Стражники. Часть 1. Волшебное кольцо

Глава 10.6

Стражи покачали головами.

- Весьма интересная ситуация, не так ли? – спросил Борислав так, будто речь шла о перемене погоды, а не об одном из самых мощных артефактов.

- Простите, я не совсем понимаю, - сказал Сергей.

- Забавный фокус: вы призываете на помощь свои стихии, - сказал академик, - с их помощью пытаетесь засечь Перстень и никакого результата.

- Так может его здесь нет? – спросил Герман.

- Нет, - покачал головой Борислав. – Думаю, что он здесь. Харламов не мог отправиться в тот бой без Перстня.

- Тогда я тем более не понимаю, - встрял Давид. – Если с момента исчезновения Харламова прошло столько лет, не одна сотня, то почему Вы не искали Перстень раньше? Если столько сотен лет он был здесь?

- Видишь ли, дорогой Давид, - академик вытянул свои ноги. – Дело в том, что на протяжении нескольких сотен лет мы не искали Перстень, потому что считали его утерянным. Другими словами думали, что он исчез вместе с Харламовым. А куда делся магистр – никто в итоге и не узнал.

- Но Меч же не исчез, - возразил Давид. – А мы знаем, что если бы Перстень действительно исчез, то и Меча бы не было.

- Да, Давид, мы это знаем, - согласился Борислав. – Но, видишь ли, дело в том, что знать это мы стали совсем недавно. Только сто лет назад. Нам понадобилось несколько веков, чтобы установить, что артефакты Харламова находятся в мощной связке друг с другом. До этого нам подобное и в голову не приходило, поскольку раньше, а вернее никогда подобных прецедентов не было. Как вы знаете, артефакты не связаны друг с другом. Они совершенно универсальны и уникальны. О том, что Перстень и Меч имеют определенную связь, мы узнали лишь сто лет назад.

- Почему же вы не начали искать тогда? – спросил Герман.

- Это было очень тяжело, поскольку Перстень давал очень слабую энергию, и найти его было проблематично, - заметил Борислав в ответ. – Но давайте я вам объясню по порядку.

Стражи согласно кивнули.

- Итак, как я уже сказал, долгие сотни лет мы считали Перстень безвозвратно утерянным, - заговорил глава Света. – В годы вашего обучения, как вы знаете, мы вели особо ожесточенную войну с Тьмой, поэтому времени на поиски Перстня просто не было. Да никто и не думал его искать. И лишь когда активные действия со стороны темных стражей прекратились, я заметил, что Меч Харламова, который хранится у нас, стал значительно тускнее. Взять его по-прежнему никто из нас не мог, поскольку этот артефакт своенравный и никого к себе не подпускает. И только теперь я могу предполагать, что за то время, что Меч находился без должного ухода, он начал терять часть своих магических сил. И когда к нему кто-то прикасается, он просто выпивает чужие силы, чтобы поддержать свои. Разумеется, никому бы из нас не помешал Меч Харламова, но, увы. Поскольку долгое прикосновение к Мечу чревато серьезными последствиями, я запретил всем прикасаться к нему. Вы же сто лет назад отправились накапливать энергию.

Но тут и началось самое интересное. В течение этих ста лет, во время которых ни один страж не касался Меча, он начал становиться все лучше и лучше. Я не мог понять почему. Артефакт может впитывать чужую силу через прикосновение, но только в том случае, когда сам очень слаб. Когда артефакт в зените, он никому не грозит своими вампирскими способностями, имейся у него таковые. Однако ни у кого не было с Мечом никакого контакта, а он как будто набирался сил. И тогда-то, дорогие мои, я подумал о вас.

- О нас? – переспросил Герман. – Почему о нас?

- Герман, дорогой мой, неужели ты до сих пор не догадался? – спросил Борислав. – Вы ведь тоже уникумы, даже по меркам стражей. И вы прекрасно знаете, в чем эта уникальность.

- В том, что мы в связке, - сказал Давид.

- Именно, - кивнул Борислав. – Вы находитесь в магической связке, вы трое. Такого никогда не было. Обычно каждый страж существует обособлено, правильнее сказать единолично, и не зависит от других. То, как существуете вы, единственный пример за всю историю стражей. Вы связаны некой единой нитью. Вы зависите друг от друга. Вы всё делите на троих. Радость одного – становится радостью троих. Горе одного – горем трех. Боль одного – болью трех. Я даже склонен предполагать, что и смерть вы примете в один день и один час. Вы способны ощущать чувства друг друга на расстоянии, вы способны чувствовать боль друг друга на расстоянии. И вы способны помогать друг другу на расстоянии. Причем вам для этого даже не нужно прикладывать особых усилий, это происходит само в виду вашей связанности друг с другом той незримой магической нитью.

Поэтому, дорогие мои, когда я подумал о вашей связке, мне вдруг пришло в голову, а не могут ли артефакты Харламова иметь такую же магическую связку? И эта догадка многое ставила на свои места. Ведь если никто не трогает Меч, а ему становится лучше, значит, кто-то забоится о Перстне. Точнее Перстень подпитывается чьей-то энергией. Стало быть, Перстень не исчез. Он находится на Земле и скорее всего, у кого-то из смертных. Оставалось только выяснить, кто этот смертный. Но, увы, все попытки найти этих людей, не увенчались успехом. Видимо, потому что Перстень был еще не достаточно силен в своей энергии. Об этом говорило и состояние Меча. Поскольку энергию, которую находил Перстень, они делили на двоих. И вот, в последние годы Меч практически приобрел свой первозданный вид, вернее тот, каким он был еще в руках Харламова. Значит, и Перстень силен так же, как и Меч. И по исходящей от него энергии мы вполне можем его найти. Что я и поручил сделать вам.