Страж последнего рубежа

8. Сковорода

Ксюша несколько раз за день взрывалась:

– за книгой;

– во время просмотра видеороликов;

– во время приготовления ужина.

Каждый раз взрыв начинался с всплеска рук и слов:

– Нет! Ну я, конечно, всё понимаю! Память, игры разума… Но перепутать Рому с этим!!!

А потом шаги из угла в угол огибая диван и обеденно-письменный стол. Бессвязные рассуждения.

Кот сидел. Жмурился. Был внимателен. И при приложении хорошей доли фантазии – чуток.

Последний проминаж Ксюши закончился тем, что она взяла фонарь (красивый, с разноцветными стекляшками-витражами), накинула ватник – и вышла из дома в ночь, через зада к калитке ведущей не на деревенскую дорогу, а на холмы – к реке.

Кай поспешил за ней.

Холм с видом на реку, которая тонула в темноте. Только шепот воды слышался. И мерцал на том берегу огонёк коровника. Палатка под покровом ветвей тенистого дуба. Костерок на излёте. Старик в плюшевом балахоне на раскладном кресле у костра. Сковорода с яичницей в тлеющих углях.

Короткое приветствие. Кай урлыкнул для приличия.

Ксю сразу перешла к делу. Марина. Сын. Ошибка. Игры памяти.

Старик доброжелательно слушал, как давеча Кай. Когда Ксюша выговорилась, в густой августовской ночи повисла тишина. Хруст костра. Дыхание деревьев.

Старик заговорил. Что-то о душе и искрах. Кай потерял нить повествования. И навострил уши только когда старик заговорил о страхах: страшно быть озадаченным. Быть озадаченным чем-то страшным – ещё страшнее. Марина – страшным горем, например. Это как чёрная дыра, стягивающая энергию, забирающая свет от искр. Энергию нужно экономить. И разум, а, может и душа, оказывает медвежью услугу – затыкает дыру первым попавшимся объектом. Подгоняет действительное – под желаемое. Пусть и вопреки логике.

– Знаешь почему после смерти одного из супругов в счастливых браках, оставшийся обычно скоропостижно вступает в повторный брак? Хочет, чтобы счастье длилось.

А ещё мозг просто экономит энергию – открытая задача стягивает на себя ресурсы. Закрываешь первым попавшимся пусть и абсурдным аргументом/человеком – и вуаля. Нет проблем. Сил – с избытком.

В мягких отблесках костра Кай видел хитрые искры в добрых глазах старика.

– Сейчас передо мной не Марина, – продолжил старик. – А девушка, которая издалека увидела одни единственные объятия, дала событиям свою трактовку. Испытала непонимание и возмущение. И быстро закрыла нарастающую внутреннюю боль (открытый вопрос) теорией про изменчивую память. Заткнула одно другим. Ты уверена в том, что видела? Или тебе просто больно оставлять увиденное без ответа?

Ксюша оправдывала Марину тем, что память выхватила первое попавшееся из реальности, чтобы заглушить боль. А сама подхватила первую попавшуюся теорию, чтобы не оставлять окно открытым, не оставаться озадаченной. Тогда вместо злости и бунта пришлось бы искать информацию, разбираться.

Только вот, - старик озорно хихикнул. - В области душевных страданий, Марина бросилась в объятия незнакомца, потому иначе её переедет танк. А девочка по имени Ксюша стянула с ближайшей полки теорию замещающей памяти, чтобы не щипали блохи.

«Клуб начинающих мракобесов объявляется открытым» - сказал бы Кай, если бы умел говорить.