Стражники. Часть 1. Волшебное кольцо

Глава 11.2

- Твой отец был известным спортсменом, - сказала бабушка. – И у него было много наград. Его сам генеральный секретарь партии отмечал и благодарил. 

Ну всё! Если вспомнился генеральный секретарь партии, то сейчас понесется. Бабушка сядет на любимого конька и расскажет, как правильно строить коммунизм!

- Даже если так, я не вижу в этом ничего такого, - ответил Ники.

- Как не видишь? – удивилась бабушка. – Твой отец сделал очень много.

- Вас-то как касалось то, что он сделал? – спросил Никита.

- Что значит как? – еще сильнее подпрыгнула бабушка.

- Никита, видимо, хочет сказать, что мы не имеем отношение к его заслугам, - встряла Ирина Дмитриевна.

- И это тоже, - кивнул Никита.

- Ники, ты не прав, - сказал отец. – Мне очень помогала поддержка твоей мамы.

- Поэтому она везде за тобой таскалась? – спросил Ники.

- Она помогала мне.

- И что же она делала? Сидела на трибуне и пялилась на тебя?

- Она не пялилась, - прошипела бабушка. – Выбирай выражения!

- Она морально поддерживала меня, - сказал Алексей Михайлович. – Когда твоя мама была на трибуне, я был окрылен.

- Да, и, увы, в день, когда ты получил ту злосчастную травму, меня не было, - вздохнула Ирина Дмитриевна.

- Да, но у меня был талисман… - сказал Алексей Михайлович задумчиво.

- Но он тебе не помог, - снова сказала Ирина.

Никита перестал слушать их болтовню и снова занялся ужином. Пусть дальше болтают о своей ерунде. Ему лучше подумать о том, какой подарок сделать Марии!

После ужина он поднялся к себе и лег на кровать. Третьяк вспрыгнул к хозяину и устроился у него в ногах. Через некоторое время Алексей Михайлович поднялся к Никите и сел на стул возле его постели.

- Ники, я хочу поговорить с тобой, - сказал он.

- О чем? – Никита безучастно смотрел в потолок, думая о том, как бы выдержать очередную лекцию.

- Ты очень подавлен в последнее время, - сказал отец. – Мне не нравится, что ты в таком состоянии.

- Что тебе вообще нравится? – огрызнулся Никита.

- Это из-за Марии, да? – пропустил колкость мимо ушей Алексей Михайлович.

Ники промолчал.

- Знаешь, когда я был вынужден расстаться с твоей мамой, я тоже по ней сильно скучал, - произнес Алексей Михайлович.

Ники отвернулся. Отец положил руку на его плечо.

- Вы заставили Марию уйти отсюда, - сказал Никита. – Она скоро уедет совсем. И я ее больше не увижу. Вы в своем эгоизме отняли у меня последние дни с ней.

- Ники…

- Мне достаточно того, что я ей не нравлюсь, - сел Никита в постели. – Но возможность видеть ее вы тоже у меня отобрали и все из-за разглагольствований этой старухи.

Никита вновь отвернулся. Он считал, что его родственники виновны в том, что Мария отнеслась к нему сдержанно, и теперь желал высказать свои претензии хоть кому-то.

- Почему же ты не сказал нам, что она так важна для тебя?

- А что бы это изменило? – пожал плечами Ники. – Вы же слушаете эту бабку…

- Ну, во-первых, не бабку, а бабушку, а во-вторых, для тебя я бы…

- Я бы, я бы, - поднялся Никита на ноги. – Что ты бы? Для меня – ты отнял у меня самое дорогое, потому что пошел у нее на поводу.

Внезапно окно в его комнате распахнулось от ветра, и Ники подошел к нему, чтобы закрыть.

- Никит, - Алексей Михайлович тоже поднялся. – Ну хоть что-то я могу для тебя сделать?

Никита не ответил. Что сделать? Побежать в резиденцию с криком «Мария, вернись, теперь все будут любить тебя»?

- Неужели ты и правда так сильно ее любишь? – спросил отец.

Ники снова промолчал. Не будет он об этом говорить!

- Знаешь, я хотел подарить тебе кое-что, - заметил Алексей Михайлович, желая отвлечь сына от грустных мыслей.

- Что? Фамильную реликвию, передающуюся от отца к сыну? Мне ничего не надо, - сказал Никита, глядя на ветки за окном.

- Нет, мой талисман. 

- Ты хочешь отдать мне то, что принесло тебе несчастье? – усмехнулся Ники. – Спасибо.

- Он не приносит несчастье или счастье, - возразил Алексей Михайлович. – Он просто подарен с любовью, от сердца. И я хочу подарить тебе его так же. Мой талисман.

- Подари Вовке, - посоветовал Ники. – Он у нас падкий на подарки. 

- Но я хочу подарить тебе, - Алексей Михайлович развернул сына лицом к себе.

- Почему мне?

- Потому что я люблю тебя. Имею я право сделать подарок своему сыну, потому что люблю его?

- У тебя еще двое сыновей. Не боишься, что они обидятся?