ноги.., оглядела всю себя, улыбнулась,  подмигнула хорошей девочке в зеркале., и выскочила в зал.

Отчим, мамин новый муж, отец Аллы, армянин,  договорился с владельцем кафе Геворкяном пристроить  старшую дочь.

- Кханечно, какой разговор, дорогой. Пусть приходит. Дети, кто мы без них , как они без нас? Все сделаю, дорогой. - сказал Геворкян не смотря даже на Риту. Сказал  отчиму.

Слово свое сдержал.

- Вот твой бар. Вот кофе машина, - пожилой армянин пытался прочитать название на заграничном аппарате,  ASTORIA /San Marino/ - Шашина. Вот мороженица, творожница. - Смешно перевирая слова, показал толстым пальцем. - Вот Дима - это…э ээээ администратор. Работайте.  - и отдуваясь, покатил  в свой кабинет.

Дима был русским, но с Адлера. Синие точки на ладони возле большого пальцами Шрамики с синими полосками - неудачная попытка свести татуировки выдавало в нем бывшего сидельца.  На удивление он оказался профессионалом: хватким, без амбиций. К кафе он относился как к своему детищу.

 «– Мутить мимо меня не советую», - сказал он всему персоналу на собрании.  –Все вы имеете две зарплаты. Все можете рассчитывать на меня до первого  вашего крысятничества.

Рита тогда удавилась его словам, но позже все стало на свои места. Уволился напарник - бармен Николай -  после ухода вскрылась его работа на себя любимого. По мелочи, но  осадок был неприятный. На курсах барменов и баристы такого не преподавали. Курсы Маргарита окончила потому что на права  не хватило денег. Это было еще во время учебы на дневном. Втором курсе.

    У стойки бара утренняя толкотня: официанты передаются. Михалыч – пьет крайнею чашку кофе. Михалыч  - хороший дядька, бывший мент на пенсии, работающий охранником. В основном по ночам. С Ритой их роднит то, что они устроились в один день. Михалыч  круто взялся за наведение порядка на вверенной ему территории.  Бывшие его коллеги приезжали в кафе почти каждую ночь. Не  по вызовы на чп,  а  проведать Михалыча.  Он их щедро угощал кофе, выпечкой. А те мигалками распугивали месную молодёжь, полюбившую автостанцию. Прибыли с малолетних клиентов не было: ну зайдут, купят энергетик и шоколадку, и то скорей ради фольги и бутылочки.  Пару раз кого-то забирали, пару раз немного жестко поговорили. Молодежь решила отвалит в "более спокойное место". План бывшего омоновца сработал:

         - Лучше сразу вложится по крупному, чем потом терпеть таких соседей.

         На удивление Михалыч и Дима нашли быстро свой язык. Видно понятия бывшего сидельца и бывшего омоновца на устройства придорожного бизнеса сошлись.

         - Ритуль, я на сегодня  всё,  Бай. Вы днем одни. Серега заболел. - сообщил охранник.

         - Подожди две минуты, - попросила Рита, обращаясь на "ты" к Михалычу. - Какие новости за два дня?

         - Новости? - почесал затылок дядька. -  Дима на гвоздь наступил – хромает.

         - Как угораздило-то?! - цокнула девушка.

         - На соседней автостанции в Выхино кафетерий налоговики закрыли. Теперь 763  и 785 маршруты будут у нас обедать. Может еще кто. Вот шеф, - Михалыч в отличии от других сотрудников, которые звали Геваркяна просто по фамилии, называл его шеф, - Ставит шаурмичку. Дима с наладчиками  с подвала кабеля протягивал, чтоб подключить.  Там и напоролся.

         - Шаурмичку? - удивилась Рита.

         - Вон видишь желтый вагончик? Второй день подключают работнички. Больше шатаются по автостанции, чем работают. Мне говорят: "давай помоги  кабель размотать". А я смотрю у них в щитке половины автоматов нету, говорю: "куда вы включать-то будете?" Психанули, щиток закрыли и больше не зовут,  сами тарелку на  крышу установили и  музыку гоняют.

         Возле билетной кассы стоял обшарпанный вагончик на колесах. С боку от окна вывеска: "все в дорогу". Ниже: "Шурма". На краше, закрывая
параболическую антенну,  баннер - повар в колпаке.

         - Светки нет? – Рита  заглянула в  дверь на кухню.

         - Опоздает, звонила. - выкрикнули с кухни.

         Светка, или как работники ножа и половника говорили,- Конфетка, помадка, официантка.  Роскошная высокая брюнетка с  ярким макияжем.  Знаток  и искусительница мужских сердец, любящая давать  клички всем проезжающим. Не раз задерживающая спешащих дальнобойщиков. Девица чья личная жизнь протекала не прекращаясь и на работе. Поэтому обсуждаемая как что-то  неотделимое от кафе. Она  во время смены, если в зале были мужчины любила стоять возле Ритиной стойки, то выгибаясь, то приподнимая одну ногу  - демонстрируя  себя с выгодного ракурса.  Когда шла с подносом к столику с дальнобойщиками, Михалыч, тасующийся возле стойки как то  сказал: "яхта швартуется всеми бортами". Впрочем  в защиту Светки можно было сказать, что  грубые поползновения она пресекала сразу: