Стражи города: Маска Власти

Глава 11.

Я остановилась, спрыгнула с велосипеда, чувствуя, как колеса вязнут в опавшей листве. Вокруг раскинулся тихий, незнакомый городок. Дома, совсем небольшие, прижимались друг к другу, словно старые друзья, делясь секретами. Узкие улочки, словно нити, петляли между ними, теряясь в сгущающихся сумерках. В каждом окне горел теплый, манящий свет, но на улицах не было ни души.

Я огляделась, пытаясь понять, куда меня занесла дорога. Солнце уже давно село, оставив после себя лишь бледную полоску заката на горизонте. Внезапно налетел порывистый осенний ветер, заставив меня поежиться. Я натянула шапку поглубже, укрывая уши от пронизывающего холода. Казалось, сам воздух пропитался запахом сырой земли и прелых листьев.

Я сделала несколько шагов вперед, вглядываясь в темноту, пытаясь разглядеть хоть какой-то ориентир. И тут, словно из ниоткуда, передо мной возникла фигура. Парень, на вид ровесник, семнадцати лет, стоял совсем близко. Сердце мое забилось где-то в горле, страх сковал тело. Я не могла ни крикнуть, ни пошевелиться, просто окаменела.

Он был высоким, не худощавым, но и не спортивного телосложения, как Макс. Его волосы, казалось, были черными, длинными, до самых плеч, хотя в темноте было трудно разглядеть точно. Но больше всего меня поразило другое: он стоял без шапки и без куртки. На улице было прохладно, осень уже вступила в свои права, а он, словно не замечая холода, стоял так, будто на дворе было лето. Это было так странно, так неправильно, что мой страх немного отступил, уступив место недоумению. Кто он? И почему он здесь, в этом забытом богом месте, без всякой защиты от осеннего ветра?

Его глаза, темные и глубокие, встретились с моими. В них не было ни угрозы, ни любопытства, только какая-то странная, спокойная отрешенность. Он не двигался, не произносил ни слова, просто смотрел. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок, но это был уже не страх, а скорее предчувствие чего-то необычного. Воздух вокруг нас словно загустел, наполнившись невысказанными вопросами. Я попыталась сглотнуть, но горло пересохло. Казалось, время остановилось, и только ветер продолжал свой бесконечный шепот, перебирая опавшие листья. Я ждала, что он скажет, что сделает, но он продолжал стоять, молчаливый и загадочный, как призрак.

Парень так и не назвал своего имени, и это молчание казалось тяжёлым, будто между нами повис невидимый барьер. Он лишь сжал губы, словно раздумывая, стоит ли вообще мне что-то говорить, а потом бросил короткую фразу, которая повисла в воздухе:

— Я должен был предупредить их, что на нашей земле чужак.

Его голос был низким, почти шершавым, но в нём не было злости — ни капли агрессии или раздражения. Скорее... усталость? Или что-то ещё, чего я не могла понять, что-то глубокое, скрытое за этим спокойным, но напряжённым тоном.

— Чужак? — переспросила я, чувствуя, как холодный ветер снова пробирается под куртку, заставляя меня слегка содрогнуться. — Ты имеешь в виду... меня?

Он кивнул, не отрывая тёмных глаз, которые казались бездонными. Его взгляд был тяжёлым, словно он взвешивал каждое моё слово, каждое движение.

Я нервно провела рукой по рулю велосипеда, ощущая холод металла под пальцами, пытаясь собраться с мыслями, которые путались, как нити в клубке.

— Я... меня зовут Даниэла. — Голос дрогнул, но я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. — Я не знаю, как сюда попала. Просто ехала от друзей домой, но... — Я оглянулась на пустые улочки, на свет в окнах, за которыми не было ни движения, ни теней, будто дома стояли покинутые, несмотря на горящие лампы. — Решила немного прокатиться, хоть уже и темно. А потом... оказалась здесь.

Последние слова прозвучали неуверенно, потому что даже я сама не понимала, как это произошло. Одна минута — я ехала по знакомой дороге, а следующая — всё вокруг стало чужим, тихим, словно вымершим.

Парень молчал. Его молчание было густым, тяжёлым, будто сама ночь вобрала в себя все звуки, оставив только тишину, в которой даже собственное дыхание казалось слишком громким.

— Что это за деревня или городок? — спросила я тише, почти шёпотом, словно боялась разбудить что-то, что лучше оставить спящим.

Он не ответил. Вместо этого резко, почти грубо махнул рукой в сторону узкой дороги, уходящей между деревьев, чьи тени смыкались в непроглядную темноту.

— Езжай туда. — Его голос прозвучал как приказ, не терпящий возражений. — Прямо, не сворачивай. Через два километра выедешь к шоссе. По нему — до города.

Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Не только от холода, который с каждой минутой становился всё ощутимее, но и от чего-то другого — чего-то, что сидело глубоко в подсознании, шепча, что здесь что-то не так.

— А... а что это за место? — спросила я снова, несмотря на то, что инстинкты кричали мне замолчать. — Почему ты должен был меня «предупредить»? Кому?

Его лицо стало ещё напряженнее, черты застыли, словно высеченные из камня. В глазах мелькнуло что-то — предостережение? Нетерпение? Страх?

— Просто уезжай.

Я хотела спросить ещё что-то, но в его взгляде было что-то такое, что слова застряли у меня в горле, будто перекрытые невидимой рукой. Вместо этого я кивнула, неуверенно пробормотала «спасибо» — хотя за что благодарила, сама не понимала — и, развернув велосипед, поехала по указанной дороге.

Спина горела от ощущения, что он всё ещё смотрит мне вслед. Его взгляд будто прожигал ткань куртки, впитывался в кожу, оставляя после себя странное, липкое чувство.

Я не обернулась. Потому что боялась увидеть, что он всё ещё стоит там.

Ветер свистел в ушах, заглушая стук собственного сердца. Педали велосипеда вращались с бешеной скоростью, словно я пыталась убежать от чего-то невидимого, от чего-то, что преследовало меня изнутри. Но снаружи – только пустая дорога, теряющаяся в голых деревьях, и тишина, такая густая, что казалось, ее можно потрогать. Преследователей не было. Была только я, мой велосипед и этот город.