Страсть советника

Глава 6

Никто не отреагировал на мою жалкую просьбу и продолжали пялиться. Я задыхалась, проваливаясь в худшие воспоминания своей жизни, из последних сил держалась, чтобы не сделать роковой шаг назад. Драконы сожрут меня с потрохами, отстаивая честь своего господина, которую я якобы запятнала. Драконы – существа стайные. Я знала об этом и только сейчас осознала, что драконы не только дружили стаями, но и ненавидели тоже.

Меня спасла включившаяся сирена, и присутствующие мигом утратили те скупые толики интереса, которые проявили ко мне. В суматохе я была вынуждена отступить в угол за дверью и притвориться, словно меня не существовало вовсе. Меня не замечали. Меня сразу невзлюбили, и я догадывалась почему. Но почему советник поставил меня в такое мерзкое положение? Неужели месть за сказанные на прощальном балу слова? Я думала, он понял. Я ведь не специально. Переволновалась и перепутала холодное с горячим, а вечер с днем.

Основная движуха происходила вокруг раскрытой в центре кухни гримории. Я с удивлением поглядывала, как на листы раскрытой книги клали продовольствие, и оно вмиг исчезало в легкой дымке. Гримории так не умели… Меня поразила догадка: эта книга не гримория, а гримуар! Гримория была всего лишь инструментом для доступа к информации, а гримуар – настоящая книга заклинаний и сокровищница таинств магического искусства. Гримуаров было много, и все они были разные… до сегодняшнего дня я не видела ни одного. Только слышала домыслы об их существовании.

Не знаю, что на меня нашло. Я даже не могла вспомнить, как оказалась перед гримуаром и положила руку на страницу книги, соприкоснувшись с ней всей поверхностью ладони. В следующее мгновение я оказалась посреди еще большего буйства, нежели в кухне, и на меня с огромной скоростью летел дракон.

Он летел задом, будто отброшенный сильным противником, а я не успевала ни отбежать, ни снять блок с внутреннего источника магии, чтобы защититься. Перед департаментом миграции я бы как-нибудь объяснилась потом. И тогда я сделала невероятное – я воспользовалась своим самым любимым заклинанием, не требовавшим затрат собственной энергии.

Словно из ниоткуда появились лианы и на высоте двух метров надо мной появилась болотно-зеленая сухая подушка. Я чуть со страху не поседела, когда получившаяся магическая подушка просела под гигантским весом бронированного дракона, что мне пришлось лечь на землю, чтобы не раздавили. Увидеть цвет чешуи спасенного дракона я не успела. Только почувствовала, как сквозь омерзительно высушенные лианы на мое лицо капнула кровь.

Я могла только догадываться о причинах, почему мое заклинание дало сбой. Оно было моим самым любимым, благодаря его свойствам: и защитное, и атакующее, и целительское. Наставник на боевом больше года жестко гонял меня, требуя научиться вычленять магическую энергию из окружающего мира и использовать ее, не прибегая к изменению по подобию врожденной. Видимо поэтому мои мягкие зеленые лианы в драконьей столице превратились в жесткий сухой терновник.

Золоченые колючки оказались до того острые, что я испугалась в жизнеспособности приземлившегося на них дракона. Он не двигался. Он истекал кровью. И, скорее всего, он был без сознания. Я выползла из-под терновой подушки и села как раз рядом с отклонившейся назад головой бронированного дракона с фиолетовой чешуей и жуткими толстыми рогами. Его глаза были закрыты, но легкий хрип выдавал в нем все еще живое существо.

Оглянувшись по сторонам, я не нашла никого, кто бы мог прийти нам на помощь. Куда ни погляди, драконы в белых плащах с голубой каймой, как у прилетевшего в спешке к советнику карликового дракона, сражались с драконами без плащей, и привлекать внимание «плохих» драконов не хотелось. У того несчастного, который меня чуть не раздавил, плащ также имелся, только сильно подранный, и я на свой страх и риск решила немного подлечить его, чтобы лапы не откинул.

Действовать на самом деле приходилось на свой страх и риск, потому что с терновником я дел еще не имела. Надушенное драконьей магической энергией пространство практически не поддавалось воздействию, и я с большим трудом вытягивала из воздуха силу. Зато терновник с хрустом пробивал колючками драконью броню, вытаскивая на свет небесный измученного жилистого юношу примерно двадцати человеческих лет. Сколько ему в драконьих я брать не решалась.

Его лицо, раскрашенное кровоподтеками, напоминало мне одного дракона, тоже рыжего, но в значительной мере более старшего примерно на те же двадцать человеческих лет. То ли родственники, то ли просто похожи. Я не помнила имени того дракона, но сейчас это не имело никакого смысла. «Эвакуация» из замершей брони проходила медленно. И все равно нам чертовски повезло, что я успела прежде, чем нас заметили.

Зеленый, словно изумруд, худой и юркий дракон с черным платком на шее падающей кометой кинулся к нам. Рыжий дракон все еще оставался без сознания, а я не была такой уж беззащитной и беспомощной. Терновник подчинялся с трудом, но подчинялся, и золоченые иглы колючек устремились на врага. Стебли стремились точно в цель, но в последний момент зеленый дракон увернулся, и на колючках остался его черный платок.

Я не могла синхронизировать магические потоки на потребление и отдачу сил одновременно. Вынужденная выбирать между помощью раненому и защитой от нападавшего и не имеющая право на выбор, меня загнали в угол. Фиолетовый не приходил в себя и никак помочь не мог. Даже совета я от него не дождусь. Зеленый метался в воздухе и нападал без использования внутреннего огня. Он не умел? Впрочем, я ни разу в жизни не видела, чтобы драконы плевались огнем. Неужели они не умели?