Стражи полуночи

Глава 19.1

– Дело дрянь, – сказала Клава, когда они пересекли коридор и направились в сторону лестницы, ведущей на первый этаж, и оттуда к выходу. С ней сложно было не согласиться. Шварц прямым текстом сказал, что меня подавляют, и настоятельно рекомендовал чаще тренировать призыв и не давать воплощению брать надо мной верх. Я внутренне чувствовала её напор и ускоренным шагом лавировала между студентами. Клава и Лера следовали за мной, стараясь не упускать из виду. Лучшим решением было покинуть людное место. Мне совсем не хотелось, чтобы все вокруг считали меня полной неудачницей. Стражники и так видели, насколько тяжело мне дается осваиваться здесь, но ощущение собственной слабости задевало моё самолюбие. Да и кому приятно осознавать, что ты слабее всех? Даже с учетом всех обстоятельств, я чувствовала дискомфорт.

Свежий после дождя воздух ворвался в легкие вместе с запахом мокрой земли и листьев. Чередуя вдохи и выдохи, я мысленно старалась почувствовать те самые нити, которые связывали меня с лисой, мысленно нащупать их. Она рвалась наружу, но я мысленно ухватилась за одну нить и позволила изумрудному сиянию течь по венам размеренным потоком.

Я чувствовала, как лисица стремится вырваться, но здесь я хозяйка, и я решаю, когда обращаться. Мой настрой вызвал сопротивление лисы.

Оставляя девочек позади, я сорвалась на бег, чтобы добраться до дальней аллеи справа от главного корпуса. Большое пространство с высокими раскидистыми деревьями и ухоженными кустарниками в это время пустовало, поэтому, если не удержу перевоплощение, то меня хотя бы никто не увидит.

Положив рюкзак на скамью, я прошла между липами и, расставив ноги, чтобы лучше чувствовать опору, принялась дышать. Магия циркулировала по всему телу и ощущалась волнами. Кисть и предплечье окрасились в чёрный цвет, показались когти. Вдохнув осенний воздух, я уловила смесь множества запахов, а когда подняла голову, то словно через увеличительное стекло могла рассмотреть перья птиц и их глазки-бусинки. Чувства обострились. Я слышала каждый шорох. Всё моё тело стало самим слухом, зрением и ощущением.

«Отпусти», – услышала я шипящий шёпот в голове. Этот звук пугал, но я решительно взяла себя в руки и твёрдо отказала.

Когти полоснули ствол дерева, оставив на нём четыре неглубоких полосы. Послышался недовольный рык, но протест стих.

– Эва, – позвала меня Лера со спины.

Я медленно повернулась, как мне казалось, но девочки, стоявшие на дорожке, уложенной серой плиткой, чуть дернулись. Видимо, все-таки это получилось резче, чем предполагалось. Я была благодарна им за то, что они не бросили меня одну и оставались на месте. Мне не хотелось бы причинить девочкам вред, хотя они вполне могли за себя постоять в случае чего.

– Эва, ты почти перевоплотилась. Держи ее, – сказала Клава, глядя прямо на меня.

Глаза Леры сверкнули ярко-голубым. Я даже заметила, как сузились ее зрачки. Она готовилась к любому повороту событий, но волновалась даже сильнее, чем я сама.

Мои глаза тоже были такими? Я взглянула на свои руки. Когти были длинными и заостренными, но я была уверена, что ими при желании можно кромсать что угодно. Медленно уменьшая течение магии до тонкой струйки, черные «перчатки» отступали вместе с когтями, и вскоре перед глазами снова появилась светлая кожа и тонкие длинные пальцы. Звуки стали глуше, и зрение вернулось к прежнему состоянию.

Девочки тихо выдохнули и подошли ко мне.

– Ты в порядке? – осторожно спросила Лера.

– Кажется, у меня получилось, – тихо произнесла я.

– Ты смогла перевоплотиться наполовину. Это должно было немного успокоить бунтарку, – поддержала меня Клава.

– Она хотела на свободу, – я обняла себя за плечи, внезапно осознав, что выбежала на улицу без куртки.

Лера сняла с шеи сложенный в несколько раз шерстяной шарф и укутала меня в него.

– Хорошо, что ты ей этого не позволила, – сказала Клава, подхватывая мой рюкзак со скамьи.

Лера терла мои плечи своими ладонями, чтобы немного согреть. Я взяла рюкзак у Клавы и закинула одну лямку на плечо. Мы двинулись обратно в сторону главного корпуса и успели зайти внутрь до того, как начался дождь. Глазами я искала Громова и мысленно молилась, чтобы его не было в это время в главном корпусе. Фирменная улыбка, которую я себе представляла, уже раздражала, и мне совсем не хотелось, чтобы командир удостоверился в своей правоте и почувствовал вкус победы в нашем дурацком споре.

Пока мы поднимались, я прокручивала в голове произошедшее. Я рождена стражницей, но совершенно к этому не готова. Если мои родители тоже были стражниками, почему мне об этом ничего неизвестно? Может, мама и папа не желали мне такой судьбы, и меня не должно быть здесь? Мной завладели смешанные чувства. Возможно, мне здесь совсем не место.