Страшные сказки Бретани

Глава XXV. Мертвец на берегу

– Вышел я как-то вечером из дома и пошёл сперва по дороге, а потом думаю: дай-ка сверну, через лес короче выйдет, – начал Франсуа и тут же был прерван Леоном:

– А зачем ты вообще вышел на ночь глядя из дома, когда у вас такое творится?

Франсуа от этого простого вопроса неожиданно смутился – его бледные щёки вновь заполыхали румянцем, он потупился и виновато покосился в сторону сестры.

– А я знаю! – вскинулась та. – Ты бегал к какой-нибудь девчонке, верно?

Франсуа покраснел ещё больше и кивнул, Сюзанна же разразилась звонким торжествующим смехом.

– Узнаю моего дорогого кузена Франсуа! Ни одной юбки не пропустит... простите, госпожа, – притихла она, заметив брошенный в её сторону упрекающий взгляд Эжени.

– Тогда ведь Анастази была ещё жива, а Филипп... ну мало ли что могло ему привидеться? В темноте много чего может показаться, и то, что за Филиппом кто-то гнался, ещё не значит, что это был именно вампир, – попытался оправдаться юноша, умоляюще глядя на хозяйку замка.

– А что, ваш мельник любит выпить? Или приврать? – спросила та.

– Да нет, ничего такого за ним вроде не замечено, – пожал плечами Франсуа. – По праздникам оно понятное дело, но чтобы лишнего хлебнуть – нет, никогда его пьяным в стельку не видели! Да и не врёт он, Филипп человек честный. Но я подумал – на Филиппа эта тварь на рассвете напала, так? А я-то вечером шёл, ещё и не совсем темно было. Про убитый скот тоже подумал, ясное дело, ну так я же не корова и не овца какая, чтобы так просто дать себя загрызть!

– Ох, дурачок, – покачала головой Сюзанна, с жалостью глядя на брата.

– Ну так жив же остался, – тот бросил на неё обиженный взгляд. – Иду я, значит, через лес, по сторонам смотрю, на небо поглядываю. В лесу ветви похрустывают, птицы наверху перекликаются – словом, всё как обычно. Я уже полпути прошёл, когда послышались сзади шаги. Я живо рассказ Филиппа вспомнил и быстрее зашагал – они не отстают. Я оборачиваюсь – никого. Ну я и крикнул во всё горло, чтобы тот не думал, что я его боюсь: «Выходи, нечистая сила! У меня с собой серебряный кинжал, от деда достался, полезешь на меня, я тебе кишки выпущу!».

Эжени не смогла сдержать смешок, и Леон, взглянув на неё, едва сумел сохранить серьёзное выражение лица.

– Я-то думал, это кто-то из парней надо мной подшутить хочет, – плечи Франсуа поникли, а лицо вновь побелело. – Вот и решил показать, что я их замысел разгадал. Про кинжал, понятное дело, соврал, нет у меня никакого кинжала и отродясь не было. Стою я, значит, всматриваюсь в темноту, а от дерева тень отделилась – и ко мне! Да быстро так, и ноги дробно по земле стучат. Ну я заорал во всю глотку и рванул оттуда изо всех сил.

– Ты разглядел, кто гнался за тобой? – Эжени чуть подалась вперёд.

– Мужчина, – немного помедлив, ответил Франсуа. – Высокий, весь в чёрном – точь-в-точь как Филипп рассказывал. И глаза у него... – он умолк и побледнел ещё сильнее.

– Что глаза? – нетерпеливо спросил Леон. Сюзанна, уже слышавшая эту историю, негромко ойкнула и перекрестилась, прикрыв рот ладонью.

– Светились они у него, – тихо проговорил Франсуа. – Как у кошки в темноте светятся, так и у него – лицо всё в тени, не разглядеть, а на нём два жёлтых огонька горят. Как я оттуда припустил! Уже до опушки добежал, чувствую, сердце вот-вот из груди выпрыгнет, а этот всё не отстаёт. Я и на помощь звать пытался, хотя кто ко мне придёт – лисы с совами? И проклинал его, и молиться пытался, а он всё бежит. Под конец кончились у меня силы, повалился я на землю, думаю – всё, смерть моя пришла! Только-только руку занёс, чтобы хоть перекрестить эту тварь напоследок – вампиры, они же креста боятся...

Франсуа дышал так тяжело, будто снова пережил страшный побег от неведомого существа, глаза его бегали от Сюзанны к Эжени и обратно. Обе девушки смотрели на него сочувственно, Леон же прищурился, пытаясь понять, не лжёт ли юноша, но тот выглядел действительно испуганным.

– Тут с дерева – или из-за дерева, я не разглядел – кто-то выпрыгнул. Вроде как девушка – волосы длинные, платье... Я и вскрикнуть не успел, как она на этого набросилась, который за мной гнался, и оба они по траве покатились. Шипят, рычат, в волосы друг другу вцепляются – ну чисто мартовские коты! Я вскочил и побежал прочь – откуда только силы взялись! Добежал до Мар... до подруги моей, – поспешно поправился Франсуа, – там всю ночь в себя прийти не мог! Она меня водой отпаивала, утешала...

На этот раз прыснула Сюзанна, и брат бросил на неё сердитый взгляд.

– Тебе смешно, а меня в этом лесу чуть не убили! Если бы не эта девушка... Я на следующее утро всё ждал, что в лесу её тело найдут, но нет, ничего. Получается, вампир её не убил? А если не убил, то она что же – такая ловкая или такая же тварь, как и он? А если такая же тварь, то почему она тогда меня спасла? Неужто влюбилась?

Сейчас от смеха не удержались уже все трое.

– Слишком много ты о себе воображаешь, братец, – заявила Сюзанна.

– Может, она тоже из тебя кровь выпить хотела, вот они с тем вампиром и сцепились, как собаки за кость, – предположил Леон. – А добыча, то есть ты, тем временем успела удрать.

– Или, возможно, не все вампиры вредят людям – кто-то из них защищает простых смертных, – заметила Эжени, укоризненно посмотрев на Леона, слова которого заставили Франсуа смертельно побледнеть и застучать зубами.