Стражи полуночи

Глава 22

Встречу с тетей и Костей пришлось снова перенести. Снова. Выбраться, как я планировала, не вышло, и в очередной раз я искала убедительные отмазки, чтобы объяснить это. Ложь каждый раз словно прожигала мой язык.

После перепалки в спортзале прошло два дня. В тот вечер, когда все произошло, я сначала ликовала: мне удалось отстоять себя и сделать Громову больно. Мне казалось, что я поступила правильно и выиграла в этом противостоянии хоть раз. Я видела, как оттуда выносят испорченный инвентарь. Металл измят, как пластилин, маты разодраны в клочья, а от деревянных скамеек остались одни щепки. Мне не верилось, что Громов настолько серьезно воспринял мои слова, но я не считала нужным приносить извинения.

В коридорах я наслушалась самых разных теорий. Разнесённый спортзал не так-то просто скрыть. Восстановили всё быстро, но разговоры продолжались и дальше. Теории были самыми разными. Одни думали, что командир приревновал Лику, хотя они не вместе, другие - что его собираются сместить с поста командира, и стражники толпами ходили в ректорат просить этого не делать! Во всей Академии звучало только одно имя – Максим Громов. Думаю, если бы он хотя бы раз прошёл по коридору, то толпа стражников расступилась бы перед своей легендой, постелила ковровую дорожку и преклонилась бы в знак безмерного обожания его гения. Я уверена, что все было бы ровно так, но Громов вместе с отрядом второй день находился в патруле.

― У меня есть стойкое подозрение, что эта история должна включать как минимум двух героев, ― озвучила свою версию Клава, делая глоток кофе из картонного стаканчика.

Мы устроились за столиком рядом с панорамным окном пить кофе в перерыве между парами. За соседним столом шла жаркая дискуссия среди второкурсников и ребят со старших курсов, которую сложно было не услышать.

― Теория о безумии командира мне нравится больше. Прозвище «Сумасшедший лис» очень подходит Громову, ― сказала я, добавляя в кофе карамельный сироп.

― Мне кажется, там была девушка, ― Лера играла бровями, глядя на меня.

Я так и не рассказала девочкам, что случилось. Не хотелось терять людей, которых я начала считать подругами. Обе они числились на отделении Громова и обе уважали командира. Конечно, они знали, что между нами сложные отношения, и старались меня поддерживать, но его они знают гораздо дольше, чем меня, и далеко не факт, что останутся со мной в хороших отношениях, если я решу поделиться информацией. А мне…не хотелось терять их расположения.

― Тезис о том, что все войны в мире происходят по вине женщин, можно легко опровергнуть с опорой на исторические факты. К тому же, уверена, я не единственный человек, раздражающий командира отделения.

― Красиво стелет, ― одобрительно закивала Лера.

― Почти не прикопаешься, ― согласилась Клава.

Лера несколько секунд смотрела на меня, и я заметила, как ее голубые глаза сменили цвет на ярко-сапфировый, а зрачок вытянулся.

― Прекрати меня считывать! ― буркнула я

― Я почти не пыталась, всё и так видно, ― подруга пожала плечами, и глаза снова стали прежними. – Твоя аура — настоящий спектр, прямо-таки букет из эмоций. Но раз уж я всё-таки подсмотрела, могу для честности сказать, что ты не совсем права. С тобой аура Громова становится от бардовой до кристально белой, это когда он почти на грани бешенства, что, между прочим, редкое явление.

― Даже не знаю, считать ли это комплементом, своим личным достижением или всё-таки обидеться, ― я откинулась на спинку стула, закинув ногу на ногу.