Страж. Первое дело

Пролог.

Осенний мрачный лес был необычайно тих и молчалив. Ветер не шевелил кроны вековых деревьев, птицы замерли и не тревожили своими голосами стоящую вокруг мертвую тишину. Даже капли воды, повисшие на деревьях после вчерашнего дождя, кажется, намертво приросли к листьям и веткам и не стремились вниз, туда, где все и происходило…  Все вокруг замерло, наблюдая за разворачивающимся действом.

Маленькая, хрупкая женщина пыталась уйти от погони. Она спотыкалась, падала на колени, но упрямо поднималась и бежала дальше. И столько отчаяния и, вместе с тем, какого-то нечеловеческого упрямства, было в каждом ее движении, в том, как она поджимала искусанные губы, каждый раз, когда ее ноги в старых кроссовках очередной раз поскальзывались на мокрой листве, в том, как она упрямо бежала вперед, хотя было видно, что силы ее на исходе.  А преследователи, серыми, едва различимыми в общем полумраке тенями скользили следом. Их было пять или шесть, и они уверенно шли по следу, каждую секунду сокращая расстояние между собой и выбранной жертвой. Они не производили шума, не цеплялись за низко растущие ветки, им не мешали редкие кустарники и стволы деревьев, поваленные последней бурей. Они скользили, словно бесплотные тени, не обращая внимания ни на что вокруг, и неумолимо приближались к выбранной ими жертве. Их не интересовало больше ничего, только она… маленькая, всеми брошенная жертва… их последняя жертва.

Женщина снова упала, поскользнувшись на мокрой прелой листве, которая густо укрывала землю. Темные волосы растрепались и хлестнули по лицу, но она не обратила на это никакого внимания. Было видно, что она устала, что каждое движение дается ей с неимоверным трудом, но тяжело опираясь на согнутые в локтях руки, она упрямо поднялась на ноги и продолжила бежать дальше. Хотя это и давалось ей нелегко. Становилось все труднее и труднее, но она не могла позволить себе расслабиться, не могла остановиться даже на секунду, что бы перевести дыхание.  В боку уже не просто кололо – острая боль поселилась там навсегда, легкие разрывало от нехватки воздуха, ноги с трудом отрывались от мокрой земли для того, что бы сделать следующий шаг. Но она должна, просто обязана бежать дальше. Бежать по этому промозглому и мрачному лесу, уводя за собой погоню.  Нет, она не надеялась выжить, уже давно знала, что ее дни сочтены, но не могла остановиться. Продолжала упрямо бежать вперед.

Вдруг  между темными стволами деревьев вдруг замаячил просвет. Как мотылек на огонь она рванула туда, а где-то за спиной уже слышалась приближение погони. Призрачные тени не производили шума или топота, но каким-то шестым чувством беглянка знала, что они близко, что догоняют и уже совсем скоро настигнут свою добычу.

Еще несколько десятков шагов и беглянка оказалась на открытой площадке. Позади - мрачный осенний лес и погоня, впереди - пустота. Поросшая травой площадка заканчивалась обрывом. А там, внизу, очень далеко, вилась серая лента шоссе. Женщина обернулась, резко выдохнула. Вот и все. Здесь и сейчас все закончится - дальше пути нет. Она сделала, что могла и большего уже никогда не сможет сделать. Ее час пришел, и последняя надежда была на то, что ей удастся завершить этот путь на своих условиях.

Из леса медленно выступали тени. В предрассветном полумраке они были практические неразличимы, но здесь, на открытой местности, когда сквозь низко нависшие дождевые тучи пробивается слабый свет восходящего солнца, их можно было рассмотреть. Огромные, матерые звери - иначе и не назовешь. Серая шерсть, мощные лапы, огромные устрашающие морды с приплюснутыми носами, широкие челюсти с целым набором острых, отточенных как бритва клыков. Ни один учебник никогда не даст название этим существам. Но они есть, они живут во тьме и лишь изредка появляются среди живых. Зачем? У них своя цель, своя задача. Охотники и палачи, они никогда не упускают свою жертву. Призвав тень, можешь быть уверен, что она настигнет свою добычу, через годы и любое расстояние. Они беспощадны.

Тени приближались не спеша, тоже понимали, что их жертве бежать больше некуда. Медленно, угрожающе наступая, они выстроились полукругом, а впереди шел вожак. Самый сильный,  самый безжалостный, свое право вести стаю, он заработал в бою. И теперь был момент его триумфа. Вот она - их жертва. Загнанная, обессилевшая, дрожащая от страха.

Отвратительная морда вожака скривилась - запаха страха он не учуял. Жертва не боится? Такого не может быть,  она так долго пыталась спасти свою жизнь, убегала, петляла по этому лесу, как загнанный заяц, продлевая агонию. Они даже позабавились немного, давая ей призрачный шанс на спасение. Она не может не бояться. Их нельзя не бояться!

Но молодая женщина просто стояла на краю площадки, поросшей пожухлой травой, и смотрела на своих преследователей. Ее грудь тяжело вздымалась, из горла вырывались хрипы, бок нещадно болел, ноги гудели. Но страха перед преследователями не было. Она уже смирилась с тем, что ей не выйти из этого леса, в уставшем мозгу билась лишь одна мысль: «Я должна справиться».

Вожак тряхнул лобастой головой и оскалился. Он сделал еще один медленный шаг вперед, отделяясь от остальной стаи, и приготовился к прыжку. Его злила сама мысль о том, что жертва не боится и если бы он был, хоть немного умнее, если бы только не был так уверен в своем превосходстве, он бы задумался, почему эта дрожащая от усталости женщина медленно отступает. Но, вожак решил, что она старается продлить свою агонию, выторговать у него хотя бы еще несколько мгновений жизни. Нет, он ей не позволит! Не даст ей вздохнуть еще раз!

Жертва отступила, всего на шаг, но это подтолкнуло зверя, и он прыгнул.



Наташа Загорская

Отредактировано: 25.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться