Стражи 1: Начало пути

Глава 15

Лана сидела на кровати, развернувшись в сторону окна. Сейчас она дала глазам отдохнуть, устремив их в синее небо рассечённое прутьями решётки. Моргнула от луча солнца, отразившегося от металла и наклонила голову к фолианту, одному из тех самых, испещрённых непонятными символами. Это был уже второй том за тот месяц, что она провела в заточении на корабле монстров. Заниматься всё равно было нечем, поэтому Лане доставляло даже некое удовольствие разбираться в этих закорючках, так как это оказалось единственным спасением от скуки. Сначала она гадала, чей это может быть язык, в итоге пришла к выводу, что это какой-то традиционный диалект народов Энчар Энвера. Те особо рьяно хранили свою древнюю культуру. Девушка поставила себе задачу искать разные символы и выписывать их в небольшой блокнот, найденный на дне гардероба. Когда ей надоедало, то она принималась рисовать картинки - совсем как в школе. На занятиях ее часто попрекали этим учителя, но так как успеваемость у нее была отличная, то никто сильно не наказывал.

За это время Лана уже привыкла к тому, что несколько раз в день ей приносил пищу один из монстров, что вода в бочке постоянно появлялась новая и чистая и что ей никак не удаётся понять значки в этих дурацких книгах. К одному она только не могла привыкнуть: к своей новой жизни пленницы. Для неё море всегда было символом свободы, а в итоге она оказалась в клетке. Каждый день Лана протягивала руки сквозь прутья решётки, чтобы ощутить на коже лёгкий морской ветерок. Тогда ее сердце начинало прыгать от радости. Свобода была так близко, но вечно обжигающий холод железной решётки возвращал её к жуткой реальности и заставлял сердце сжиматься от тоски. В голове всплывали образы мамы, папы, Габриеля, Адриана и даже ее неприятных одноклассников. Ещё ни разу она не покидала каюту, не зная, что может её ждать за дверью. Но с каждым днем страх уменьшался, а недоумение от происходящего росло. Если бы не роскошная еда, то она бы решила, что про нее вообще забыли. Похитили и забыли. Это было настолько странно и непонятно, что Лана откладывала блокнот и усиленно хмурилась. Планы бегства тоже рождались в её голове, так как душа не готова была мириться с жизнью в неволе. Единственной возможностью выбраться с корабля был другой корабль, который она отчаянно до рези в глазах высматривала в морской дали. Но для начала ей нужно было собраться с силами и выйти из каюты, потому что даже если и мелькнёт на горизонте судно, то пытаться нырять в воду нужно с палубы, а не из зарешеченного окна.

Сегодня настал тот самый день, когда Лана стояла перед дверью и неуверенной рукой убирала железную балку, которая целый месяц обезпечивала ей какую-никакую, но защиту.

«Я должна это сделать, - уговаривала себя девушка. - Не сидеть же мне в этой каюте вечно, нужно изучить корабль, составить план, а потом... Не будем загадывать. Но если меня еще не прикончили и не начали пытать, то надо понять, почему. Похоже, я дожила до того дня, когда ожидание конца хуже, чем, собственно, ужасный конец».

Убрав импровизированный упор, Лана взялась за ручку, вспомнив, что ее заперли снаружи. Медленно, подрагивающей рукой, повернула её вниз — та поддалась. Девушка ощутила, как волнение окатывает с ног до головы. Толкнула дверь и высунула голову в коридор. Ощупала глазами пространство — там было пусто и мрачно, на полу лежал бордовый ковёр.

На некотором расстоянии от ее двери девушка заметила ещё парочку похожих дверей, с такой же красивой резьбой и ручками в виде тела и головы зверя. Возможно, тут был заложен некий сакральный смысл, но Лана не стала его искать, решив тихо и как можно незаметнее подняться на палубу. Поморщилась от боли в ноге, которая никак не проходила, а лодыжка при этом выглядела припухшей. Но лекарств нет, докторов нет, поэтому остаётся терпеть и молиться, чтобы хотя бы боль не становилась сильнее.

«Надеюсь, что там никого нет», - подумала, останавливаясь перед лестницей на открытый воздух.

Но оказалась неправа — на палубе обнаружилась пара монстров, они вразвалочку перемещались и, похоже, не замечали ее. Лана резко вдохнула воздух и развернулась назад к каюте. При виде этих чудищ желание бежать без оглядки захватило сознание. Но быстро совладав с собой, заставила себя вернуться. Встала на последней ступеньки лестницы, помялась там немного и решительно обошла шерстяных убийц по дуге, заранее высмотрев путь к правому борту. Схватилась за ванты и встала возле бочки. Руки стиснули веревки сильнее, чем Лана планировала. Обернулась на монстров, те поднялись на корму к штурвалу.

«Странно, они меня не видят? - нахмурилась девушка. - Или, может быть, я на самом деле умерла и брожу тут призраком? Так себе перспектива».

Блестящее голубое море простиралось до горизонта во все стороны, ни других кораблей, ни земли нигде не было видно. Лана не слышала ни единого крика чаек, а значит, они плавали где-то в океане очень далеко от берегов. Девушка вздохнула, закрыла глаза и подставила лицо под горячие солнечные лучи, вслушиваясь в плеск волн под кораблем. На губах появился солоноватый привкус. На какое-то мгновение мир снова стал прекрасен, и она забыла о случившемся с ней ужасе, забыла о тоске, боли в теле и ноге.

«Как же здорово. Я люблю тебя море», - мысленно восклицала Лана.

Но долго в таком окрылённом состояние находиться не получилось, мысли слишком быстро вернулись к пережитому. Страх и холод пронзили сердце, как ядовитые стрелы, и всё ощущение прекрасного улетучилось в один миг. Слишком резко отняв руку от вант, чтобы приложить ее к груди и немного унять бешено колотящееся сердце, Лана пошатнулась. Схватилась за борт, боком задела стоящий рядом, по всей видимости, пустой бочонок. Тот с грохотом упал и покатился по палубе. Оба чудовища оторвались от своих дел возле штурвала и уставились на бочку, а затем медленно перевели глаза на Лану.

«О, нет-нет, - в ужасе подумала девушка. - Как можно быть такой растяпой? Мне теперь конец?»

Несколько секунд ничего не происходило, только бочонок катился к мачте, возле которой и замер. Монстры вернулись к своим делам. С такого расстояния сложно было прочитать какие-либо эмоции на волосатых мордах под чёрными капюшонами.