Было очень жарко. Я то и дело терял сознание. Боль была невыносима. Я не мог открыть глаза, чтобы смотреть, не говоря уже о других движениях. Все мое тело было источником боли. Я все ждал, когда закончатся эти мучения. Жара сменялась холодом, холод – жарой. Сколько это происходило, я не знаю. Казалось, что я попал в сам ад. Затем стало холодно, очень холодно. Я слышал слова, но все было расплывчато:
- Мастер… Доставил как вы… Травмы… Бросить на смерть, чем… Хорошо…
Мое сознание отключилось. Я плыл безмятежно в тишине темноты. Адская боль постепенно сменялась умиротворением. А затем мое сознание вернулось. Боль заставила меня выйти из оцепенения. Я увидел пол и частично стол, на котором лежу. Все вокруг было обставлено свечами. И лишь несколько людей держали меня за руки и ноги.
- Он очнулся! – сказал один, с закутанным в ткань лицом, чтобы никто не мог разглядеть его облика.
- Это будет не просто! – сказал другой, которого я вообще не видел.- Ему придется терпеть.
Он что-то положил мне на спину. Что-то там хрустнуло. Боль стала еще сильней. Я закричал и попытался дернуться, но меня удержали люди.
- Что ж, теперь он может двигаться…- последнее, что я услышал, перед тем, как окончательно отключиться от реальности.
Я ничего не понимал и не осознавал, но вся боль потихоньку уходила, сменяясь спокойствием и облегчением. Я очнулся от того, что упал куда-то. Открыв глаза, я увидел свое тело, перетянутое ремнями. Конечности болели, но я, приложив много усилий, смог немного пошевелить пальцами рук. Среди незнакомых мне людей я разглядел ассасина, тащившего носилки через проход, освещенный факелами, больше напоминающего пещеру. Они внесли меня в непонятное темное место, похожую на темницу. Повсюду висели железные камеры на цепях. В некоторых были видны скелеты. Посреди этой комнаты стоял чан на огне, с исходящим зеленым паром. Человек в робе, со спрятанным лицом, указал им место. Меня подняли вместе с носилками, закрепив цепями и металлическим ободом, чтобы я не упал или не вырвался, и перевернули. Я мог видеть лишь зеленую жижу, бурлящую в котле. В стороне ассасин что-то сказал этому человеку, и удалился. Я снова потерял сознание.
Очнулся я от того, что задыхаюсь от вони. Открыв глаза, я увидел перед своим лицом все ту же бурлящую жижу. Запах, исходивший от нее, был неимоверно отвратительным. Я пытался вырваться, но оковы не давали мне этого сделать.
- Не сопротивляйся,- проговорил тихий голос, - Все будет хорошо.
От запаха вони, я, вновь, потерял сознание.
Частично сознание возвращалось, и я мог видеть, как висел подальше от котла, где человек в робе вертится, что-то подбрасывая в него. Иногда он бродил подле меня, или кормил меня какой-то противной пищей, поддерживающей мое существование. А иногда я висел в полной темноте. Мне даже казалось, что я уже начинаю воспринимать вонь из чана, как запах цветов. Настолько я уже привык к нему. С каждым разом, когда меня подвешивали к нему, я ощущал, как мои силы возвращаются ко мне. Теперь не было никакой боли в конечностях. Я мог свободно двигать руками. И все же все было предусмотрено. Я не мог дотянуться до креплений, чтобы освободиться. Признаков боли даже не осталось. Перед тем, как уснуть очередной раз, я услышал шаги. Это был ассасин.
Сколько я спал – не знаю. Во сне я видел рушащуюся башню. Я вновь падаю в темноту, и на меня падает кусок башни.
- Нет!- вскричал я, вскочив я с кровати, чуть не упав на пол.
В помещении, где я находился, было довольно светло, не говоря уже о свежести. Больше никакого котла не было рядом, да и никаких цепей и ремней на мне также не было. Я очнулся в небольшой комнате. Ранняя заря занималась за окном, донося совсем другие запахи, которые мое сознание восприняло как диковинные. Это был не чан с жижей, а настоящий запах цветов. Я был укутан в шелковое покрывало. Также в комнате стоял небольшой стол и стул. Передо мной, у края кровати, в ногах, сидел старец в робе. Лица его я не мог разобрать, оно было скрыто капюшоном. Он сидел и смотрел на меня, а затем произнес:
- Как хорошо, что ты проснулся!
В моем сознании, из отдаленных участков, всплыл точно такой же голос, который я слышал уже где-то. И это было в храме со сферой. Неужели это был тот самый человек, скрывающийся в тени?
- Вы? Я же… Кто вы?- выдавил кое-как я из себя, при том не понимая, почему я заплетаюсь в словах.
- Не торопись, дитя.- сказал он мне. – Ты прошел долгий путь. Тебе нужно восстановиться.
- С-ссс-колько? – вновь выдавил я из себя слова.
- Ты был там около полугода. Ты был полностью разбит. Но нам все же удалось тебя собрать.- проговорил старец.
Я посмотрел на свои руки и тело. Многочисленные шрамы, теперь уже заживленные, украшали меня. Они расходились в разные стороны, и были напоминанием о рушащейся башне. Старец развернулся и взял поднос со стола. На нем были фрукты и какая-то каша в тарелке.
- Кушай!- сказал он мне.
Я поднес немного трясущуюся руку к ложке. Но так и не смог ее взять. Пальцы не слушались меня.
- Тебе необходимо многое вспомнить,- сказал он,- И многое познать заново.
Он взял ложку в руки, и стал кормить меня, как совсем маленькое дитя. После завтрака он сказал мне, чтобы я отдыхал, и покинул мою комнату. Я ничего не мог понять. Что случилось? Как я выжил? И почему я полностью здоров? Как такое возможно? Размышляя, я попытался встать на ноги. Не удержавшись, я упал на кровать. Все мое тело было обессилено и не слушалось меня. В этот день я так и не смог встать.
Я продолжал лежать несколько дней. Ко мне в комнату заходили девушки в красивых платьях и с закрытыми лицами. Я не особо понимал их речь. Это были служанки, которые были присланы ухаживать за мной. Некоторые из них делали мне массаж, разминая мои мышцы. День сменялся ночью, а ночь - днем. Так прошла неделя, перед тем, как меня вновь посетил человек в темной робе с капюшоном. Он принес мне одежду, ведь я лежал в обычном балахоне. Он протянул мне одежду, которая состояла из хлопчатой рубахи и мешковатых штанов, у кровати поставил сандалии.
Отредактировано: 22.12.2021