Стражи горного хребта

ГЛАВА 1

«Тревожно как–то… Туман стал гуще и на пару тонов темнее. Путеводная нить, наоборот, словно выцвела и нервно подрагивает. Воздух, будто перед грозой, но ведь в привычном мне понимании воздуха здесь нет…», – размышляя, призрачная женщина, нервно озиралась по сторонам, не решаясь последовать по привычному пути.

Событие, перевернувшее мою жизнь, наполнившее ее новым смыслом, в конечном итоге подарившее мне новую реальность, произошло чуть более десяти лет назад. Обычным осенним утром, в обычном подмосковном лесу.

Утренний туман белой дымкой оседал на траву, солнечные лучи отражались в каплях росы, лес дышал тишиной и спокойствием. Душу наполняли будоражащие чувства: предвкушение и надежда на удачную «тихую» охоту.

– Ну, здравствуй, друг. Я ужасно соскучилась. Неделя выдалась сумасшедшая, надеюсь, ты подаришь мне пяток благородных, – общаться с лесом давно вошло в привычку, стало частью ритуала, маленькой тайной фантазией.

Прогуливаясь между берез, оглаживая их белоснежные стволы, делилась новостями: сбрасывала с плеч суматоху прошедших дней. Для меня, этот молчаливый великан был полон жизни и тоже радовался моему приходу. Словно мудрый старец, снисходительно выслушивал мои жалобы и чаяния, поддерживал одаривая своими сокровищами, – «Вот и первый белый подмигнул коричневой шляпкой».

Сегодня лес был особенно щедр. Место знакомое: хоженое не первый год, да и не первый раз в этом сезоне. Захваченная азартом собирательства странное явление заметила слишком поздно. Передо мной на расстоянии вытянутой руки между двух берез воздух сгустился и подрагивал, словно потревоженная гладь воды, за которой вместо ожидаемой картины осеннего утра в подмосковном лесу была тьма.

Застыла, не решаясь пошевелиться, – «Еще шаг, и я врежусь в воздушную преграду». Шестое чувство взвыло сиреной: «Вали отсюда, дура невнимательная! Что застыла?». Но секундной заминки хватило, что бы меня буквально всосало в проем.

Последующие события отложились в памяти отдельными фрагментами.

Кадр первый:

Бьющий по глазам яркий свет. Ослепительная белизна стен. Холодные, невероятно красивые и совершенно равнодушные глаза на высокомерном лице юноши. Его дёрганые нервные движения, красивые кисти рук и презрительный возглас, резанувший по сознанию:

– Баба? Какого Граха, то ребенок, то старик и напоследок это. Хотя… Чего еще можно ожидать от моей сестренки. Сама убогая и отражения такие же.

Кадр второй:

Золотые прожилки на мраморном белом полу. Скрюченная обнаженная женская фигурка в круге из алых иероглифов. Безжизненной змеёй на полу обрезанная фиолетовая коса с вплетенной в нее голубой лентой. («Необычный цвет волос…») Взмах длинных ресниц, усталость и обреченность в потухшем взгляде огромных глаз на бледном до синевы лице юной девушки.

Кадр третий:

Из рук юноши вырываются две прозрачные ленты.

Первая оплетает девушку и всосавшись под кожу вырывает из тела светящийся двойник несчастной, оставляя на мраморном полу неподвижную куклу.

Вторая впивается в мою грудь. Тело пронзает боль, а сознание накрывает паника. («Это конец») Дыхание сбивается, перед внутренним взором всплывает улыбающиеся лицо сына. Приходит абсурдная для ситуации мысль: «Днем обещали жару, а я вытащила мясо для шашлыка из холодильника, если не замариновать, испортится».

Кадр четвертый:

Наблюдаю как в унисон ударам сердца, из моей груди медленно, толчками вытекает густой свет. Растерянность. Поднимаю взгляд и спотыкаюсь о сочувствие в глазах призрачной девушки. Глаза в глаза – два существа, попавшие в западню. («Не знаю, как ей, а мне есть за кого и за что бороться. Так что посмотрим еще кто кого. Засранец!»).

Глаза в глаза. Воля и смирение. Жажда жизни и ожидание конца. Всем своим существом потянулась к призрачной девушке, пытаясь взглядом передать свои мысли: «Дорогая, борись! Ты еще слишком юна, чтобы умирать, а жизнь слишком прекрасна, чтобы отдавать ее без боя. Ты не одна! Вместе мы сможем с ним справиться».

Кадр пятый:

Вытянутая струной девичья фигурка, напряженно сжатые кулачки, хищный прищур глаз, решительно поджатые губы и жгучая ненависть в обращенном на юношу взгляде. Легкий кивок остриженной головой и рывок.

Призрак буквально просачивается в юношу. Лента, тянущаяся к моей груди, натягивается. Секундная заминка. Резко откидываюсь назад, отрывая от себя часть светящейся субстанции, но получаю свободу.

По инерции лечу назад. Периферическим зрением замечаю, как оторванный от меня светящийся кусок получив ускорение от разрыва ленты влетает в тело девушки. Темнота.

Кадр шестой:

«Ненавижу комаров!» Березы, подосиновик, машина, дорога, дача, высокая температура, неделя затворничества, осознание и принятие случившегося. На третью ночь пришли сны…