Страсти библиотечные

Глава 8

Впервые со времен посещения отца Королев приехал на работу с красными паутинками на невероятно голубых глазах. Он не спал всю прошлую ночь и со страхом перебирал все возможные варианты развития событий прошлой история в стеллажах.

«Эй, Кать, иди домой, отдохни», «давай я выпишу тебе премию», «сходи в кино за счет библиотеки», «я снимаю с тебя все свои обязанности», «а давай ты просто перестанешь плакать», «Вера Ивановна!». Столько чудесных и запоздалых мыслей рождала его голова вместо глупого поцелуя. Он мог сделать что угодно, но не давать надежду в общем-то неплохой девушке, оказавшейся не в то время не в том месте.

Все еще дождливое небо промочило его дорогой костюм, но он не заметил того, что зонтик так и остался нераскрытым в руке, он носил его по инерции.

Вера Ивановна бессменно пила чай и о чем-то говорила по телефону. На часах было 8:50.

Королев кивнул ей из коридора и пару минут помялся на месте, надеясь перехватить Катю до того, как она окажется под чутким руководством своей старшей коллеги. Потом он решил, что в проходе такие разговоры не проходят, это может ее оскорбить и навсегда закрыть ей дорогу к мужчинам и открыть путь самодостаточной и свободной женщины без кольца.

Так он переместился в свой кабинет и стал выжидать, чтобы вызвать девушку к себе на разговор. Начать можно просто. Что-то о ее красоте и душевном богатстве, потом сказать о несостоятельности его как молодого влюбленного. Конечно, он просто не создан для отношений, а ей попадется хороший парень, который будет достоин проводить с ней каждый день. Но это точно не Королев, 100 % не он.

Мокрый костюм оставил слезы на кожаном старом кресле, Александр Николаевич бил зонтиком по ноге и снова расписывал каждую строчку своего благородного монолога.

«А еще скажу, что я подлец!», - что-то похожее он слышал в старом советском фильме с Никитой Михалковым, правда там это звучало куда уместнее. Может быть соврать, что он гей? Нет-нет, до того опуститься он не сможет даже из жалости к хрупкому женскому сердцу.

Надо было назначить ей свидание с кем-нибудь из его друзей, эдакий дашь на дашь. Может быть, Олег из консалтинговой фирмы? Он вроде упоминал где-то Бродского и мог вполне сгодиться на роль верного рыцаря для страждущей принцессы. Нет-нет, Олег только недавно летал в Рим с длинноногой Кристиной, модным бьюти-блогером и светской кошечкой. Теперь он точно не пойдет на свидание с девушкой, не способной отличить хайлайтер от корректора.

Королев достал смартфон, было 9:05. Она уже пришла и, наверное, заваривает кофе. Но эта бабулька еще 10 минут будет болтать со своей подругайкой о последних тенденциях дачной индустрии, поэтому придется ждать, телефон в зале один.

Он попытался найти те самые стихи, которые откровением донесли до него сильные чувства Кати. Полистав несколько популярных сайтов, он понял, что Екатерин Васильевых как голубей в Макдональдсе. Да-да, он не чурался выпить кофе в фаст-фуде перед работой, и никто не сможет кинуть в него за это камнем. К тому же, у них просто сказочные картофельные оладушки на завтрак.

9:09. Время тянулось бесконечно медленно. Королев подумал, что стоит выйти в коридор и крикнуть бабуле, чтобы она повесила трубку. Но потом он вспомнил крик «щегол» себе в спину при предыдущей попытке прервать ее важную утреннюю беседу. Все же надо что-то сделать с Верой Ивановной. Она на пенсии, на нее должна быть управа. Аккуратным подчерком он записал пометку в свой ежедневник. Как только эти слова оказались на бумаге, он понял, что старуха перестала быть для него назойливой мухой, и, может, только может, стала почти не неприятна.

Чтобы отвлечься от ожидания, Александр Николаевич позвонил Насте, которая мертвецки спала после вчерашней тусовки. Дорогу осилит идущий, или если звонить человеку беспрерывно пять раз к ряду, он может сдаться и все-таки взять трубку.

- Аллё, - никакого нежного шепота принцессы, Настя говорила как заправский дальнобойщик. – Кто это?

- Привет, извини, что разбудил.

- Саша? – было слышно, как она перевернулась в кровати и тихо застонала. – Ты в своем уме?

- Конечно. Как ты? – не дождавшись ответа, он продолжил. - Я вот по какому поводу. Можешь мне кинуть ссылку на стихи?

- Какие к черту стихи? Ты чё крейзи?

- Ну обо мне стихи.

- О тебе написали стихи?

- Ну Катины стихи обо мне, - он перешел на шепот, боясь, что кирпичные стены вдруг станут бумажными и весь мир узнает, что он знает.

Короткие гудки. Настя больше не взяла трубку, зато на часах было ровно 9:15 и он, наконец, настиг Веру Ивановну.

Женщина все еще неохотно отвечала на его звонки, каким-то чудом, она их точно опознавала.

- Слушаю, - она не представлялась только когда звонил начальник.

- Вера Ивановна, позовите ко мне Катю, пожалуйста, - он взволнованно пробежался глазами по кабинету.

- Катерина на больничном, когда вернется, не знаю.

Женщина повесила трубку, а Королев сразу понял, что произошло. Он поцеловал ее в библиотеке, после чего молниеносно покинул помещение и не удосужился даже позвонить. Она, наверняка, прорыдала всю ночь, отчего к утру у нее поднялась страшная температура. Теперь за ней ухаживает больная, почти немощная мать. У нее наверное нет отца.