Страшилка для лучшего друга

31

31

Дарья

Господи, какой он бесстыжий.

Мало того выходные испортил, ещё и утро понедельника.

Перед глазами все ещё его тело.

Красивое, подкаченное. Влажные волосы спадающие небрежно на лоб, закрывающие глаза как шторки.

Или решетки от ужасных демонов разврата его души.

Одергиваю себя.

Сёма все равно круче. Сексуальность, в тандеме с добропорядочностью, умом и внутренним стержнем – уходят на второй план после его мимишних ямочек на щеках.

А ещё, Семён ночевал у меня дома.

Мамочки. Как же все закрутилось, уму не постижимо.

Это наверное, единственное, за что Паршову маленькое спасибо.

Мы пол ночи проболтали с Сёмочкой на кухне.

Парень искренне переживает за мою маму.

-Я уверен все пройдет хорошо. Мой отец тоже прилетел, а его коллеги достаточно опытные люди.

Горячая ладонь легла поверх моей.

На лице парня оттенились смешные впадинки.

Взгляд его морского цвета глаз прямо сквозь меня смотрит.

Я смущаюсь.

И таю, от переполняющей нежности.

Хочется приблизиться, и поцеловать их.

Каждую.

Но я покорно перевожу взгляд на наши пальцы. Сами собой уже переплелись.

Такой момент, аж сердце дрожит.

Кухня в полумраке, ветерок колышит тонкую тюль на окне, свежий воздух врывается.

Принося прежние переживания состояния влюбленности.

-Ахр,- раздается противный храп Паршова.

Я недовольно хмурюсь. Семён прикусывает нижнюю губу и смеётся, уронив голову.

-Дашка, прости. Нужно было все таки его увезти, а не на диванчик со всеми удобствами укладывать.

Ага, думаю про себя, и тогда не сидели бы мы так непринужденно.

И не прикасалась бы я к идеальному парню. И не смотрел бы он на меня таким лучистым, проницательным взглядом. Ночку перетерплю.

-Завтра выходной. Поспим все подольше,– успокаиваю я сама себя, проговаривая плюсы ситуации( естественно только в своей голове).

-На самом деле. У меня самолёт. Отец... не разрешит филонить.

Я понимающе отвела взгляд.

-Но у нас целое утро. Сходим куда-нибудь.

Парень зажал мою руку в своих, спрятав широкой ладонью. И поцеловал мои пальцы.

Он так смотрел на меня в тот момент, словно я самое важное в его жизни. Словно видение, которое он боится потерять, стоит ему только прикрыть глаза.

Может я лукавлю, приписывая парню несуществующие эмоции.

Но так хочется в это верить.

Потому, что я ощущаю все именно так.

Спать действительно было тяжело.

Паршов, ну что ты за гад.

Лизка давно дрыхнешь, заткнув уши наушниками.

Мне же это совсем не помогло.

Вышла на кухню.

Паршов безмятежно закинул голову назад, всхрапывает, сам пугается и тут же закрывает рот.

Минута, две, и все повторяется.

Может взять подушку и положить сверху?

А потом сказать что он сам. От стыда.

Но такого же не будет.

И потом, мне этот диван нравится. А если я кокну на нем Никиту, придется выбрасывать.

Честно, пугают такие мысли от самой себя. Я настолько ненавижу этого парня, что готова пойти на преступление?

Нет. Я же сама хотела его игнорировать.

Обиды за прошлое нет. Сам он меня не обижал.

Но я боялась этих глаз. Этого дикого, смеющегося взгляда. Холодного.

Вернулась к реальности.

Налила в стакан воды и тоненькой струйкой принялась кропить Паршова.

Тот поморщился, отмахнулся и перевернулся на бок.

О боги. Пугающее сонное рычание прекратилось.

Дойдя до собственной кровати, глянула мельком на часы. Почти три.

А утром, оставив Паршова на попечение недовольной своей ролью няньки Лизы, мы с Семёном отправились в маленькое путешествие по родному городу.

Вроде все знаешь, каждый закоулочек. Каждый поворот.

Но с человеком, который тебе не безразличен( и ты ему тоже) все ощущается совершенно по другому.

По-новому. Неизведанному.

Сёма уверенно увел своим маршрутом, крепко держа мою руку в своей.

Окутывающее тепло окружало нас неясным сиянием.

Когда парень оглядывался на меня, широко улыбаясь, все было словно в пурпурной дымке.

И казалось нереальным. Я даже не слушала, о чем он всю дорогу рассказывал.

Погода ощущала наше состояние.

Солнечный денёк, почти безветренный, искрящийся своим переливали в отражениях луж и витрин.

Я счастлива.

Может ли быть абсолютное счастье, когда ты просто вот так гуляешь с кем-то.

Мы заходили в кафе каждый раз, когда Семён спрашивал, была ли я там или здесь.

-Нет,- порой я привирала. Знаю не честно. И это не от голода.

Просто сидеть с ним рядом одно удовольствие.

Мы столько пирожных перепробовали, что могли легко сойти за дегустаторов. Или критиков.

-Мне не нравится,– Сёма вынул ложку со рта и, схватив меня за руку, тянул быстро к выходу.

-Мы же не заплатили!– смеясь напоминала я.

-Не порть бунтарскую романтику, Дашка.

Мы неслись по залитой солнцем улице, ловя искренность момента и удивлённые взгляды прохожих.

Так, шутя и играючи, добежали до ворот сквера.

На наши головы легла успокаивающая тень листвы.

Чтобы отдышаться, я прижалась спиной к холодным прутьям.

Сёма согнулся пополам, а потом резко поднял на меня свое лицо.

-Дашка. И все таки ты замечательная девушка. Ни одна другая такой марафон бы не осилила.

С этими словами парень приблизился и навис передо мной широкой грудью.

Разглядывает мое лицо. А я и не стараюсь отвести взгляд.

Мне нравится.

Мне сейчас до одури кайфово, слушать бьющийся под футболкой ритм его сердца.

Широкая ладонь притянула меня за лицо.

Губы всего в одном моменте.

Звонок телефона.

Сёма с досадой мычит.

-Да. Помню. Сколько? Сейчас..Я успею. Перестань меня контролировать. Я тебя никогда не подводил.

Убрав телефон, парень сочувственно скривил лицо.