Стратагема любви

2. Наблюдать за огнём с противоположного берега

Такси подъехало к самому крыльцу, Маша расплатилась и вышла. Слева и справа росли калиновые кусты, цветущие нежными зеленоватыми цветами, брусчатая дорожка уходила под склон к реке, теряясь в зарослях боярышника. Окна на первом этаже были распахнуты настежь, и ветер колыхал белоснежные занавески. Дом, издали казавшийся частью горы, вблизи превратился в кирпичное здание, щербатое и здорово обветшалое.

- Вас подождать? – спросил таксист, но Маша отрицательно помотала головой.

- Не надо. Не знаю, сколько я здесь пробуду. Лучше потом опять вызову машину.

- Как скажете, - водитель кивнул на прощанье и уехал, а Маша поднялась по ступенькам к двери.

Звонка не было, зато под козырьком висел колокольчик, от которого тянулась цепочка из крупных овальных звеньев. Все в стиле дореволюционной России. Маша позвонила, и тут же из окна послышался энергичный мужской голос:

- Входите! Не заперто!

Голос был молодой и веселый, и это её обрадовало. После разговора с Якубом Петровичем, она боялась, что придется иметь дело с каким-нибудь замшелым стариком, наполовину выжившим из ума.

Прихожая, в которой она оказалась, была обставлена совсем не старомодно. Бежевые и светло-желтые тона, бронза и дерево – на всем печать больших денег и хорошего вкуса.

- Проходите в гостиную! – крикнул тот же голос. – Вам чай или кофе?

- Спасибо, не стоит беспокоиться…

- Чай или кофе?

- Тогда чай, пожалуйста.

Маша прошла в гостиную и села на краешек дивана, оглядывая комнату. Белоснежные шторы и светло-зеленые летние портьеры, белая обивка дивана и кресел, столик в стиле Людовика XV с малахитовой столешницей, лепнина на потолке и хрустальная люстра на двенадцать рожков. Неплохо живет этот профессор Зырянов, и не похоже, что его слишком волнуют привидения. Например, призрак Машарова, погибшего, если верить тетке, здесь в подполе.

Гостиная была проходная. Одна дверь вела в прихожую, откуда Маша только что пришла, вторая выходила в полутемный коридор – именно оттуда слышался голос, третья вела в смежную комнату, где она увидела стеллажи от пола до потолка, сплошь заставленные книгами.

- Прошу прощения, что заставил ждать! – в гостиную вошел мужчина лет тридцати, высокий, спортивного вида, с открытым и приятным лицом. У него были русые волнистые волосы, озорные глаза, и ямочки на щеках, когда он улыбался. А сейчас он именно улыбался, рассматривая Машу с одобрением. Он держал поднос, на котором стояли высокие бокалы и кувшин с чаем. В кувшине плавали кубики льда и зеленые листы мяты.

- Старикан Петрович сказал, что вы – профи в языках восточной группы…

- Да, последние два года я ассистировала профессору…

- …но о главном умолчал!

- О главном?

- Да, главного не сказал: что приедет такая красавица!

- Спасибо, приятно слышать, - вежливо ответила Маша.

Не бог весть, какой умный ответ, но игривый тон сбивал с толку. Она засомневалась, правильно ли Якуб Петрович понял – здесь, действительно, нужен знаток китайского, или господин Зырянов ищет миловидную девицу для приятного времяпровождения?

- Давайте я налью холодного чаю, и поболтаем о деле, - мужчина разлил чай по бокалам, протянул один бокал девушке, второй взял сам и сел в кресло напротив, закинув ногу на ноги и глядя в упор.

Маша отпила из бокала, чтобы скрыть смущение. Мало кому приятно, когда тебя разглядывают, как диковинную зверушку.

- Я не представился, - спохватился мужчина. – Зырянов Михаил. А вы – Мария. Красивое имя!

Позабыв о Машином отчестве, он как бы сразу поставил её на ступень ниже себя, но Маша постаралась не обращать внимания на подобную бестактность. В конце концов, многие гении высокомерны, тут ничего не поделаешь.

- Якуб Петрович рассказывал про вас, - сказала она, ставя бокал на стол. Чай пах мятой и медом, но сейчас ей вовсе не хотелось пить.

- А мне – про вас, - подхватил Зырянов, снова улыбаясь своей замечательной улыбкой. – Мне понадобятся услуги переводчика. Один старинный манускрипт, один протокол медицинской конференции и одна книга на двести страниц на современном китайском. Обилие терминов и редких названий. Осилите?

- Думаю, да. Если вы ставите разумные сроки. Надеюсь, перевод вам сдавать не завтра?

Он рассмеялся над незамысловатой шуткой, показав ровные белые зубы. «Какая-то модельная картинка, а не ученый, - подумала Маша с неудовольствием. - Но если ты хочешь, чтобы я растаяла из-за твоего мальчишеского смеха, то это тебе не удастся. Благодаря уроку профессора Шарабырова, у меня иммунитет к мужской красоте. На ближайшие десять лет».

- Нет, перевод потребуется не завтра. Я здесь в отпуске, планирую задержаться на лето, - продолжал Зырянов. - До начала августа время у вас есть, и торопить с переводом я не стану. Но первого августа работа должна быть выполнена.

- Меня это полностью устраивает, - заверила Маша.