Странники. Рождение.

16

м В бункер сразу не пошли. Альберт сказал, что там угарный газ. Ребята бросили зажжённую бумагу в коридор, она погасла. Сошлись на том, чтобы подождать часа четыре-пять. Придвинули костер ближе к открытой двери - это должно создавать дополнительную вентиляцию, на этом настоял Саша. Мы перенесли наш импровизированный лагерь ближе к двери. Поставили поддоны, ящики. Марк размотал один рулон, застелили все чистой бумагой. Каждый устроился как сумел . Саша вытащил из рюкзака леденцы, раздал всем. Вкус был необычный, я некогда таких не пробовала.        Было решено отдохнуть. Огонь горел, мужчины - я стала называть их так - сели и начали рассуждать что могло взорваться в бункере. Я легла, укутавшись двумя широкими слоями бумаги (от нее шел устойчивый запах азс) и слушала непонятные термины про гремучий газ, про аккумуляторный отсек и много разных предположений и сравнений. Вскоре я уснула, не дождавшись когда они успокоятся. Проснулась от того, что Саша тряс меня за плечо.       - Вставай, в бункер идем. Марк прошёл метров пятьдесят, вроде можно дышать. – Саша помог мне встать, поправил пальто и вытер мне щеку.       - Будем дверь закрывать за собой или как? – спросил Марк, обведя всех взглядом.       - Нет, думаю не стоит, –Альберт пропустил меня с Сашей к двери.- Оставим открытою на всякий случай.       - Может одному остаться, у входа? –Саша обратился к Итальянцу, намекая на меня. Тот подошел посмотрел в глаза.       - Справишься? Там могут быть погибшие.       - Справлюсь, - кивнула я.       - Марк и светляк идут первыми, я - вторым, Александр замыкающий. Дистанция полтора метра. Чтобы на пятки не наступать и в спину не толкать. - бодро скомандовал Альберт Николаевич командирским тоном, нетерпящим возражений.       Как-то само получилось что в таких вопросах все полностью соглашались с ним. Светляк проскочил в дверь, Марк прошел следом. Когда я спустилась по ступеням вниз по узкому коридору пахнуло едким запахом горелой пластмассы, чем-то отвратительно горьким. Было холодно, дышалось. Было явно ниже нуля. Коридор оказался узким, я шла почти в притык к стенам. Двоим было бы трудно разойтись. Минут через пять повернув несколько раз, мы вышли в широкий зал. Потолок был закопчён, плафоны осветительных приборов сорваны, торчали провода, под ногами похрустывало мелкое стекло. Вдоль стен стояли металлические ящички для переодевания. Некоторые дверки были распахнуты, из них вываливались предметы одежды, сплошь цвета хаки. Много валялось на полу. Подсумки противогазов, разная мелочь, наверное армейского предназначения. На полу были закрытые деревянные ящики зеленого цвета.       Александр прикрыл мне лицо ладонью и провел дальше. Я поняла что там было что-то нехорошее. Мы шли по коридорам, сворачивали, возвращались и снова поворачивали, пока не свернули и не уперлись в дверь примерно такую же как та, через которую вошли. Только теперь изнутри. Мужчины открыли дверь, там был коридор нетронутый огнем, много полок с заставленных коробками и ящиками. Были три двери: две открытые, одна закрытая. За закрытой дверью был коридор, уходящий далеко в темноту. Альберт , чье мнение в вопросах бункера все считали решающим, заявил что это путь к запасному выходу. Сначала хотели сразу идти к выходу, но Александр настоял, что нужно первое - подготовиться, никто не знает что нас там ждет, второе – найти что-то поесть . Желательно горячего, так как очень холодно и вода кончилась, а в третьих - светляк почти разрядился, хватит на часов пять - шесть. При этом он обнимал меня за плечи , и я поняла что все это он говорит из-за меня. Хорошо бы найти альтернативные источники света или сделать элементарные факела. На том и порешили. Одна из дверей вела в столовую. Там стояло четыре длинных стола, я прикинула, вместимость тридцать восемь человек, плюс-минус. Сели за один из столов. Устроили маленькое совещание. Отметили что болит голова - все таки угарный газ остался. Было решено оставить открытую дверь в коридор запросного выхода - это хоть как-то увеличит вентиляцию. Разбились на две пары . Марк и Александр пошли исследовать то, что мы прошли, а я с Альбертом осталась в столовой устраивать временный лагерь. Мне кажется Марк не доверяет нам с Александром. Я ловила его взгляд то на себе, то на Саше. Он не проявляет каких-то недружелюбных действий, но чувствуется, что он крайне напряжен. Он хромает, сделал себе костыль, Саша перетянул ему ногу. Предложил ему остаться со мной, но тот отказался. Вот Альберт спокоен, даже с юмором. Постоянно всех толкает и шевелит. Хотя видно, что он сам устал. Всю дорогу присаживается и у него кончился коньяк. Марк и Саша ушли, освещая себе путь телефонами. Мы с Альбертом остались в столовой, а светляк в целях экономии перешел на желтоватый свет.       – Нужно найти кладовую, - подал голос Итальянец. - Тут как минимум минус один-два градусов и долгое время был все в угарном газе, а это неплохой консервант. Может и нам что-то достанется. Давай пошарь на кухне, а я пойду посмотрю в эту дверь.       Я зашла за раздачу. Небольшая кухня: мойки, замершая вода в кранах, электрические плиты, а в углу газовая на три конфорке. Я обрадовалась как старому знакомому. Подошла увидела в метре от плиты желтый кран с красной ручкой поперек трубы. Повернула кран, прислушалась - нигде не шипит. Нашла сбоку в кармашке длинные спички. Повернула тумблер - лёгкий щелчок и тихое шипения - поднесла спичку. Синий огонёк вспыхнул, пробежал по кругу. Прибавила газ, плита тихо загудела. Я засмеялась в полный голос. Стала открывать шкафчики, там были сотейники, толкушки, чеснокодавилки, перешла к другим. Вот в черной обертке кофе зерновой обжаренный. Вода? Нужна вода. Стала открывать двери подсобок и, о чудо, нашла комнату, заставленную прозрачными бутылями с водой. Вода была замершая. Отнесла бутыль к плите. Минут через пять край бутыли стал прозрачным. Лед начал таять. В шкафчиках нашлись еще пачка крекеров, немного сахара. Было понятно что на кухне не готовили всерьез . Только на одного-трех человек. Нашлась распечатаная бутылка коньяка ASBACH Urbrand, сухарики, перец, нераспечатанные пачки горохового концентрата, масло в стеклянной литровой бутылке - зеленая этикетка "примо". На дне бутылки видны хлопья, я по кухни знала что это говорит только о том, что масло замерзло, а не к о том, что пропало. Насыпала кофейных зерен в небольшую кастрюлю, потолкла толкушкой. Через двадцать минут кофе был готов. Положила на стол крекеры, поставила оливковое масло, предварительно попробовала - приличное, довольно ароматное. Соль.       - Как вкусно пахнет, –Альберт стоял в дверях, держа в руках коробку. - Я уже соскучился по этому запаху, - он прошел поставил на стол коробку. – Разбери, я не смог перевести, а ты у нас вроде ин.яз. заканчиваешь?       -Да , весной должен быть диплом, - я стала брать из коробки пакеты, банки, читать и ставить на стол. - Сухофрукты микс. Миндаль, инжир, дольки манго.        - Хочу тебя спросить про Александра, - вдруг произнес Альберт. - Можешь не отвечать, если не захочешь.       - Спрашиваете, – я достала банку и прочитала. – Хлеб. А что хлеб тоже бывает в банках?       - Бывает, - кивнул мужчина. - И в пакетах толстого пластика бывает. Ты давно знаешь его?       - Больше полугода, а точнее семь месяцев и восемь дней.       - Чем он занимается по-твоему?       - Он не занимается наркотиками, если вы об этом, – я вытащила следующую банку. – Сгущенка. Представляете, сгущённое молоко. Никогда бы не подумала, что она бывает немецкого производства. – на банке медведь кормит медвежонка из соски.       - А по твоему чем? - не отставал Альберт. - Ну ты же с ним говорила о работе, о его проблемах?       - Он занимается антиквариатом. Музыкальными автоматами. Разной мебелью. Я слышала о его переговорах о покупке столового фарфора.       - Я знакомые его, кто они ?       - Альберт Николаевич , вот сейчас они вернутся вы сами его спросите, – я вытащила пачку толстых, сначала мне показалось, карандашей. Потом поняла что это свечи. – Знакомые его порядочные люди. Много творческих, музыканты . Может кто-то из них и употребляет что-то запрещенное, но уверяю вас, Саша это им не продавал.       - Не сердитесь Рита, - спокойно проговорил Итальянец. - Это у меня профессиональное. Последний вопрос и я от вас отстану на сегодня точно.- он дул на кружку кофе, а взгляд его смотрел на большую бутылку коньяка.       Я подвинула ему бутылку, и он улыбнулся.       - Благодарю. Знаете, я никак не могу согреться здесь. Вы не видели у Александра странных наручных часов? Ну знаете, не совсем обычных. Каких-то редкой модели?       - Нет, никогда не видела. - Я зажгла сразу четыре свечи. – Надо позвать ребят.       -Я позову, - вызвался он и уже через секунду ушел.        Я разобрала коробку. Там оказались армейские галеты - четыре пачки. Сигареты "Juno", "Oberst" и "Eckstein №5". Курительный табак, спички. Пачка горохового супа. Прочитала инструкцию на банке ,,хлеб,, , открыла поставила проветриваться – как было написано. Банка была большая, открывалась специальным ключом, из нее выпала круглая длинная булка хлеба. Я потрогала ее пальцем, она оказалась совершенно мягкая, только пахла спиртом.       Мужчины вернулись, и небольшая кухня стала тесной, они принесли с собой запах гари. От них пахло пожаром. Лица у Марка и Александра были в полосках сажи . Куртки где в известке, где в той же саже. Брюки и ботинки в цементной пыли. Марк был возбужден, без остановки рассказывал Альберту о том, что видел, что нашли, исследуя залы и коридоры бункера. На плечах у них весели ружья, у каждого по несколько штук. В руках - фанерные ящики. Из своего ящика Александр вытащил две банки фасоли и две банки мясных консерв.       - Посмотри на предмет бомбажа. Мы не можем определить сколько им лет, так как не знаем какой сейчас год по местному летоисчислению.        Он закрыл меня плечом от ребят и поцеловал. Потом вынул платок и вытер мне лицо.       - А это тебе, - он вытащил из бокового кармана жестяную коробочку с изображением похожем на японский флаг: белое солнце на красном фоне. Scho-Ka-Kola - я сразу узнала знакомую надпись. Немецкий шоколад. Имею слабость к горькому хорошему продукту.       Я стала готовить фасоль с мясом, а мужчины разобрали свои находки. Там были патроны, какие-то схемы, пистолеты, стопка газет и журналов.       Когда поели и все уселись отдохнуть кто с кружкой кофе, кто с коньяком, стали предлагать что делать дальше и кто чем займётся. Мне поручили прочитать досконально кипу газет и журналов, чтобы сделать вывод о том, где мы, и что тут происходит. Марк займется принесённым оружием. А Альберт и Саша после отдыха пойдут исследовать коридор к запасному выходу.