Стратегия Александра Невского

Заключение

XIII столетие было временем глобальных цивилизационных трансформаций. Взятие крестоносцами Константинополя и создание на месте православной Византии Латинской империи, создание Чингисханом и его преемниками крупнейшей в мировой истории империи, уничтожение Багдадского халифата, восстановление Византийской государственности, провал крестовых походов, мамлюкская революция в Египте, принятие греками унии и отказ от униатства, – всё это было спрессовано в одном столетии. Цивилизационная карта мира выглядела в XIII столетии принципиально иначе, чем привычная для современного человека политическая карта. Изменения границ цивилизаций обусловливались не только военными походами.

Важная роль в происходящих трансформациях принадлежала религиозному самоопределению. Религии выступали в качестве ценностно-смысловых оснований цивилизаций. Соответственно, и смена религиозной идентичности имела последствием цивилизационные инверсии. Перед развилкой религиозного выбора встала к середине XIII века Монгольская империя. Существовало по меньшей мере четыре сценарные перспективы: тенгрианская, буддистская, исламская и христианская. Перспектива монгольского и шире – евразийского христианства связывалась с Церковью Востока, традиционно позиционируемой в качестве несторианского направления в христианстве. Церковь Востока фактически являлась ядром особой цивилизации, имевшей достаточно широкий ареал распространения, но не имевшей для своего сбережения опорного цивилизационного государства.

Русь в логике цивилизационных транзитов XIII столетия, казалось бы, не имела шансов на сохранение. Объективно она должна была быть раздавлена превосходящими ее по совокупной мощи силами, лишиться не только суверенитета, но и идентичности. XIII век начался с падения Константинополя, что означало для Руси утрату цивилизационного центра. Сама русская общность распадается, группируясь вокруг двух центров: на северо-востоке – Владимира, на юго-западе – Галича. Галицкая Русь, возглавляемая князем Даниилом, дрейфует в сторону Запада. Существовала реальная опасность принудительного обращения «русских схизматиков» в католицизм, гибели, имея в виду униатские тенденции на поствизантийском пространстве, гибели Православной цивилизации в целом. Цивилизационно выжить Руси удалось в значительной степени только благодаря правильно выбранной в критической ситуации стратегии и тактике. Тактика Александра Невского имела три основные составляющие: военную, дипломатическую и религиозно-культурную (тактика «мягкой силы»). Религиозно-культурная и дипломатическая деятельность осуществлялась, по-видимому, с использованием каналов коммуникации с христианами Церкви Востока.

Стратегия Александра Невского имела различия на западном, восточном и южном направлениях. На западном направлении он придерживался тактики жесткого противостояния с использованием военной силы. В борьбе со шведами и немцами князю виделась борьба со стоящей за их спиной Римской Церковью. И шведы, и немцы были для него римлянами. На послания папы Александр давал резкий ответ: «Учения вашего не приемлем!», не оставляющий шансов для компромисса.

«И бысть сеча велика над Римляны», – так автор «Жития Александра Невского» описывал битву на реке Неве. Он наверняка знал, что в сражении русским противостояли шведы, но использовал идентификатор «римляне». Использование такого названия должно было указать, что святой благоверный князь Александр вел борьбу не со шведами или немцами, а с католиками. За спиной у рыцарей – шведских и немецких – стояли Рим и папство. Соответственно и ведомая Александром борьба с Западом имела характер религиозной войны, или войны цивилизаций. Впрочем, отдельных политических акторов на Западе, ок, как прагматичный политик, вероятно использовал для разрушения антирусского католического альянса – императора Священной Римской империи Фридриха II, норвежского короля Хакона IV, литовского князя Миндовга.

На Востоке политика Александра Невского была более сложной и диверсифицированной, чем принято до сих пор считать. Она далеко не исчерпывалась отношениями с улусом Джучи. По-видимому, Александр играл на противоречиях между ним и Каракорумом. Особенно значимыми каракорумские связи в его стратегической игре становятся при великих ханах Мунке и Хубилае. Они, вероятно, служили выстраиваемым противовесом принявшему ислам Берке.

В стратегии на Востоке Александр Невский, по всей видимости, делал ставку на монгольское и тюркское христианство. Христианизация Монгольской империи, а через нее и сопредельных стран являлась, по имеющемуся раскладу сил, реалистичной перспективой. Сценарий не был в итоге реализован, но монгольско-тюркское христианство, как фактор влияния, сыграло свою историческую роль в ослаблении геополитического давления на Русь.

Стратегия Александра Невского во взаимоотношениях со странами ислама реконструируется как избегание нового религиозного конфликта. В XIII веке против мусульман воевали все основные христианские общности. Крестоносцы в борьбе за Святую Землю продолжали организовывать крестовые походы: походы с 5-го по 9-й были направлены непосредственно против мусульман. Монголы-христиане уничтожают Багдадский халифат и воюют с мамлюками. С турко-сельджукским Конийским султанатом вела борьбу православная Никейская империя, наследница Византии. Русь была единственной цивилизационной христианской общностью, которая в XIII столетии не воевала со странами Ислама.

Между тем обращение в мусульманство правителя улуса Джучи Берке и последующая исламизация Золотой Орды меняли соотношение цивилизационных сил в Евразии. Противниками Ислама были великие ханы Монгольской империи Мунке и Хубилай, а также непосредственно возглавлявший антиисламский фронт монголов ильхан Хулагу. Складывались парадоксальные союзы – христианско-буддистский и исламо-тенгрианский. В противовес возглавляемым Хулагу монголо-христианским силам, участникам Ближневосточного крестового похода, Берке выстраивает союзнические отношения с египетскими мамлюками. Владимирская Русь могла быть втянута в большой религиозный конфликт, как на одной стороне – в качестве подконтрольной территории Золотой Орды, так и на другой – ввиду христианской идентичности и императивной позиции Каракорума. Александр Невский сумел проявить должную мудрость и политическую гибкость, чтобы избежать сценария включения в большую религиозную войну на Востоке. Следствием его стратегической линии являлась традиция сосуществования в России различных мировых религий.