Стражники. Часть 1. Волшебное кольцо

Глава 10.4

- Нестор, я тебя умоляю! Какое живодерство? Ну кто из стражей Света станет всерьез гоняться за русалкой с намереньем снять с нее чешую?

Глава светлых стражей выслушал ответ, после чего еще какое-то время смотрел в сторону, видимо, вслед Нестору, а потом покачал головой и повернулся к картине.

- Академик, мы видимо, помешали, - сказал Сергей.

- Помешали? Нет, ни в коем случае, - отозвался Борислав. – Так, рабочие моменты. Сами знаете, молодежь любит повеселиться и пошалить, а когда тебе несколько тысяч лет, то шутки молодых кажутся банальными и избитыми и потому не очень смешными. Но это сейчас не важно. Расскажите мне лучше, как продвигаются ваши дела. Вы нашли Перстень? Хотя я догадываюсь, что нет.

- Академик, мы перепробовали всё, - начал Давид.

- Так ли уж всё, дорогой Давид? – спросил Борислав.

- Вы хотите сказать, что не всё, если мы не нашли Перстень? – посмотрел на него Герман.

- Нет-нет, я не сомневаюсь, что вы приложили все свои способности стражей, но все ли свои мысли вы проверили?

Стражи переглянулись.

- Право, академик, - начал Герман.

- Разумеется, вы прилагали усилия, - кивнул Борислав.

- Мы искали везде, где было только можно, - сказал Давид.

- Мы всё проверяли, - вставил Сергей. – Но ничего не нашли.

- Ах, ребята, - улыбнулся академик, - вам почти что полторы тысячи лет, а ведете вы себя как пятисотлетние. Впрочем, я понимаю. Всего четыреста двадцать восемь лет прошло со дня вашего выпуска, сто из которых вы провели в «спячке». Или как это правильно сказать? В накоплении энергий – думаю, что такое выражение подошло бы сюда.

- Именно так, - кивнул Сережа. – Но, академик, мы призвали на помощь наши стихии, и ни в одной из них не обнаружили Перстень Харламова.

- Вы уверены, что он на Земле? – спросил Герман.

- Это хороший вопрос, Герман, - отозвался академик. – Лично я не могу быть уверен на сто процентов, поскольку, как вы знаете, на свою последнюю битву Харламов отправился один. Единолично. И запретил кому-либо из нас, других стражей, сопровождать его, хотя мы и предлагали. И вот он исчез, а вместе с ним и Перстень. Меч же сам перенесся в Хранилище светлых стражей, поскольку является артефактом довольно своеобразным, а вот Перстень – другое дело. Безусловно, он также силен, как и Меч, но все же…

- Так Вы считаете, что Перстень может быть не на Земле? – спросил Давид.

- От чего же? Я этого не говорил, Давид, - отозвался Борислав. – Наоборот, я считаю, что  Земля – самое вероятное местонахождение Перстня.

- Только потому, что именно сюда отправился Харламов? – спросил Герман.

Академик Борислав почесал подбородок.

- Знаете что, друзья мои, это не портретный разговор, - сказал он. – Пожалуй, будет лучше, если я телепортирую к вам, и мы поговорим лично. 

Портрет несколько раз мигнул, а затем будто погас. В раму опять вернулась рыжеволосая женщина и застыла в новой позе.

- Поздравляю, Герман, - усмехнулся Давид. – Теперь Борислав воочию увидит твой любимый цвет.

Герман закатил глаза, но ничего не ответил. Стражи поднялись со своих мест и направились в гостиную.

- Ну лучше же, чем красный, - сказал Герман. – От него веет Тартарианским пламенем. И вообще красный очень раздражает глаза. 

Не успел он это произнести, как посреди гостиной полыхнула белая вспышка. Академик Борислав материализовался прямо в фонтане. Его изящные туфли и чулки оказались замочены. Помимо этого Борислава еще и окотило струей прохладной воды, которая лилась из кувшина каменной нимфы. Костюм академика в момент оказался мокрым.

- Однако, - пробормотал Борислав, вылезая из сооружения, полного воды, и оглядывая обстановку.

Он, конечно, предоставил своим подчиненным свободу действий в вопросе, касаемом отделки резиденции Света, но не ожидал, что понятие «свобода» будет включать в себя и фонтан посреди комнаты.

- Говорил я тебе про этот фонтан, - пробормотал Герман Сергею, разглядывая начальника.

- А как же рыбки? – прошептал в ответ Сергей. – Мне их было жалко.

Тем временем Давид бросился к Бориславу и попытался высушить его одежду при помощи своих способностей. Повелитель пламени одежду, разумеется, высушил, но заодно и поджог кудрявый парик. Парик вспыхнул так, будто его до этого два месяца держали в бензине. Подоспевший Сергей движением руки заставил перелиться воду из фонтана на парик и загасить огонь. Академик вновь оказался мокрым с головы до ног. Он стащил с головы парик, вернее то, во что он превратился. Борислав оглядел свой мокрый наряд и парик, который теперь больше напоминал какую-то страшную мочалку.

- Ну и дела, - пробормотал себе под нос глава Света.

- Я могу высушить, - предложил Давид, глядя на наполовину сгоревший мокрый парик в руке Борислава.

- Спасибо, я сам, - произнес академик.

Он пробормотал заклинание, и одежда его мигом стала сухой.