Стратегия Александра Невского

Бунт против сборщиков дани 1262 года в контексте внутриполитической борьбы в Монгольской империи

Вопрос о том, кто и против кого поднял бунт в 1262 году, остается открытым. Существует мнение, что во главе него стоял чуть ли не лично Александр Невский. А.Н. Кирпичников ссылается по этому вопросу на Устюжскую летопись, сообщающую о рассылке грамот князем, призывающих «татар побивати»[1]. Не исключается и участие в восстании представителей церковной иерархии. Всё это, казалось бы, вступало в явное противоречие с выстроенным Александром Невским политическим курсом. А главное – было бессмысленным, так как предполагало неизбежный ответный удар со стороны монголов. Что это в таком случае было – психологический срыв князя? То, что монгольских репрессий в ответ на восстание не последовало, говорит о неоднозначности причин произошедшего мятежа.

Окончательно ответить на вопрос, что же произошло в действительности в 1262 году возможно, лишь выяснив, кто собирал дань со стороны монголов. Очевидно, имела место некая латентная борьба среди монголов за это право. И вероятно кто-то со стороны акторов монгольской политики санкционировал бунт против сборщиков. Возможно, бунт поддерживался из Сарай-Бату против Каракорума, а возможно и из Каракорума против Сарай-Бату. Не исключено, что конфликт и вовсе развертывался между другими акторами. Но положение о том, что за ширмой восстания 1262 года находились противоречия между Чингизидами, имеет своих сторонников в отечественной историографии[2].

Интересные подробности о ходе восстания 1262 года содержатся у В.Н. Татищева, предположительно обладавшего источниками, которыми не располагали последующие историки. Помимо антимонгольской составляющей он указывает на социальные мотивы восставших. Богатые люди, – сообщает он, – откупившись от монголов, стали наживаться, беря, вероятно, на себя функции сбора дани. На «многих людей убогих» налагался долг под проценты. Сообщает Татищев и о том, что часть татар была побита, другая изгнана, но иные из них крестились, что являлось, по-видимому, способом избежать расправы. Приводятся Татищевым и сведения о расправе над неким бывшим чернецом Зосимой, который изменил христианской вере в пользу религии басурман, причинил много зла православным, за что был убит, и тело его отдано на съедение псам. Измена вере воспринималась как особо тяжкое преступление, и случай с Зосимой, как вопиющий, по представлениям XIII столетия, был выделен особо[3].

[1] Кирпичников А.Н. Александр Невский: между Западом и Востоком // Вопросы истории. 1996. № 11–12. С. 115-118; Полное собрание русских летописей. Том 37: Устюжские и вологодские летописи XVI–XVIII вв. Л.: Наука. 1982. 228 с.

[2] Кучкин В.А. Александр Невский – государственный деятель и полководец средневековой Руси // Отечественная история. 1996. № 5. С. 29.

[3] Татищев В.В. История российская. Часть 3. URL: https://librebook.me/istoriia_rossiiskaia__chast_3/vol1/4