Стражи магического (не) вмешательства 2

Глава 23.

Мы входим в просторный светлый больничный холл. Мягкий свет ламп отражается в безукоризненно чистом плиточном полу. Персонал в одинаковых светло-зелёных нарядах бесшумно скользит, занятый своими делами.

— Бахилы, молодые люди, — скрипит голос откуда-то из стены, и я вздрагиваю.

— Это обязательно, — лыбится Глеб, — санобработку для праздношатающихся ещё не отменили?

— Для таких, как ты, ввели двойную! — отшучивается голос.

Я кручу головой по сторонам в поисках владельца голоса, но не вижу ни души, пока не замечаю большое, в рост человека, мутное зеркало в старинной раме, висящее на стене.

Голос идёт оттуда!

— Эмм, это как? — ошалело смотрю на сказочный артефакт и дёргаю Глеба за рукав.

Глеб и Ярик, переглянувшись, начали одновременно объяснять мне, что происходит. Но я попросила говорить кого-то одного, потому что их рассказ запутывал меня.

— Всё нормально, Ник, — берёт слово Ярик, — сейчас всё расскажу. Почему-то не подумал, что надо было сразу предупредить. Это волшебное зеркало…

— Как в сказке? А оно ответит, если я спрошу «кто на свете всех милее»?

— Нет, Ника. Оно просто болтливое старое зеркало, — косится эльф на зеркало, радостно улыбаясь.

— Ма-аладой человек! — возмущается зеркало, — я па-апрашу!

— Понял, исправлюсь, — смеётся Ярик, а Глеб корчит забавную рожицу, — очень исполнительное и внимательное старое зеркало, которое работает в нашей клинике консьержкой. А также следит, чтобы все входящие использовали бахилы и проходили обязательную санобработку. Маги заняты другой работой, а обычного человека сюда не нанять. Секретность, сама понимаешь, — разводит он руками.

— Я ещё нарушителей записываю, — голосом, исполненным достоинства, добавляет зеркало, — на карандашик беру.

— Полезная вещь! — восхищаюсь я, притрагиваясь ладонью к раме и заглядывая в зеркало.

В нём ничего не отражается, только муть и плывущие в синем небе облака. Откуда оно берёт изображение?! Вот бы поэкспериментировать… но мы сюда не для этого пришли. Поэтому вздыхаю и отхожу.

— Что? — спрашиваю парней, которые смотрят на меня как на неразумное дитя.

— Ничего, просто интересная у тебя реакция, — улыбается Глеб

— Посмотрела бы я на вас, если бы в двадцать лет в принципе узнали, что магия существует, — бурчу я. — Где бахилы?

— Так вот же, — скрипит зеркало, — тумбочку видишь, а в нём окошечко? Вот суй ногу в окошечко, и будет тебе счастье.

Выполняю требования болтливого зеркала, отхожу в сторонку и жду парней.

— Не обижайся, Ник, — говорит Яр, — мы же не смеялись. Просто интересен взгляд со стороны. Уверен, у нас такая же была реакция, когда мы впервые увидели зеркало.

— Могу показать, — уверена, сейчас будет что-нибудь интересное.

Но мы здесь не за этим.

— Может в следующий раз. А куда за санобработкой? — оглядываюсь, вдруг указатели есть.

— Никуда, — объясняет Глеб, берёт меня за руку и ведёт дальше, — вот здесь рамка специальная. Когда через неё проходишь, то происходит санобработка.

Мы вместе проходим в рамку, установленную в проходе, и нас окутывает облако прохладного пара, наполненное ароматом трав.

— Оригинально, — передёргиваю я плечами, — только холодно.

— Это временный эффект. Скоро отпустит.

Мы подходим к регистратуре, где дежурит медсестра в зелёной спецодежде. Приглядываюсь, ага точно – вампирша с острыми зубками и миндалевидными глазами необычного янтарного оттенка. Очень симпатичная.

— Добрый день. Мы стажёры. Куратор должен был предупредить. Глеб Ветров, — представляется вампир.

— Добрый. Да, Саша звонил, — без улыбки, но довольно приветливо отвечает она, — напишите здесь свои фамилии и я вас провожу.

Мы пишем свои данные, медсестра проверяет и задерживается взглядом на моей фамилии. Кидает на меня быстрый взгляд, но ничего не говорит, а просто захлопывает журнал.

– Пойдёмте.

Мы идём по светлому коридору, шаги отражаются от стен и гулко разносятся по сторонам. Мандраж, который отпустил после встречи с зеркалом, вновь набирает обороты. Сердце гулко стучит, во рту пересохло, а в голове бьётся только одна мысль: «Куда ты лезешь, Ника?!»

Медсестра останавливается у двери, оглядывает нас.

— Ваш куратор просил показать вам этих пострадавших. Входите и постарайтесь ни к чему не прикасаться. Только проверка аур.

В палате стоит шесть кроватей, на которых лежат люди с одинаковым серым цветом лица. Они похожи на высохшие цветы, словно жизнь давно покинула их тела.

Неподвижные, даже грудная клетка не двигается.

Я никогда такого не видела. По коже проходит мороз.

— Ник, приступай, — негромко просит Глеб.

Я перестраиваю зрение и вскрикиваю от страха. Ауры этих людей наполнены непроницаемой тьмой, которая словно впилась в энергетические центры.

— Что? Что ты видишь? — одновременно спрашивают парни.

— Глеб…посмотри ты, пожалуйста. И Ярик тоже… — шепчу, а сама с ужасом вглядываюсь в щупальца тьмы, присосавшиеся к людям.

_________________________________________________________

Наши драгоценные! А вам вообще интересно то, что мы пишем с Тиро?

Потому что ощущение, судя по комментариям, что читает один человек.

Руки опускаются и фантазия перестает работать, когда не видишь обратной связи!

Может ну ее? Заморозим книгу и все? А когда будет настроение вернемся)