Строптивая искорка для темного ректора

Глава 20

Эмили Спарк

До комнаты в общежитии я шла медленно, едва волоча ноги. Перед глазами все расплывалось, пальцы сводило от напряжения, и тетрадь со сводом правил как будто весили несколько десятков килограмм.

Верно Розмари говорила – с ректором шутки плохи! Он безжалостно вырывал страницы из-за малюсенькой помарки, заставляя переписывать все заново, требовал снова и снова пересказывать прочитанное, и постоянно нависал надо мной, как злой рок.

Когда наконец он сжалился и отпустил, я вылетела из кабинета быстрее пушечного ядра, израсходовав на этот рывок все оставшиеся силы.

- Живая? – Розмари уже сидела в кровати с книгой в руках. – Я уж думала, что до утра тебя третировать будет!

Я рухнула на свою постель и застонала в подушку. Тело налилось свинцовой тяжестью, и в ушах противно зазвенело.

- Живая, но это ненадолго, - пробормотала я, переворачиваясь на спину. – Ректор меня добьет в ближайшие дни! Вот скажи – как можно быть таким придирчивым и злобным? Под самый конец я уже была готова сквозь землю провалиться, да поглубже, только бы он не буравил меня своими глазищами! Это же взгляд не человека, а …

- Нелюдя? – заинтересованно продолжила Розмари, вскинув голову. – Зверя? А может, оборотня?

На обложке книги, которую она сжимала в руках, была изображена пара, слившаяся в чувственном объятии. Название «Единственная для короля оборотней» не оставляло никаких сомнений в содержании текста.

Кажется, моя соседка питала определенную слабость к любовным романам. Я и сама ими иногда зачитывалась, когда никто не видел.

- Да какого оборотня? – я махнула рукой. – Скорее, бездушного чудовища, у которого нет сердца! Не удивлюсь, если он нерадивых студентов по утрам на завтрак ест. У меня чуть пальцы не отвалились, пока я писала! А он – р-раз! – и вырвал страницу из-за маленькой кляксы, которую только с лупой разглядеть можно! Ну и как его назвать?

Розмари хмыкнула и подобрала под себя ноги.

- А ты представляй, что пока ты пишешь в чистом кабинете, Мейз моет грязный бак! – хихикнула она. – Не так тошно будет! Не будет же он рядом с тобой всю жизнь!

Я с трудом поднялась на ноги и тоскливо посмотрела на высокую стопку книг, которую предстояло осилить.

- Ректор рядом всю жизнь? – от этой мысли волосы встали дыбом. – Ничего ужасней и представить нельзя!

- Ну вот, а нам всего год еще учиться, - если Розмари пыталась меня утешить, то как-то коряво у нее это получалось. – Терпи, другого варианта нет! И старайся не показывать ему своей реакции – всех чудовищ заводит страх, они это нюхом чуют!

Кажется, кто-то прочитал слишком много историй про оборотней.

Я покивала и двинулась в ванную. Горячая вода прогнала плохие мысли и успокоила, мыло с запахом сирени подняло настроение, и уже через несколько минут из зеркала на меня посмотрело не бледное умертвие, а вполне себе жизнерадостная девушка.

Розмари права – если не хочу угодить обратно в руки брата, надо терпеть. Даже когда в темных злых глазах ректора вспыхивает серебро, и кажется, что он вот-вот укусит, как дикий свирепый монстр!

Утро прошло относительно гладко, если не считать колких взглядов со стороны свиты старосты факультета в столовой. Провоцировать новый скандал никому не хотелось, поэтому ограничились презрительным фырканьем в мою сторону.

На занятиях я едва успевала записывать. Преподаватели говорили очень быстро и неразборчиво, а профессор артефакторики не выговаривал половину согласных звуков и очень неприязненно относился к просьбам повторить.

После обеда, когда все лекции были закончены, Розмари с подозрительным блеском в глазах потянула меня за собой.

- Мейз сейчас должна как раз отмывать баки! – прошептала она, едва не приплясывая от радости. – Пойдем посмотрим, когда еще выпадет такой шанс?

- Злорадствовать нехорошо! – только и успела проговорить я, перебирая ногами. – Даже если это противная Мейз! Пусть моет, на что там смотреть?

Но Розмари отмахнулась и вытащила меня во двор академии, где уже собралась небольшая группка студентов.

- Вот шланг, вот перчатки, вот ведро с губкой, - хмуро проговорил мужчина в длинном кожаном фартуке. – Как закончите, сообщите своему декану!

- Это садовник! – пояснила Розмари, вытягивая шею, как гусь. – Сейчас прикатят мусорные баки! Умора же, скажи?

Я хотела праведно возмутиться, но взгляд скользнул по большим кованым воротам, и слова застряли в горле.

Со стороны улицы, ухватившись за железные прутья и хищно ухмыляясь, на меня смотрели закадычные друзья брата. Те самые, которые собирались ему помочь отправить меня в бордель.

Голова закружилась, и по позвоночнику пролился холодный пот.

Не помня себя от ужаса, я отступила и уперлась всем телом в кого-то большого и твердого.

- Эмили Спарк, снова ты путаешься у меня под ногами! – голос ректора был ледяным и колючим. – Или тебе так понравилось проводить со мной время, что решила заработать еще одно наказание?