Страсти за кулисами

Глава 6. В одной машине с ним

До праздников оставалось всего ничего, и моя жизнь закрутилась, как карусель в парке аттракционов. Словно не желая отпускать нас на каникулы, Роман ставил одну репетицию за другой, так что у меня едва хватало времени на еду и сон. Режиссёр окончательно решил, что наши с Максом совместные сцены лучше отложить, поэтому чаще всего я вообще не видела его на занятиях. И это меня радовало.

А вот со Светой мы сталкивались в коридорах постоянно. Проходили, прожигая друг друга взглядами, как лазерными бластерами. Мне до сих пор хотелось растерзать её за то, что она так и не смогла признать своё поражение и продолжала вставлять мне палки в колёса — косвенно, через Макса.

На репетициях я выкладывалась на полную, и не последнюю роль в этом сыграл тот факт, что их стал посещать Леонид Анатольевич, директор театра. Он просто приходил, садился и внимательно наблюдал за мной критическим взглядом, как мама на утреннике.

Когда я спросила у Романа, что всё это значит, режиссёр передёрнул плечами:

— Не обращай на него внимания. Просто играй.

Пару раз я видела, как он подходил к директору, и они о чём-то беседовали на повышенных тонах. И затем расходились в разные стороны, злые как собаки.

Дома вовсю шла подготовка к Новому году. Сестра всё время была дома и помогала маме украшать комнаты и готовить блюда. Скоро квартира засияла: под потолком засверкали гирлянды, переплетающиеся с мишурой, пышная ёлочка стояла посреди гостиной, обвешенная игрушками, как арабская женщина — украшениями.

После ссоры в парке мы с Лизой мало разговаривали. Обдумав слова сестры насчёт мамы, я пришла к выводу, что ей легко говорить: она бывает дома только раз в полгода, а не живёт здесь сутки напролёт.

И всё же, когда тридцатого декабря я чухнулась, что надо ехать за подарками, мне было не к кому обратиться, кроме как к сестре. Я попросила её съездить со мной в торговый центр, но она сказала, что занята. Зато, прочитав мне балладу о льде, присыпанном снегом, но очень опасном для водителей, она дала мне ключи от своей машины.

Слава богу, я получила права ещё три года назад, когда всерьёз верила, что скоро куплю себе машину. С тех пор права выцветали у меня в сумочке, а машина так и не появилась.

Единственный приличный ТЦ в Североозёрске находился в центре и назывался “Звёздочка”. Я добрых полчаса крутилась по парковке, пока наконец не впихнулась между “Лексусом” и “Вестой”. Тогда я думала: как же мне повезло наткнуться на это местечко первой.

Но, когда через час я вышла из торгового центра с пакетами, набитыми подарками, моё везение сыграло со мной злую шутку. Парковочное место, где я оставила машину, пустовало, а сквозь лёд и снег с трудом просматривался знак инвалидной коляски.

Я громко выругалась и поставила пакету на асфальт. Посмотрела в одну сторону, в другую, но эвакуатора нигде не было видно.

Меня охватила паника. Я представила лицо Лизы, когда я сообщаю ей о таком “подарочке”.

Трясущимися руками я достала из сумочки телефон и позвонила ей. Реакция не заставила себя долго ждать: Лиза крыла меня благим матом минут пятнадцать, прежде чем бросила трубку. Мне хотелось плакать.

У меня за спиной заскрипели по асфальту шины. Я резко обернулась, чуть не врезавшись носом в чёрный “Kia Rio”. Стекло со стороны водителя опустилось, и я услышала знакомый голос:

— Тебе помочь, кошечка?

Только что я думала, что хуже уже быть не может, но нет, оказалось, для меня у судьбы приготовлено ещё несколько карт.

— Отвали, мне твоя помощь не нужна. — Я отвернулась и направилась в сторону автобусной остановки. Но не прошла и пары метров, как ноги разъехались в стороны на заледеневшей парковке, и я чуть не растянулась на асфальте.

Макс засмеялся.

— Ну да, я вижу. Садись в машину, я тебя докину.

Соблазн был велик, но я не поддалась и ускорила шаг.

— Да подожди ты. — Я услышала, как хлопнула водительская дверца. Макс подбежал ко мне и выхватил один из пакетов. По рукам стало растекаться блаженное облегчение. Я вяло запротестовала, но Макс уже нёс его к багажнику.

***

Я надеялась, что мы быстро доедем до моего дома и нам с Максом не придётся разговаривать. Но, не успев отъехать от торгового центра, мы встали в пробку, и разговор стал неизбежен.

— Что-то я в последнее время не вижу тебя не репетициях. Наверно, Роман решил, что по-отдельности у нас лучше получается играть.

— Интересно, почему, — хмыкнула я, глядя, как дворники елозят по лобовому стеклу, пытаясь справиться с нескончаемой снежной массой.

Макс посмотрел на меня и улыбнулся.

— Спорим, мы бы с тобой неплохо сыграли предков в спектакле “Двери хлопают”?

Я не смогла сдержать улыбку.

— Если бы кое-кто не бегал на поводу у Светы, то и “Ромео и Джульетта” была бы нам по зубам.

Макс снова посмотрел на меня, только теперь он не улыбался.

— А кто это бегает на поводу у Светы?

— Ну не я же, — пробормотала я, решительно встретив его взгляд своим. — Она уже проехалась тебе по ушам по поводу меня? Рассказала, какая я плохая?

Макс вернулся к дороге и заговорил не сразу:

— Это правда, она отзывалась о тебе не очень лестно, но ничего не просила меня сделать.

Его голос звучал уверенно и чуть обиженно.

— Да? — спросила я, переваривая услышанное. — Но если так, то почему ты на каждой репетиции ведёшь себя как последняя сволочь?

— Это я-то веду себя как сволочь? А кто во время сцены на балу прожигал меня взглядом, как Циклоп из “Людей Икс”?

— А кто не может нормально взять меня за талию и сжимает её так, что у меня остаются синяки?

— А кто…

Вдруг сзади нас раздался гудок. Макс увидел, что машины впереди уже давно уехали вперёд, и вдавил газ в пол. Показывая, что разговор закончен, я выкрутила громкость радио на максимум. Остаток пути Макс хмуро смотрел на дорогу.

Когда мы подъехали к моему дому, я молча стала вылезать из машины. Макс схватил меня за руку.