Страсти за кулисами

Глава 8. "Влюбленные"

Весь вечер я была спокойна, убеждая себя, что ничего сверхъестественного от меня сегодня не потребуется. Делов-то — притвориться влюблённой в парня, которого я на дух не переношу. Мне приходилось играть роли и посложнее.

Но, когда в дверь позвонили, моё сердце так сильно подпрыгнуло, что чуть не вылетело из горла. Мама, которая в этот момент ставила в духовку печенье в форме снежинок, бросила мне через плечо:

— Анечка, открой дверь, видишь, мы все заняты!

Я с надеждой посмотрела на Лизу, но сестра была так занята раскладыванием нарезки по тарелке, что даже не отреагировала.

Пришлось мне, на подгибающихся ногах, с гулко колотящимся сердцем, идти в прихожую самой. Кровь шумела в ушах. Да что это со мной такое?! Даже перед выходом на сцену я так не волновалась.

— Кто там? — Мой голос дрожит.

— Это я.

Макс. Непослушными пальцами я отодвигаю щеколду и тяну на себя дверную ручку.

Я не знала, как он оденется. Даже не задумывалась об этом. Наверное, именно поэтому его образ сразил меня наповал. Белая майка с накинутым поверх неё пиджаком и чёрными джинсами смотрелись стильно и сексуально. Я одёрнула себя, заметив, что смотрю на горы мышц, проступающие сквозь тонкую ткань.

— Привет, — сказал он и улыбнулся. В одной руке он держал большой подарочный пакет.

— Привет. — Я отступила, пропуская его в прихожую. Он обнял меня, и я не стала возражать. — Классно выглядишь.

— Спасибо. Ты тоже.

Я посмотрела на своё тёмно-зелёное платье до колен, вышитое золотистыми линиями. Интересно, он правда так считает или сказал это просто из вежливости? Почему-то для меня это вдруг стало ужасно важно.

— Ммм, а как вкусно пахнет. — Макс снял ботинки и направился следом за мной в гостиную.

— Да, мама готовит печенье.

В гостиной они с папой поздоровались, и Макс поставил пакет под ёлку. Затем мы отправились на кухню. Мама осыпала его улыбками, а Лиза спокойно поздоровалась и тоже отметила его стильный костюм. Во всей квартире она единственная, кроме меня, знала правду.

Ну и, конечно, кроме Макса. Когда он вернулся в гостиную, чтобы помочь папе поставить стол, я снова задалась вопросом, зачем он пришёл. На кого он хотел произвести впечатление своим костюмом и галантным поведением? Это оставалось для меня загадкой.

Сейчас, когда мы находились в разных комнатах, притворяться влюблёнными было несложно, но что будет, когда мы сядем за стол? Там уже не получится не разговаривать с Максом, все будут смотреть на нас.

Из гостиной донёсся смех. Папа и Макс обсуждали какую-то футбольную команду.

К половине одиннадцатого мы все переместились в гостиную. Мама волновалась, “не слишком ли рано мы садимся”, о чём она шёпотом поведала нам с Лизой, но мы убедили её, что сейчас — самое время. И не прогадали.

Папа и Макс тут же стали травить смешные истории, подначивая друг друга так смешно, будто они были знакомы несколько лет, а не полтора часа. За столом царила весёлая, праздничная атмосфера.

Сидя рядом с Максом, я постепенно успокоилась. Он то и дело клал руку мне на плечо, поглаживал меня по волосам, но этим моя роль и ограничивалась. Хоть мы только разыгрывали влюблённых, мне нравилось, что он взял всё в свои руки и не пытается поставить меня в неловкую ситуацию.

Когда пропищала духовка, я отправилась на кухню, чтобы вытащить печенье. Лиза вызвалась помочь мне и, когда мы остались вдвоём, сказала:

— Что ж, у тебя неплохо получается. Мама просто счастлива. И папа тоже. Мне кажется, лучшего подарка на Новый год ты им и сделать не могла.

Я улыбнулась, но почему-то её слова вызвали во мне необъяснимое беспокойство. Как будто что-то было не так. Но что?

Я вернулась в гостиную, неся в руках печенье. Все засмеялись и зааплодировали, и я вдруг поняла, что меня смущает. Я знаю, что всё это — только игра. А мне хочется, чтобы наша семья всегда была такой счастливой, сплочённой, радостной.

И ещё я хочу, чтобы Макс всё время был со мной на праздниках. Его присутствие что-то кардинально изменило. Мама больше не смотрела на меня как на подростка-переростка, и в её глазах не читался молчаливый упрёк.

Как и всегда, полночь наступила неожиданно. Папа вдруг встал, держа в руках бутылку шампанского. Лиза стала лихорадочно искать на телевизоре трансляцию боя курантов. Мама рыскала по сервизу в поисках бокалов.

БаБах! — из бутылки вылетела крышка. Все отскочили, и шампанское полилось во все стороны. В тот момент, когда ударили куранты, наши бокалы с весёлым звоном соприкоснулись.

Когда мы спели гимн, мама воскликнула:

— Пора дарить подарки! — И мы все стали вылазить из-а стола.

Нам с Лизой, как и всегда, родители подарили тёплую одежду. Мы тут же нарядились в неё, потому что дальше все собирались пойти на улицу, чтобы запускать салюты.

В свою очередь, мы с Лизой вручили им большой семейный альбом. Это была затея сестра. Мама так обрадовалась, что бросилась целовать нас.

А потом настал черед Макса.

Сначала он вручил большую коробку, обёрнутую разноцветной плёнкой, папе. Тот сначала удивился, а затем взял её осторожно, как святой Грааль. У всех на глазах он снял плёнку, и это оказалась внушительная пивная кружка в виде черепа.

Маме Макс подарил формы для печенья, Лизе — книгу по саморазвитию. Все остались довольны и обнялись. Затем настал мой черед.

Макс вручил мне маленькую коробочку, и я никак не могла понять, что это такое, пока снимала плёнку. Все смотрели на меня затаив дыхание. В большой коробке оказалась другая, поменьше, а в ней — маленькое золотистое украшение на цепочке. Я присмотрелась и, когда поняла, что это, поняла, что не могу сдержать слёзы.

Это была уменьшенная копия Золотой маски, самой почётной театральной награды в России. Я посмотрела на Макса. Он улыбался.

— Пусть она напоминает тебе о том, чего ты по-настоящему заслуживаешь, — сказал он, и я обняла его.