Страсти за кулисами

Глава 2. Неприятная правда

Многие думают, что работа актёра заканчивается в тот момент, когда он сходит со сцены. Совсем нет. Несмотря на то, что сегодня у меня не значилось ни одного спектакля, моё расписание было забито до самого вечера: два занятия по сценической речи, одно — по ораторскому искусству и основам грима и пастижа. Также мне нужно было заложить время для подготовки к завтрашней репетиции.

На первом занятии я надеялась поговорить со Светой. После того, как она ушла из буфета, я ещё некоторое время просидела там, глядя в окно и размышляя о нашей ссоре. Неужели Светка действительно думала, что я откажусь от роли, ради которой не спала столько ночей, оттачивая текст и пытаясь вжиться в образ?

В перерыве между занятиями я зашла в раздевалку, села на диван и позвонила Свете. Она взяла трубку только с девятого гудка.

— Да?

— Привет. — Я попыталась придать своему голосу дружелюбный тон. — Ты куда это пропала?

— Ушла.

— А как же занятия? И ты сегодня должна была выступать в детском спектакле.

— Я позвонила и отпросилась. — Света помедлила. — Не хочу выступать. — Её голос звучал обиженно и вредно, как у маленького ребёнка.

“Наверное, поэтому Рома и выбрал меня, — подумала я. — Он знает, что я не брошу дело на полпути”

Эта мысль придала мне уверенности.

— Это всё из-за роли, Свет?

— Нет, блин, просто так.

— Но что тебя так расстроило — то, что ты не получила роль, или то, что её получила я?

— Ни то и ни другое. Мне обидно, что ты вот так легко перечеркнула всю нашу дружбу. Ты же знаешь, как сильно я хотела получить эту роль. Что это была моя мечта.

Я выпрямилась и сжала трубку, чувствуя, как внутри меня поднимается волна гнева. Эта черта мне не нравилась в Свете большего всего — она жила убеждением, что все ей что-то должны.

— А моя нет? Ты думаешь, я не хотела получить эту роль? — спросила я чуть более резко, чем хотелось.

— Если тебе плевать на нашу дружбу, то так и скажи.

Я вскочила и стала расхаживать по комнате, запустив руки в волосы.

— Мы с тобой были в равных условиях. Как и все остальные. Но Роман выбрал меня.

— А почему он выбрал тебя? Что ты ему такого сделала, раз он даже простил тебе опоздание на репетицию?

Намёк, промелькнувший в её словах, окончательно вывел меня из себя. Я остановилась напротив окна, за которым бушевала снежная буря, и, прижавшись лбом к холодному стеклу, процедила сквозь зубы:

— Потому что он знает, что я лучше всех вас исполню эту роль.

Я тут же пожалела о своих словах. Света молчала. Не перегнула ли я палку? Но пока я собиралась с духом, чтобы забрать свои слова обратно, стало уже слишком поздно: в трубке, перебивая друг друга, потянулись гудки.

***

Весь оставшийся день я злилась на Свету. Не верилось, что наша многолетняя дружба могла закончиться вот так, одним телефонным звонком.

Мы познакомились со Светой на театральных курсах для школьников. Сидели вместе на задних рядах, смотрели, как другие дети читают стихи на сцене, и ждали своей очереди. Света рассказала мне, что любит рисовать, лепить горшки из глины и занимается спортивной гимнастикой, а вот теперь решила попробовать себя и в театре. Тогда я ей ужасно завидовала: родители никуда меня не водили, кроме школы, а в театральный кружок я записалась сама.

Я думала, что с таким количеством кружков Света быстро потеряет к театру интерес. Но нет: постепенно на второй план отошли рисование и гимнастика, а вот актёрство осталось на первом.

Правда, мне всё равно казалось, что Света не воспринимает театр всерьёз, поэтому не выкладывается на полную: часто пропускает репетиции, приходит неподготовленная или вообще не старается. Странно, но я злилась на неё за это. У неё было столько возможностей, а она ими так бездарно пользовалась!

При всём при этом она всегда получала главные роли в детских спектаклях, даже если всем было очевидно, что она не подходит на роль. Ходили слухи, что здесь приложили руку её родители, которые работают в администрации Североозёрска и отвечают за финансирование театра.

Так или иначе, когда месяц назад Роман объявил, что ищет актрису на роль Джульетты, стало очевидно, что мы будем соперницами. Ещё бы: две самые опытные молодые актрисы театра!

Но Света почему-то с самого начала была убеждена, что эта роль должна достаться ей. Что она и подчёркивала сотню раз в наших разговорах. Чем вызвано такое неожиданное рвение к искусству — она не уточняла.

“Но ведь я получила роль заслуженно, что бы она там ни думала. Поэтому мне винить себя не за что”

Но всё же совесть не отпускала меня. Время на занятиях тянулось мучительно медленно, поэтому я с большим трудом дождалась их конца. Когда я вышла из театра, уже стемнело. Добираться до дома пришлось на последнем рейсовом автобусе, в котором компанию мне составили группа громко смеющихся подростков и парочка алкашей.

От автобусной остановки я шла ещё минут пятнадцать, шарахаясь каждой тени, которая попадалась мне на пути. Североозёрск нельзя было назвать благополучным городом, даже в центре время от времени случались драки или ограбления, что уж говорить об окраинах.

Когда я наконец зашла домой, все уже спали. Стояла тишина, прерываемая только глубоким папиным храпом, доносящимся из-за стены. Чтобы никого не разбудить, я не стала включать свет и осторожно прошла на кухню. Но не успела я закрыть дверь, как в коридоре послышались шаги, и за моей спиной возникла мама.

Она ничего не сказала, просто остановилась, сложив руки на груди и прожигая меня взглядом. На ней был ночной халат, но, взглянув в её красные от усталости глаза, я поняла, что она не спала.

— Репетиция затянулась допоздна, — сказала я, доставая из холодильника ужин — тарелку с макаронами и котлетой. Так как с самого обеда я ничего не ела, то сейчас была готова проглотить даже этот высококалорийный ужас. — Позвонить не успела, извини.