Страшная сказка или стерпится слюбится.

Глава 5.

Говорят, каждый город вырос на спинах привидений,

 и плоть духов здесь густая, плотная, как слои сломанной кости;

 и каждый город вечно рыдает под звёздами,

 вечно смеётся, кричит, торгует и торгуется,

молится и вздыхает — первым вздохом, который несёт жизнь,

и последним — предвещающим смерть.

Стивен Эриксон. Врата мертвого дома.

                К вечерней заре следующего дня наш обоз медленно подъезжал, к рубежу. Как не странно им оказался довольно большой и уютный городок, с несколькими святилищами древних культов и высоченной ратушей. Он был светлым и чистым, а небольшие опрятные домики буквально утопали в зелени. Единственной мрачным пятном в этом великолепии был полуразрушенный замок, стоявший вдалеке за городом. Имелся тут и дом ковена в который так любезно доставил меня Микола, покинув обоз. Сгрузив наши не хитрые пожитки и оставив с ними Уркха, я вошла в незапертые двери.

                - Доброго дня, есть кто? – прокричала я в пустоту громадного холла.

                Ответом мне послужила тишина. Подождав немного я принялась обходить холл по кругу поочередно заглядывая в каждую комнату, но они не изменено оказывались пустыми.

                - А что это вы девушка, по чужим домам без разрешения шастаете? – раздался за спиной скрипучий голос.

                Я радостно обернулась и замерла на месте, прямо на меня смотрела голова мертвого гоблина, каким-то не постижимым образом прикрепленная к телу паука довольно внушительного размера.

                - Боже! Что вы… То есть кто вы такое? – пролепетала я, инстинктивно пятясь к двери.

                - Я то? Дык Горохерим Темнейший. – гордо проговорила голова. – В попытке объединить темные королевства под своей властью устроил кровавую баню, чем привлек к себе излишнее внимание Мастеров Смерти. Те меня, так сказать, усмирили, по средствам усекновения через чур буйной головы. И вот последние четыре тыщи лет я проторчал на полке в темной академии, в качестве примера, что обычно случается если жаждешь всеобщего блага. А лет триста назад нерадивый студиоз решил вырастить мне тело, ну а что вышло то вышло. С той поры я тут что-то вроде хранителя.  А ты то, кто?

                - Я Иллидан, некромант, прибыла на практику, вот ищу главного. – прошептала я все еще находясь под впечатлением от увиденного. – Только тут никого нет.

                - Так ты своя, ну ладно тогда живи. – захихикала голова. – А что нет никого так поздно уже, по домам все разбрелись, тока лекарь дежурный, но он на вызове сейчас. Не ждали мы тебя. Кто твой куратор то?  

                - Не знаю. – расстроилась я прикидывая хватит ли оставшихся денег на местную таверну. – Дафна мне не сказала.

                - Так тебя Дафна отправила? Ну тогда не удивительно. – заявил отставной черный властелин.

                - И что же мне делать? – спросила я голову.

                - Хочешь в таверну иди. Она тут не далеко третий дом вниз по улице, ну или на лестнице подожди, может лекарь вернётся. Тут оставить не могу не положено.

                Распрощавшись с головой и прихватив по дороге Уркха, я решительно двинулась к таверне, шансов на то что комната в ней будет дешевле двух серебрушек оставшихся у нас с орком было мало. Но возможно с магом не захотят сориться.

                - Да Уркх попали мы с тобой. Денег у нас и на комнату не хватит, так что про ужин можно забыть. – описывала я орку открывшиеся перед нами «радужные» перспективы. – Но ничего завтра может нам какое жилье да обеспечат. К тому же сейчас осень в лесу можно грибов там набрать, орехов.

                - У Уркха есть три золотых. – невозмутимо сообщил орк. – Уркх полезный!

                Я оторопело уставилась на приятеля, нет он конечно очень старался быть полезным, но обычно у него выходило до крайности плохо. Делать он ничего не умел, соображал туговато, пожалуй, единственным его достоинством была безрассудная преданность, предать которую не смог бы и самый завзятый негодяй.

                - Уркх, но откуда? – все еще не веря спросила я.