Стражники. Часть 2. Наследники Тьмы

Глава 7.4

- Прогуляться, - ответила та, - подышать свежим воздухом.

- Одна?

- Да, - ответила Лена и присела на кровать.

- А по-честному? – Мария чуть сощурила глаза.

- Что значит «по-честному»? – переспросила брюнетка.

- Ты уверена, что ты была одна?

- А ты уверена в обратном?

- Я да, - сказала Мария.

- Ты что, следила за мной? – поинтересовалась Лена.

Голос ее был на удивление спокоен – ни нотки злости или возмущения. Блондинка немного стушевалась.

- Я? Нет… Не то что бы. Просто я вышла пройтись, увидела тебя и случайно пошла следом…

- Ты? Случайно? – переспросила подруга.

- Ну хорошо, не совсем случайно, - признала Мария. – Скорее, закономерно. Лена, - девушка присела вплотную к подруге. – С кем ты встречалась?

- А что?

- Он страж, да?

Лена немного помолчала, затем отвернулась и взглянула на лампу, а потом снова на подругу. Мария села на кровать рядом с Леной.

- Да, он страж, - подтвердила она.

- Ты встречаешься со стражем? – переспросила блондинка.

- Я встречаюсь с мужчиной, - отозвалась Лена.

- Но он страж, - повторила Мария.

- Ну да, а что тут такого?

- Как что такого? – расширила глаза предводительница повстанцев. – Лена! Он – страж! Они наши враги! Мы с ними воюем!

- Помнится, ты жила в резиденции Света на Земле тоже среди стражей и не спешила порезать их на куски, - парировала брюнетка.

- Это не то!

- Почему?

- Я не ходила с ними на свидания!

- И что? Ты же с ними жила!

Мария встала и прошлась по комнате.

- Лена, - начала она и тут же замолчала.

- Ты хочешь мне сказать, что я не имею права с ним встречаться? – спросила Лена. – Что я не могу устраивать свою жизнь?

- Нет, почему, можешь, но не со стражем!

- А почему не с ним? Твой отец, по-моему, тоже страж, - чуть повысила голос брюнетка.

- Не говори мне о нем! – потребовала Мария.

- Почему? Разве ты не доказательство того, что любовь между стражем и простой девушкой возможна? – спросила брюнетка.

Марии нечем было ответить, и она поспешила перевести разговор на другое:

- Лена, но он же некромант.

Тут брюнетка взяла паузу, а потом сказала:

- Сейчас он страж.

- Страж? – переспросила Мария. – Лена, ты слышала, как он говорил о покойниках и некромантии? Чуть ли не с трепетом.

- Да, но… Подожди, ты что же подслушивала нас?

- Вы говорили так громко, что мне оставалось делать? Заткнуть себе уши?

- Да, именно это тебе и надо было сделать! – возмущенно сказала Лена. – Ты не имела права подслушивать мой личный разговор!

- Нет, я имела! Я – твой командир!

- Мне не нужен командир! Мне нужна подруга, - встала на ноги брюнетка. – Я думала, что ты порадуешься за меня! А ты только попрекаешь!

- Попрекаю? Да я беспокоюсь за тебя!

- Беспокоишься, неужели?

- Лена, он – некромант! – повторила Мария.

- Знаю!

- Тогда вспомни, чему нас учили! У некромантов нет сердца! Им всем вырезают его еще в далеком детстве и заменяют на прочный холодный камень. Поэтому ударом в сердце их нельзя убить! Он может сказать тебе, что любит тебя, но чем он может любить?

Лена растерялась. Она совсем забыла об этой особенности всех некромантов. Это правда. Некроманты – бессердечные твари. Если бы у них было сердце, разве смогли бы они делать всё то, что они делают?

Девушка отвернулась от подруги.

- Лен, тебе бы найти кого-нибудь другого, - предложила Мария.

- Извини, - повернулась брюнетка. – В отличие от тебя у меня нет двух десятков поклонников, поэтому я вынуждена довольствоваться тем, что есть. Мне выбирать не приходится.

- Нет, Лена…

- Уходи, я хочу спать!

Брюнетка вытолкнула подругу за дверь, и бросилась на кровать. Но она не думала засыпать, а, уткнувшись головой в подушку, стала плакать.

«Как я от всего этого устала, - думала девушка, пока плечи ее сотрясались. – И если бы был хоть кто-нибудь, кто мог бы меня понять. Или хотя бы утешить. Мне так тяжело одной. И Мария совсем меня не понимает. Не хочет меня понять. Тоже мне подруга. Но ведь нельзя ее винить в том, что она такая. Да, она такая. А я не такая. Я просто другая. Я хочу, чтобы меня любили. А Алекс, он первый, кто обратил на меня внимание, и он так хотел мне понравиться. Он был со мной таким добрым и милым. Так что я не могу испытывать к нему что-то? Неужели я настолько никчемная, что не заслуживаю даже этого? Нет, конечно, заслуживаю. Не могу не заслуживать. Только почему-то об этом никто не думает. Или думает, но мне не говорит. Но почему, почему? Опять я совсем одна и никто меня не понимает. Нет, не совсем одна… Но всем до меня нет дела. Но я не должна об этом думать. Я должна думать о хорошем: о том, что всё наладится и будет хорошо…»