Странные дела, или Женька ищет мужа

3

— Говорят, что тутоньки, в паре огородов от вашей усадьбы, бабки живут непростые! — пробасил молочник, который нежданно-негаданно нагрянул к нам на обед и теперь с удовольствием за обе щеки уплетал вчерашний борщ.

— Говорят, что кур доят! Что за бабки, выкладывай! — потребовала Христофоровна, указывая мне подложить гостю добавки.

Ну точно решила замуж за него меня выдать. Во всей значит красе перед Саней меня вертит. Да вот только на кого ж я ее покину? Она без меня даже из дома не выйдет, не то, что жить одной-одинёшеньке.

Саму что ли ее за кого выдать?

А что? Идея показалась мне настолько увлекательной, что я пропустила часть диалога веселого молочника с Сандрой. А зря.

— Женька, егоза, да не вертися ты! Сюда слушай, что наш сладкоголосый поёт!

Я закатила глаза и сложила руки на груди, что означало «я вся внимание».

— Дак я и говорю вот, бабки-колдуньи живут тут уж какой год. То ли сестры, то ли это... — тут он вдруг покраснел, аки малец при виде обнаженной женской ножки, и запнулся.

— Ну ясное дело, можешь не краснеть. Бледнеть тоже не надо. Ведьмы говоришь?

Он отчаянно закивал.

— И что, неужто тут всерьёз кто в это верит?

— Ну как же?... Это… Дак все верят, - удивленно ответил Саня, - И я верю, и мамка моя тоже. Она, говорит, лет пять назад поругалась с младшей, той, что в кудряшках, так потом у нее две коровы померли. Мамка чуть не поседела тогда, даже бить их ходила, да Бог отвел. По пути соседа встретила, он ее и остановил. Ты что, говорит, совсем дурная? То коровы, грит, печально, да жить можно. А то сама ведь, грит, помрёшь! Вот мамка и не пошла.

— Ясно-ясно... очень интересно... А еще случаи какие бывали?

— Ну дак… То сарай у Ивановых сгорел, а то девка у Сафроновых пропала.

— И давно пропала?

— Да поди уж весен восемь. Не помню я точно, я тогда у тетки подрабатывал, далече ездил.

— А еще что слыхать?

— Да все вроде… — пожал плечами Саня, смачно откусывая ломоть свежайшего хлеба с чесноком. — А вам-то ведьмы зачем?

— Ни зачем, милый, ни зачем, — успокоила его Христофоровна, — Ты кушай-кушай, не отвлекайся.

Саня улыбнулся, гыкнул и с двойным усердием принялся за добавку.

А я покосилась на Христофоровну, подозревая ее во всех грехах. А ведь и правда, чего это ее ведьмы заинтересовали? Простое любопытство? Не думаю... зная Сандру, могу точно предположить, бабуля чего-то затеяла.

Молочник у нас еще немного задержался, и я уже начала беспокоиться, эдак он у нас все запасы съест.

Когда Саня наконец соизволил покинуть наш гостеприимный дом, я села напротив Христофоровны и строго так сказала:

— Колитесь!

— А? Что? Кого?

Ну ясно, опять дурочку валяет. Сейчас изобразит полуобморочное состояние, схватится за сердце, потом за голову, затем за горло, после захрипит и наконец обмякнет. Хоть бы что новенькое уже придумала, ей богу.

Но Сандра в этот раз решила обойтись без спектакля, то ли настроение было не то, то ли думушка какая крутила. В общем она просто сделала вид, что чертовски занята разглядыванием мухи на подоконнике и всячески игнорировала мой грозный взгляд.

— Ну так что, колоться будем?

— В чем? — буркнула бабушка и я порадовалась. Голос-то дрогнул, видать сдается Христофоровна. Правильно, в себе что таить — это разве удовольствие?

— В чем-нибудь уже признайтесь... например за каким лешим про ведьм старых спрашивали?

Христофоровна ухмыльнулась и потёрла руки.

— А может я своих ищу?

— В смысле своих? — я выпучила глаза, глядя на зловещую улыбку моей бабули, и мне даже жутко стало. Немножко.

— Ну как же? Я старая?

Я промолчала, не желая отвечать на очевидный вопрос.

Но бабуле мой ответ и не нужен был.

Она кивнула и продолжила:

— Старая-старая, чего ты...в моем возрасте молодиться — только народ смешить.

Я пожала плечами, не очень-то мне хотелось поддерживать эту тему.

— А ведьма?

— Не поняла...

— Ну ведьма я?

На языке так и вертелось «да», но хвала богам мне хватило ума не сказать этого вслух.

Христофоровна рассмеялась и подмигнула.

— Ведьма. А то кто ж?.. Ну вот и хочу я к свои наведаться.

— Да ну вас! Тоже мне ведьма! Что узнать-то хотите?

— А... — бабуля махнула рукой, — Хочу спросить их как от соседа избавиться.

— И все? Сесть не боитесь потом?

— Да кто ж за колдовство-то сажает? — удивилась Сандра. — И потом, я ж только узнать. Да к тому ж, ну кто меня посадит, а? Я ж ежели паспорт свой достану, они ж мне как божеству свечки ставить будут, да дары нести.

— Ну-ну...

— Не нукай мне! Заодно попрошу, чтоб тебя на путь истинный наставили. Замуж тебе надо, Евгения, и не спорь. Скоро совсем в тираж выйдешь, кто тебя возьмет такую неумеху?! Опять же характер поганый, ну кому ты нужна будешь?

Десять...девять...восемь...

Семь...шесть...пять... четыре...

Три...два...один...

Фух. Вроде выдохнула, не взорвалась на бабушку.

Вот ведь зараза. Ну точно ведьма старая! Никогда не знаешь когда следует пакостей ожидать. Мало мне Собакина, еще и Сандра нервы треплет.

Вот вообще, положа руку на сердце, давно бы ушла я от вздорной старушки, да совесть не позволяет. Ну как я ее одну оставлю? Как? Иссохнет вся, от тоски погибнет. Знаю ведь, что где-то очень глубоко в душе она добрая, правда так глубоко, что и не достать. Но ведь не сможет она одна. Никак не сможет.

А что, если все-таки замуж её?..

Да нет...

Хотя, ну а чего нет-то? Вон вчера только читала в газете — мол женщина восьмидесяти трех лет удачно вышла замуж за соседа, с которым еще по молодости крутила роман. Он ее ждал-ждал и дождался. Шестьдесят лет ждал, теперь счастлив как никогда. Это её слова, самого дедка так и не показали. Видать очень счастлив.

Может и мне Сандре мужа найти лет на пяток-десяток помоложе? Чтобы силы были за ней присматривать, да нервов хватило на совместную жизнь.