Стражи Рассвета: 3 в тени Морвена

Глава 49: «ЛЕЗВИЯ ИЗ СЛОВ И МОЛЧАНИЯ»

Глава 49: «ЛЕЗВИЯ ИЗ СЛОВ И МОЛЧАНИЯ»

(Кухня гостиницы ранним утром. Комната пуста, кроме Ассоль, которая с преувеличенной аккуратностью пытается нарезать хлеб каким-то подозрительно острым ножом, явно «позаимствованным» из чужого набора. Её движения неуклюжи — она больше привыкла к ломам и заточкам, чем к кухонной утвари. В комнату входит Арестс, только что вернувшийся с ночного дежурства. Он выглядит уставшим, но, увидев её, замирает у порога.)

Ассоль:
(Не оборачиваясь,её голос утренний, хрипловатый)
Не пугайся,я не собираюсь отравить всех. Хотя, учитывая вкус этой проклятой солонины, которую вы считаете едой, моя стряпня будет улучшением. Я просто... проголодалась. А ваша кухарка спит, как убитая, и храпит так, что в «Глотке» думали, что дракон забрёл.

Арестс:
(Проходит к котлу с остывшей кашей,зачерпывает половник)
Дай сюда нож,пока ты себе палец не отхватила. У тебя хватка, как у мясника на запое.

Ассоль:
(Фыркает,но протягивает нож рукояткой вперёд — жест неожиданного доверия)
Не учи учёного.Я себе и не такие вещи отхватывала и выживала. Кстати, о мясниках. Вчера, пока ты со своей вечно грустной энциклопедией шушукался, я с Ричардом разобрала ещё один их «оптимальный» механизм вентиляции в старом здании. Там не просто износ. Там намеренный изъян. Как будто архитектор оставил лазейку. На случай, если систему захотят... взломать изнутри.

Арестс:
(Нарезает хлеб быстрыми,точными движениями, его глаза на мгновение загораются интересом, но он тут же скрывает его.)
«Оставил лазейку»?Ты думаешь, кто-то из «Корректоров» саботирует свою же систему?

Ассоль:
(Присаживается на край стола,болтая ногами, и берёт кусок хлеба, который он нарезал)
Думаю,не все они роботы. Некоторые, может, и понимают, что творят мерзость. Но у них нет... ну, как у меня. Возможности просто послать всё к чертям и уйти. У них, наверное, семьи, долги, страх. А вот оставить маленькую, почти невидимую трещину в великом плане... это как поставить свою подпись. «Я был здесь. И я не совсем согласен». Это... элегантно. По-тихому подленько, но элегантно.

(Она говорит это с неожиданным пониманием, даже с оттенком уважения. Арестс смотрит на неё, изучающе. Каждый день она открывает новую грань — не просто злость, а проницательность; не просто дерзость, а стратегическое мышление.)

Арестс:
«Элегантно».Странное слово для тебя.

Ассоль:
(Пожимает плечами,откусывая хлеб)
Я много странного повидала в«Глотке». Там тихий саботаж — это высшая форма искусства. Открытый бунт — это смерть. А незаметно подпилить доску на причале, чтобы начальник порта свалился в воду в день инспекции... это поэзия.

Арестс:
(Ставит перед ней миску с подогретой на своей ладони(магия, лёгкая, почти бытовая) кашей)
Так что,ты будешь искать этих «тихих саботажников» среди «Корректоров»?

Ассоль:
(Смотрит на дымящуюся кашу,потом на его руку. Щёки её слегка розовеют. Она берёт миску, пальцы ненадолго касаются его.)
Может.Если Ричард поможет составить психологический портрет. И если... если ты обеспечишь тылы. Без твоего угрюмого лица где-то на горизонте я, наверное, всё же сорвусь и начну орать на них раньше времени. Ты... ты как якорь. Раздражающий, неповоротливый, но не дающий унести течением. В хорошем смысле.

(Она говорит это, уставившись в кашу, избегая его взгляда. Это её способ показать внимание — неуклюжий, прямой, лишённый всякой романтичности, но от этого только более искренний. Арестс молчит, переваривая её слова. «Якорь». Для этого штормового создания — высший комплимент.)

Арестс:
Якорь цепляется за дно и торчит на одном месте.Не самая динамичная роль.

Ассоль:
(Поднимает на него глаза,и в них — та самая, живая искра)
Зато надёжная.А в бурю — самая важная. Так что... не уплывай, ладно?

(В этот момент в кухню входит Эльза. Она бледна, глаза заплаканы, но она держится с гордым, хрупким достоинством. Она видит их: Арестса, стоящего рядом со столом, Ассоль, сидящую на этом столе, их близость, непринуждённость, дымящуюся кашу, которую он для неё подогрел. Её лицо застывает.)

Эльза:
(Голос ледяной,как сталь)
Извините,что прерываю эту... утреннюю идиллию. Кэлен ищет тебя, Арестс. Кажется, нашли новый активный «шрам» на окраине. Требует немедленного выхода.

Ассоль:
(Не меняя позы,с вызовом смотрит на Эльзу)
О,а мы, новобранцы и будущие спасительницы мира, на эту вылазку не приглашены? Или опять только избранные, проверенные скорбью, могут трогать священные раны города?

Эльза:
(Её пальцы впиваются в косяк двери)
Это не прогулка,Ассоль. Это опасно. Нужны слаженные действия, дисциплина, понимание рисков. Всё то, чего у тебя нет. Тебе лучше остаться здесь и... практиковать свою «элегантность» на кухонной утвари.

Ассоль:
(Спрыгивает со стола,её глаза сужаются)
А у тебя что,есть «понимание рисков»? Кроме риска утонуть в собственных слезах и чужих воспоминаниях? Может, я и не дисциплинирована, зато я не стану стоять и смотреть, как место корчится от боли, — я попробую ему помочь! Хотя бы криком! Хотя бы тем, что привлеку внимание!

Арестс:
(Ставит миску с грохотом,его терпение лопнуло)
Обе— замолчать. Сейчас же.

(Но они его не слышат. Они видят только друг друга — зеркальные отражения боли, выливающиеся в ненависть.)

Эльза:
Привлечёшь внимание?К себе? Это всё, что ты умеешь! Ты как ребёнок, который кричит, чтобы на него посмотрели! Ты используешь чужие страдания как сцену для своих дешёвых выходок! Ты даже помочь по-настоящему не можешь, у тебя для этого нет ни сил, ни знаний, только громкий рот!

Ассоль:
(Делает шаг вперёд,её голос становится тихим и ядовитым)
А у тебя есть силы?Магия? Нет. Только жалость к себе, завёрнутая в тряпки чужих трагедий. Ты паразитируешь на чужой боли, чтобы чувствовать себя значимой! Ты не лекарь. Ты — гробовщик, который красит гроба и думает, что делает мир лучше! И самое смешное, что ты ревнуешь не потому, что боишься за него, — она резко указывает на Арестса, — а потому что боишься, что он увидит в ком-то ещё настоящую силу воли! Не ту, что закапывается в прошлое, а ту, что смотрит в будущее, даже если будущее — дерьмо! Он устал таскать твои мёртвые грузы, Эльза! Может, пора дать ему передохнуть?