Стражи 1: Начало пути

Глава 14

Для обитателей Роял стрит утро начиналось традиционно на протяжении многих лет. Чуть забрезжит рассвет, как слуги уже пытаются скинуть с себя сонливость, занявшись делами. Ближе к десяти утра знатные семейства рассаживаются за столом и ведут самые что ни на есть светские беседы, делятся свежими сплетнями и новостями. Строгие экипажи государственных служащих появляются на дорогах одними из первых. Раньше полудня ни одной роскошной кареты не увидеть, так как после завтрака и очередной смены нарядов знатные семьи выезжают на прогулку только к обеду. Размеренная богатая жизнь мирных аристократов не любит вторжений и изменений сложившихся порядков.

В предрассветное время на улицах Уест-Уортленда настолько безлюдно, что хочется выть от тоски. Любой, случайно посмотревший из окна субъект был бы удивлён, увидев две высокие фигуры, двигавшиеся по Роял стрит. Один из идущих был одет в гвардейскую форму с накинутым поверх длинным чёрным плащом, капюшон которого полностью укрывал голову, так что из-под него можно было увидеть только редкие светло-русые пряди волос. Вторая фигура, немного выше, была облачена во всё чёрное с таким же плащом и капюшоном. Они медленно продвигались в сторону Тёмных Улиц, нервно осматриваясь. Место, в которое отправились эти двое, славилось дурной славой, повышенным уровнем преступности, знаменитыми на всё государство бандитами, про которых складывались страшные байки.

Нырнув в один из проулков, двое в плащах поёжились, огляделись и вполне уверенно стали продвигаться вперёд, в самую глубину уличного лабиринта. Стены вокруг были щедро облеплены вонючей грязью, подтёками зелёной плесени и слизью, отдававшей блеском при первых лучах утреннего солнца. Целый букет запахов давал понять: в этом месте не только справляют нужду, но и где-то очень долго лежит труп кошки или собаки и, возможно, даже не один и, возможно, что это никакие ни кошка и ни собака, а кто-то ещё.

— Куда ты меня ведёшь, Адриан? - взволнованно прошептал гвардеец, пытаясь плотнее стянуть капюшон на лицо. - Ты мне ничего толком не объяснил, только сказал, что Лане это может помочь. Я тебе уже говорил, что отец сегодня снова пойдёт к королю просить помощи. И вообще, нас с тобой вздёрнут за эту увеселительную прогулку. Ну не молчи же так долго, скажи что-нибудь!

— Нам глотки перережут быстрее, говори еще тише, - мрачно ответил Адриан. - Ты сказал, что разговоры и безконечные просьбы к наместнику и королю ни к чему не привели. Этого следовало ожидать, учитывая напряжение на границах с Шелвудом, где нужны корабли. Не удивительно, что король тянет с окончательным решением и не даёт солдат и корабли для поисков. Не думаю, что что-то изменится, - он качнул головой. - Вся ситуация против нас, мы должны действовать сами.

— Мы с тобой, между прочим, занимаемся незаконным делом. Ты, я полагаю, знаешь, что происходит с теми, кого вылавливают на Тёмных Улицах. И что значит «действовать сами»?

— То и значит. Королю глубоко наплевать на какую-то девчонку, украденную пиратами, пусть это и дочь генерала, - Адриан нервно передёрнул плечами. - Для него план с прочёсыванием моря большим количеством кораблей покажется полным бредом. Ты думаешь, что ему некуда направить свои войска, кроме как на поиски одного человека?

— Ты, я надеюсь, не считаешь, что план спасения Ланы - это бред? - спросил Габриель.

Адриан остановился, поднял наполненные тревогой глаза к начавшему светлеть небу и глубоко вздохнул.

— Как ты мог такое спросить, - в голосе слышалась обида, - Лана - это все, что у меня есть. Ты знаешь, что твои родители были лучшими друзьями моих ещё до их гибели, а потом заменили мне их. Лана мне как родная. Она единственная понимала мою боль так, будто сама испытала на себе эту горечь утраты. Я обязан вашей семье, Габриель, всем: образованием, положением в обществе и многим другим. Кого не возьми, никто не знает и толику правды обо мне. Я очень люблю Лану и готов спасти её любыми путями, даже если ради этого придётся преступить закон и если это будет стоить мне жизни.

Габриель не нашёлся, что ответить, лишь внимательно разглядывал напряженную фигуру в чёрном плаще. Возможно, впервые за все время он по-настоящему увидел Адриана, который так и не смог стать ему ни братом, ни другом.

— У вас с Ланой были плохие отношения, она всегда расстраивалась из-за тебя, ты делал ей больно. Мне сложно относиться к тебе с симпатией, но на ближайшее время мы просто обязаны стать союзниками, - отрезал Адриан.

— Тебе не всё известно, - улыбнулся Габриель, продолжая идти следом за ним. - На корабле мы с Ланой помирились. Это было так приятно, словно у меня с души камень свалился.

— В самый последний момент, - хмыкнул Адриан и вдруг неожиданно разозлился: - Чтоб его! Если король не согласится нам помогать, то мы сами организуем поиски, найдём этих тварей, перережем их всех, как долбанных кроликов, и заберём нашу Лану! И мне плевать на то, что ты называл этих ублюдков непобедимыми - такого не бывает. Убить можно кого угодно! - Тяжело выдохнув, он прибавил: - Уже три недели прошло, три, Гэб, а мы даже не знаем, как она там? Вдруг ее истязают каждый день. И жива ли она?

— Жива, - без колебаний ответил Габриель, - поверь мне. - Поймав вопросительный взгляд Адриана, гвардеец нехотя продолжил: - У нас в семье по материнской линии из поколения в поколение передаётся одна способность. Когда кто-то умер или умирает, - голос его дрогнул, - то мы начинаем видеть это… и даже чувствовать, как рвётся наша родственная связь.

— Любопытно, - помолчав, отозвался Фонтренк.

— Любопытно? - вскинулся Габриель. - Да иди ты. Ты даже представить себе не можешь, какого это. Я бы многое отдал, чтобы избавиться от этого.

— Ладно, извини, - быстро глянул на него Адриан. - Ты когда-нибудь видел..?

— Да, - глухо отозвался гвардеец, - когда умер наш с Ланой дядя, мамин брат, он был воином, погиб в бою. Я... я думал, что схожу с ума, потому что его лицо, наполненное предсмертным страхом и болью, было везде. Лана и мама тоже были напуганы, ведь чем ближе родственные связи, тем сильнее и болезненнее ощущаешь… Позже, после прибытия похоронного письма мама нам все объяснила. Говорила, что планировала этот разговор, но не подумала, что кто-то из близких может внезапно умереть.