Страсть Лютого

Глава 1

— Ее хочу, — киваю на девчонку, что испуганно озирается по сторонам.

Свет софитов освещает ее тонкую фигурку и немаленькие сиськи. Все, как я люблю.

— Брюнетку в белом?

— Ее.

Отвлекаюсь на бой на ринге. Следующий — мой с победителем этого раунда. Свой я выиграл в предыдущем и уверен, что выиграю в следующем.

— Это вряд ли, Ром. Не получится.

— И почему же?

— Вера у нее другая, кажись, — запинается.

— И что? Целомудренные сюда не попадают, тебе ли не знать.

Он мнется, я раздражаюсь. У меня бой через пару минут, мне нужно сосредоточиться и быть уверенным, что трахать я буду ту, кого выбрал.

— Ее хочу, сказал! — настаиваю. — Организуй, как хочешь.

Выхожу на ринг, сосредотачиваюсь.

Соперник мой отдыхает. Дают ему время, а меня пока подготавливают. Дают наставления, рассказывают. Я и сам все это знаю, стратегии, удары, это легко. То, что его стратегию игры проебал, пока выбирал девку — плохо. Придется узнавать на ходу, а это пара потерянных раундов.

Пока он сидит на другом конце ринга, даю себе время оценить рост, телосложение, полученные увечья. По ним можно определить слабую сторону.

По ним же решаю, что он мне не противник. Два, максимум три раунда, и я отправлю его в нокаут. Здесь все этого ждут.

Ставки поставлены, выбор сделан.

Я криво усмехаюсь, когда вижу, как он скалится. Крутым себя выставить пытается и показать, что не боится.

Только мне по хрену. Я краем глаза замечаю белое пятно в зале. Перевожу взгляд. Вижу, как она жмется к стене. Напротив — Серый. Что-то ей говорит. Она — мотает головой. Оглядывается.

Объявляют раунд. Я выхожу рассредоточенным. Хочу ее, пиздец.

Впервые такое, что я с первого взгляда кого-то захотел. Обычно — сложно выбрать. Все на одно лицо, ярко накрашены, развратно одеты, с надутыми губами, скандируют и ждут, когда покажу на них пальцем.

Она — другая. Как заблудившаяся. Хочу прощупать.

Рефери машет рукой — пора.

Выхожу на центр. Свет давит на глаза, толпа взрывается воем, как стая псов, учуявших кровь. Соперник выходит в центр, выпрямляется — видимо, хочет сыграть в уверенного. Ростом чуть ниже, плечи есть, но удары ставил явно не у профи — руки как-то неуверенно держит.

Касаемся перчатками, как ритуал. Я — молча, он что-то шепчет, может, молитву, может, угрозу. Мне не интересно.

Звонок.

Я не тороплюсь. Первый раунд — всегда разведка. Двигаюсь по кругу, будто лениво. Он — нападает. Глупо. Сразу в размен. Бьет — вскользь. Я не отвечаю. Заставляю его злиться, ошибаться. Голову уводит влево, когда бьет — это запомнил.

Толпа уже орет, им нужно мясо, а не тупое блуждание по кругу.

Пристраиваюсь к нему ближе, только открывается — наношу резкий апперкот в корпус. Слышу, как у него воздух вылетает. Глаза закатывает, но не падает — держится. Еще бы — на нем ставка в пять штук.

Он пятится, захлебывается. Подсекаю правую — падает. Не в нокаут, но жестко.

Секунд пять валяется, потом поднимается. Я — назад, даю сыграть. Хочу, чтоб продлили бой, больше ставок — больше бабок.

Раунд заканчивается. Я сажусь, меня поливают, говорят, что все отлично. Да я и сам вижу — он на ватных ногах. Один заход — и гасим. Очень быстро в этот раз. Думаю, как продлить. Нужно, чтобы были ставки.

Пока пью воду, поворачиваю голову, но там, где стоял Серый с девкой, никого нет. Где они — хуй знает. Надеюсь, он ее уговорил.

Звонок.

Поднимаюсь. Позволяю ему напасть первым. Пропускаю пару ударов. Не падаю, но откатываюсь на канаты. Позволяю подойти ближе, нанести пару ударов, потом отталкиваю.

Слышу разочарованный гул. Большая часть толпы поставила на меня. Они злятся, а я скалюсь. Вожу его по рингу, как барышню. То позволяю себе пропустить, то бью его, не со всей силы.

Снова финиш. Отдыхаем, хотя я ни хрена не устал. Трахаться хочу и домой.

На третий раунд он вылетает как ошпаренный. В панике, видимо, от осознания, что он проиграл. Ему, в отличие от зрителей, понятно, что он ляжет здесь.

Срывается на мне последние капли ярости — и это его ошибка. Он пропускает два удара подряд в висок, третий — в челюсть.

Тишина. Как будто кто-то отключил звуки. Все замирают.

Он сваливается.

Рефери бросается, считает, машет рукой — все. Нокаут.

Я стою, руки не поднимаю. Мне похуй на овации. Мне нужна она. В белом платье и запуганная.

Спускаюсь с ринга, размазывая кровь по лицу. Серого нигде нет. Направляюсь в раздевалку, вижу его там. Его и ее, испуганно забившуюся в угол скамейки.

— Уладил?

Он кивает. Она не поднимает головы. А когда слегка дергает головой — вздрагивает, потому что сталкиваемся взглядами. Меня торкает сразу. Штырит буквально.