Строптивая для братьев-драконов

Пролог

Она стоит на краю обрыва.

Нежно-розовое платье треплет ветер — такой сильный, что ткань хлопает, как парус. Пышные юбки, с оборками, кружевами, бисером прижимаются к ней, облегая стройные ноги. Светлые волосы, почти белые, разметались по плечам, закрывая лицо. Она дрожит. Я вижу, я ощущаю буквально, как дрожат её плечи — от рыданий, нет, хуже — истерики, как пальцы вцепились в лицо — так сильно, что побелели костяшки ее тонких пальцев.

— Леди Элисса, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал как можно мягче. — Пожалуйста, подойдите ко мне.

Она не реагирует. Только сжимается ещё сильнее — будто хочет стать маленькой, незаметной, исчезнуть.

— Миледи, пожалуйста, — прошу я. — Клянусь, я вас не обижу. И брат тоже. Всего шаг, миледи. Пожалуйста.

Я протягиваю руку к ней. Но это вызывает только новый приступ истерики:

— Не подходите, — голос срывается на всхлип. — Не трогайте меня. Не смейте!

— Я не трону. Обещаю. Просто… — делаю осторожный шаг вперёд. Гравий хрустит под сапогом. — Мы поговорим. И всё. Только один шаг. Клянусь, я отойду, хотите? Посмотрите, леди Элисса! Пожалуйста, взгляните! Я отхожу. Видите? Только шаг, и все! И мы поговорим.

— Не подходите! — кричит она. В голосе — истерика, такая острая, что у меня мурашки бегут по спине. — Не трогайте меня! Не трогайте!

Она мотает головой, и волосы на миг, подхваченные ветром, открывают ее лицо — бледное, мокрое от слёз, с огромными глазами, полными ужаса.

— Я знаю, что вы сделаете со мной, — прошептала она. — Я знаю! Сначала — игрушка, сделаете из меня куклу для удовлетворения своей похоти. Потом — беременность. Потом — ещё одна. А когда я перестану быть нужна — вы меня вышвырнете. Или… или… сожжете, чтобы не позорила вашу семью. Не хочу, ненавижу! — выкрикивает как выплевывает она. — Вы не дети богов, вы проклятие! Лучше в монастырь, лучше в приживалки! Куда угодно лучше, только не замуж за дракона!

Она вдруг начинает смеяться. Ее белые волосы, длинные, недавно красиво завитые и уложенные — за работу парикмахера отдали пару золотых монет точно, семья ее постаралась произвести впечатление — развеваются на ветру, и даже сейчас, растрепанные, перепачканные землей, красивы.

— Леди Элисса, никто вас не вышвырнет, — я делаю ещё шаг. Сердце колотится где-то в горле. И я рад, что позади меня замер Дэйнар — я чувствую его напряжение, как электричество в воздухе. Он готов обернуться в любой момент. — Я даю слово, миледи. Это всего лишь поездка в город. Вы получите образование, достойное девушки вашего положения. И никто не принудит вас выходить замуж, если вы сами этого не захотите, леди Элисса, даю вам слово!

— Слово дракона? — она смеется, запрокидывая голову, — надтреснуто, страшно, почти безумно.

— Слово джентльмена.

— Ваши слова ничего не стоят! Вы все одинаковые! Мою сестру… мою сестру выбросили, как тряпку! Она вернулась — седая, старая, а ей было всего лишь двадцать! Двадцать! А вы говорите — «не трону»!

Я замираю. Да, я знаю эту историю. И..

— Клянусь, — говорю я уверенно и спокойно. — Я не сделаю вам плохо. И обещаю защищать вас, миледи. Клянусь своей магией.

Она смотрит на меня. И ее взгляд полон такого отчаяния, что у меня сжимается сердце. Я чувствую, как оно сжимается — буквально, физически. Боль в груди. И кислый привкус страха на языке.

— Пожалуйста, — я протягиваю руку. — Мы уедем отсюда. Я отвезу вас домой.

Она смотрит на мою ладонь долгую секунду. Две. Три.

Потом медленно качает головой.

— Нет. Вы врёте. Все вы врёте. Вы всегда врете!

Она делает шаг назад.

— Нет! — я пытаюсь податься вперед в безумной надежде успеть… но она пятится. Её нога скользит по мокрой траве. Мелкие камни под ногами… Один из них предательски срывается вниз. Он катится с таким грохотом, что мне хочется заткнуть уши.

Элисса вскрикивает. Резко. Пронзительно. Беспомощно хватается за бесполезный воздух.

Я бросаюсь вперед, чувствуя как за моей спиной взмывает в небо голубой дракон.

— Дэйнар! — кричу я, но он уже устремляется вниз, за ней.

А я падаю на колени на краю обрыва — так резко, что камни впиваются в колени, в ладони, раздирая кожу. Я чувствую, как острая кромка врезается в плоть, как по пальцам течёт тёплое, липкое. Но боли нет. Только страх — липкий, холодный, заполняющий лёгкие, мешающий дышать.

Смотрю вниз.

Дэйнар пикирует вниз. Его синяя чешуя сверкнула в лучах заходящего солнца — и гаснет, когда он ныряет в тень утёса. Когтистые лапы подхватывают маленькое розовое пятнышко. И Дэйнар взмывает вверх, на выступ.

Я слышу глухой удар — и сдавленный рык брата. Камни, осыпающиеся с утеса, их немного, но увернуться брат не успевает, прикрывая девушку.

Розовое платье порвано, розовую юбку треплет ветер, светлые волосы длинной волной развеваются на ветру. И умиротворенное, почти счастливое лицо...

Дэй с усилием взмахивает крыльями и опускает леди Элиссу на траву. Оборачивается в нашу человеческую сущность. Девушка очнется сейчас, зачем пугать ее еще больше…