Строптивая невеста адвоката

Глава 3.Ночные гости

Амалия Лоранс

Рябиновая наливка, принятая на фоне усталости, — отличный напиток! Даже сон приснился, в котором дракон пытался вручить мне ключи от жилья Фанни. Заявил, что квартира принадлежит только мне и никому больше. Сказка, а какая приятная.

И все бы ничего, но ночью меня разбудил стук в дверь. Я открыла один глаз, затем второй, после чего уткнулась носом в подушку в надежде, что все приснилось.

Увы, в дверь снова постучали, и это была не шутка. Я нахмурилась. А потом решила, что это точно к тете, только дверь перепутали. Вряд ли подвыпившую Оливку не пустили домой и она решила скоротать ночь у меня.

— Кто там? — спросила я и прильнула к дверному глазку.

Как нарочно, свет в коридоре никто и не подумал включить, зато откуда-то из замочной скважины, в которой торчал ключ, послышалось:

— Открывай, ведьма. Заплачу.

От такого сюрприза у меня глаза на лоб полезли, и я вдруг поняла, что переоценила себя, когда направилась к двери. Недолго думая, сходила на кухню за ножом и вернулась. Знала, что тетушка помогала людям не только днем, но и ночью. Однако чтобы кто-то пришел именно ко мне, это неожиданно.

За дверью стояла тишина, но я была уверена — тот человек не ушел.

Я согнулась, прильнула к скважине и шепотом произнесла:

— Вы ошиблись. Ведьма жила напротив.

— Я никогда не ошибаюсь, родственница ведьмы, — хмыкнул кто-то неизвестный, а потом закашлялся.

Почувствовала, что еще немного — и у меня под дверью поселится труп. Может, и не навсегда, но кто знает этих ненормальных. Некроманты-первокурсники в академии чудили так, что потом магистры за головы хватались.

Наверное, это не самый правильный мой поступок в жизни, но лекарь, целитель или даже ведьма — дитя природы, ощущает в себе зов. Мы можем ему противиться и сделать вид, что ничего не происходит. Только тетушка всегда говорила, что не стоит задирать нос, как бы не споткнуться и ноги не сломать. Вдобавок взыграл чисто профессиональный интерес, смогу ли я справиться.

Решительно распахнув дверь, я ойкнуть не успела, как на меня повалился эльф с закрытыми глазами. Одной рукой он цеплялся за грудь, другой за дверной косяк. Мы бы с ним непременно рухнули прямо на пол моей прихожей, однако я тоже ухватилась за все тот же косяк, подставив страдальцу плечо.

— Стоять! — зашипела я.

И надо ж тому случиться, чтобы у эльфа открылись глаза. Он даже послушался меня, и этого оказалось вполне достаточно, чтобы успеть заметить торчащий из грудной клетки перочинный ножик.

Не стоит описывать, как мне пришлось перехватить незнакомца и уложить его прямо на пол. Как я протащила его по вытертому ковру, чтобы ноги парня не мешали прикрыть дверь. На всякий случай выглянула в коридор, но там никого не было. Зато оказалось, что освещение в коридоре имелось, значит, незваный гость нарочно прикрывал глазок.

А после началась работа. Напряженная, но знакомая. В годы учебы нас часто отправляли стажироваться в лазарет, куда то и дело притаскивали раненых боевиков после спаррингов. И не всегда парни колотили друг друга заклинаниями или кулаками. Иногда случалось и мечами, что выглядело серьезнее, чем я увидела сейчас.

С помощью заклинания я зафиксировала нож, а для удобства разорвала рубашку. И только после этого приложила руки к груди остроухого для диагностики. Магия стекала с кончиков пальцев, впитываясь в кожу раненого эльфа, заодно останавливая кровотечение. Я быстро поняла, что лезвие ножа короткое, а сердце не задето. С остальным справляться было легче. Миллиметр за миллиметром я сращивала ткани, восстановила кровоснабжение, выталкивая чужеродный предмет. Через довольно длительное время дыхание эльфа изменилось. Я прикрыла глаза и целых десять минут просидела, прислонившись к стене. После чего смахнула со лба прилипшие волосы и едва не подпрыгнула, когда остроухий захрапел. Словно не он весь такой раненый ввалился к незамужней девушке с просьбой о помощи.

— Ну и наглость! — возмутилась я, кое-как поднимаясь с пола. Ноги затекли, и я несколько раз перекатилась с пяточек на носочки, чтобы восстановить кровоснабжение.

— М-м-м, — застонал нахал и приоткрыл один глаз. — Погасите свет.

— Разбежалась! Вставайте и отправляйтесь к себе, — скомандовала я, совершенно не собираясь развлекать этого незнакомца всю ночь.

И пусть парень был бледноват, его бы из лазарета еще сутки-другие не отпустили, но у меня не целительский корпус, пора бы и честь знать. Да и общее состояние эльфа было удовлетворительное. И вообще, аристократическая бледность для остроухого — обычное дело. Я же ощутила легкую слабость, а значит, ему точно лучше.

— Бессердечная, — проскрипел эльф и осторожно сел. После чего похлопал по своей груди и обнаружил рваную рубашку.

— Иначе никак, — не слишком вежливо сообщила я, почувствовав, что от недосыпа и после всех манипуляций закружилась голова.

Мужчина попытался наложить друг на друга разорванные края ткани, но это мало что дало. Пропитанные кровью лохмотья выглядели плачевно и даже устрашающе.

— Вы не можете привести это в порядок? — поинтересовался наглец.

— Нет, — хмыкнула я. — На сегодня лимит сил исчерпан. А сейчас проваливайте, но не забудьте заплатить, как обещано.

Знаю я такой контингент посетителей. Сначала помоги им, а после они на голову сядут. Пусть хоть не бесплатно.

— Ну и ладно. И на том спасибо, — отозвался остроухий.

Он попытался подняться. В какой-то момент даже зашипел от боли, но я уловила хитрый блеск глаз страдальца и осталась стоять на месте. Поняв, что я не купилась на уловку, эльф неожиданно перестал прикидываться придурком и произнес:

— Не помню, как звать вас, ведьмочка прекрасная. Но своих слов я на ветер не бросаю. За лечение и молчание оплата ваша. Благодарю.

Я никогда не страдала напрасной скромностью и деньги сразу убрала в карман. Золотой — это очень хорошая оплата, особенно если учесть, что за месяц работы в аптеке мне полагался именно он. Знать, кто он такой, мне было ни к чему.