Стражники. Часть 1. Волшебное кольцо

Глава 10.1 Неудачное гостеприимство и предположения Борислава

Никита тихо крался по коридору. Наступила ночь, и все спали. 

Это была вторая ночь, когда бабушка гостила у них. Накануне состоялся довольно мрачный ужин. Галина Игнатьевна принялась рассуждать о том, в какое замечательное время она жила и какие царили в то время правильные нравы. Все, кто сидел за столом, понимали, кому предназначались эти рассуждения.

Никита, сидящий возле Марии, крепко держал ее руку под столом, хотя предводительница повстанцев была более чем спокойна и никак не реагировала на обращенные в ее адрес слова пожилой женщины. Более того – блондинка мирно поглощала ужин, в отличие от Ника, который к еде практически не притронулся, готовый в любой момент отразить словесный выпад бабушки. Он сидел, сжимая зубы, и бросая гневные взгляды на родителей, которые давали Галине Игнатьевне много говорить. И вместе со злобой на молчаливых родителей, наглую бабушку и не менее наглого Володьку, который явно получал удовольствие от того, что старуха хоть и вскрытую, но прохаживается по поводу старшего брата, Никита ощущал ужасный стыд и дискомфорт. Ему было стыдно перед Марией. Ники очень хотел завоевать ее внимание и дружеское расположение, и он стыдился своих родственников, которые выставляли его в самом неприглядном свете. Парень огорчался, что из-за всей этой неприятной ситуации он теряет призовые очки в глазах понравившейся девушки.

 И хотя Мария не высказывала никаких неприятных чувств и молча терпела завуалированные упреки в свой адрес, Ники все равно было тревожно. Еще пара дней и она вернется на Конкар. И скорее всего он больше ее не увидит. Но Никите совсем не хотелось, чтобы Мария уезжала. Но еще больше ему не хотелось, чтобы она помнила Землю такой не гостеприимной и его таким - злым и подавленным. 

В самый разгар ужина, когда бабушка принялась рассуждать о влиянии дурной наследственности, со стены вдруг упали часы. Все, кто был в кухне, подскочили. Затем Ирина Дмитриевна встала и направилась к стене, чтобы поднять часы и повесить их на место. В этот момент Ники поднялся из-за стола, а следом за ним и Мария. Они покинули кухню и сказали, что идут гулять с Третьяком.

Когда они вышли на улицу, Ники извинился за бабушку, но Мария не придала этому значение. Тогда Никита стал толковать о том, не натравить ли ему собаку на бабушку или хотя бы на глумливого Вовку с его паршивой облезлой кошкой. Но блондинке, казалось, эти рассуждения были совсем не интересны, и мыслями она была отсюда очень далеко.

«Наверно, все-таки обиделась», - решил Ники – «Просто решила не говорить мне, чтобы не расстраивать».

Когда ребята вернулись, то сразу прошли в комнату Ника. И снова парню не удалось завязать с девушкой продуктивного разговора. Мария думала о Конкаре и о ждущих ее там друзьях. Ей не хватало каждодневных тренировок, занятий с мечом, пробежек, заплывов на дальние дистанции в озере. Здесь на Земле девушка была вынуждена довольствоваться лишь утренней гимнастикой, хоть и образцово-показательной для всего семейства Филозовых.

Никита рано ушел спать. Спал он теперь в гостиной, поскольку Мария не согласилась, чтобы он спал с ней в одной комнате, пусть и на полу. Расстроенный и злой Никита выгнал из гостиной всех, кто там был, чтобы улечься. Собрание родителей и бабушки перенеслось на кухню.

Он лежал на диване, но так и не мог заснуть. Слышал, как бабушка о чем-то заспорила с матерью, и как попытался положить конец их нарастающему спору отец. Парень понял только одно – им не нравится присутствие Марии. Когда они разошлись, Никита продолжал лежать в темноте, не сомкнув глаз. Мало того, что ему не спалось, не было Третьяка – он оставил его с блондинкой, так еще и есть захотелось. 

Ники встал и направился в кухню. Из холодильника он извлек несколько котлет и съел их холодными. Затем закусил зеленым горошком, ополовинив банку, в которой он хранился. Почувствовав, что голод утолен, Ники выпил воды, и уже было решил вернуться в гостиную, когда ему пришла в голову мысль сходить к Марии. Он на цыпочках стал пробираться к своей комнате.

Никита преодолел лестницу и уже завернул в коридор второго этажа, когда вдруг заметил, что дверь его комнаты осторожно открывается и кто-то выходит. Мария что, проснулась и решила сходить по своим делам?

Ник сощурился и вдруг, приглядевшись, понял, что видит совсем не девушку. Это был его поганец-брат Володька! Никита сжал зубы и, забыв обо всех мерах предосторожности, быстро подлетел к Вовке, схватил его за шиворот пижамы и прижал к стене. Далее старший брат завис над младшим.

- Ты что там забыл, тварь? – прошипел он в лицо Володьке.

- Ничего, - ответил тот. – Просто я ищу свою кошку.

- Какую еще, к черту, кошку? – спросил Ник. – Ты, зараза, ходил пялиться на Машу! Или даже трогать ее своими грязными лапами!

- Я Зайку ищу, - повторил Володька.

- Вешай мне лапшу на уши! – не поверил Никита. – Ты что, думаешь, что я – слепой и не вижу, как ты заглядываешься на Марию?! Да я не сомневаюсь в том, что ты весь слюной изошелся, думая о ней! Я видел это по твоей противной роже! Думаешь, что не заметно?!

- Ты бы на свою рожу посмотрел, - не остался в долгу младший брат. – Сам пялишься на девчонку так, что только дурак не поймет, что ты мечтаешь затащить ее в койку! Оно и понятно – вон какая она! У нее явно «поклонников» много! Только вот, какой ты будешь у этой девицы по счету?

- А ну заткнись! – Никита для порядку тряхнул младшего брата.